Треска
Треска́ — рыба семейства тресковых. Существует несколько разновидностей трески, но наибольшее хозяйственное значение имеют атлантическая треска (лат. Gadus morhua) и тихоокеанская треска (лат. Gadus macrocephalus).
Длина тела — до 1,8 м, в промысле преобладают рыбы длиной в возрасте вес до 10 кг. Но треска может быть гораздо крупнее, жить до 100 лет и достигать за это время длины до 2 м и максимального известного веса в 96 кг. Окраска спины сильно варьируется: от зеленовато-оливковой до бурой с мелкими коричневыми крапинками, брюхо белое. Наиболее характерная черта тресковых, а это кроме различных видов трески, хорошо знакомые нам минтай, пикша, сайда, путассу и сайка — наличие нескольких мягких спинных плавников. А у трески имеются ещё и 2 анальных плавника. Голова крупная с большим ртом. И конечно, обращает на себя внимание небольшой мясистый усик на подбородке рыбы.
Треска — северная рыба, в тропиках практически не встречается и преимущественно обитает в холодных и умеренно холодных водах северного полушария. Наибольшее разнообразие видов и родов этого семейства характерно для Северной Атлантики.
Ареал обитания атлантической трески охватывает умеренную область Атлантического океана, образуя несколько географических подвидов: арктическая, беломорская, балтийская и др. В восточной части Атлантики треска распространена от Бискайского залива до Баренцева моря и Шпицбергена; в западной — от мыса Гаттерас (Северная Каролина) до Гренландии.
Впрочем, несмотря на то, что этот вид встречается у берегов Гренландии и Шпицбергена, очень холодной воды она не любит. Температурный диапазон, в котором треска активна, хорошо питается, растет и созревает, невелик: °C. В тех районах, где у дна распространяются воды отрицательной температуры, треска уходит от придонного холода в толщу воды и «стоит» в более теплых слоях воды.
Благодаря форме своего тела треска может обитать как у дна, так и в толще воды, соответственно, она может питаться как бентосными (обитающими на дне), так и пелагическими (обитающими в толще воды) организмами.
Совершенство приспособления трески к тем водам, в которых она живет, на этом не заканчивается. Она встречается на глубинах до 600 м и легко переходит с одного объекта питания на другой. Ведет стайный образ жизни, постоянно перемещаясь в поисках еды. Взрослая треска — активный хищник (ихтиофаг), поедающий песчанку, мойву, путассу, пикшу и кальмаров, уличенный и в каннибализме. В желудке трески массой в несколько килограммов можно иногда встретить килограммовую треску, а у той — несколько сеголетков весом в
Треска крупная и быстрорастущая рыба, да ещё к тому же одна из самых плодовитых рыб на планете. Пятикилограммовая самка мечет 2,5 млн икринок, а максимальная плодовитость, зафиксированная у рыбины весом в 34 кг, составляла 9 млн икринок. Растет треска в течение всей жизни. Нерестится рыба раз в год. Именно такая колоссальная плодовитость обеспечивает сравнительно высокую численность трески в районах ее обитания, так как, в отличие от многих других рыб (например, лососей, терпугов), родители после нереста совершенно не заботятся о своем потомстве и большая часть выметанных икринок гибнет или поедается различными морскими обитателями. Её жизненный цикл привязан к морским течениям северной Атлантики. Выметанные и оплодотворенные пелагические икринки подхватываются течением. Уже в начале своей жизни икринки и выклюнувшиеся из них личинки проплывают вместе с течениями до 200 км.
Все эти особенности позволяют атлантической треске достигать очень высокой численности и занимать ключевое место в экосистемах морей Северной Атлантики.
Тихоокеанская треска, несколько более мелкая, чем атлантическая (максимальные размеры — 120 см, а вес — 18 кг), имеет в отличие от атлантической не пелагическую (плавучую), а донную икру (прилипающую).
Она обитает на пространстве от Берингова пролива на севере до побережья Японии, Кореи и Калифорнии на юге, не совершает таких протяженных миграций, как представители большинства группировок атлантической трески, что, впрочем, понятно: придонные икринки и личинки, быстро переходящие к донному образу жизни, не разносятся течениями на такие большие расстояния, как в Атлантике.
У берегов Камчатки и во многих других местах взрослая тихоокеанская треска обычно подходит летом к берегам, где держится на небольших глубинах, а по мере охлаждения приповерхностных вод отходит от берегов и зимует на глубине где сохраняется положительная температура. Зимой же в прикамчатских водах происходит и нерест трески.
Немного истории
Треска издревле имела важнейшее значение для населения приморских регионов Северной Европы, в том числе и Русского Севера. Вылавливаемая в больших количествах, она служила как предметом торговли, так и использовалась для собственных нужд.
Треска содержит сравнительно малое количество жира, который, как мы знаем, окисляется, горкнет, следовательно, она может храниться намного дольше, чем другие рыбы, особенно если подвергнется солению и сушке. Это кажется невероятным, но ещё сравнительно недавно, по историческим меркам, у людей не было холодильников и приходилось обходиться только спецобработкой рыбы.
Именно это свойство и предопределило роль трески в торговле и даже в географических открытиях: она позволила брать на борт запасы пищи на многие месяцы. Отсюда и еще одно название трески в германоязычных странах — Stockfisch, что можно одновременно перевести как «рыба-запас» и «рыба-палка», т. е. что-то твердое, высушенное.
А вот в освоении русскими людьми берегов Тихого океана треска особенно себя не проявила. Значительно большее значение для создания запасов питания в дальних походах и как источник свежей пищи имели тихоокеанские лососи.
Большие запасы трески и выгода от её промысла стали причиной драматической истории так называемой Ньюфаундленской банки, когда богатейшие стада трески были выбиты рыболовецким флотом США и Канады.
Именно на промысле лабрадорско-ньфаундлендской трески произошла еще одна мировая технологическая революция — изобретение в начале 20 века быстрого замораживания рыбы Кларенсом Бердси. Это, в свою очередь, привело к строительству мощных морозильных траулеров и созданию гигантских рыбодобывающих компаний, которым было все равно, где ловить, поскольку из любой точки мирового океана мороженая рыба могла быть доставлена на рынок. Для начала они сконцентрировались на треске. Судьба трески Северо-Западной Атлантики была предрешена.
За несколько лет ее вылов упал с более чем 600 тыс. т до менее 50 тыс.т. Средние размеры трески сократились, даже полуметровые рыбы стали редкостью.
В Канаде и на северо-восточном побережье США рыбаки долго выясняли отношения друг с другом, с учеными, оценивавшими запасы, с правительствами провинций и штатов, с федеральными властями, а те — между собой, но треске и прибрежному рыболовству Новой Англии и Ньюфаундленда это не помогло. Запасы так и не восстановились несмотря на запрет промысла с начала 1992 г. По-прежнему контрольные ловы, которые проводят ученые, показывают, что стадо трески в районе Ньюфаундленда состоит в основном из молодых мелких рыб.
Эта трагическая история должна послужить примером уничтожения, казалось бы неистощимого ресурса, да ещё странами которые числят себя основой современной цивилизации, и так любят «учить жить» другие страны.
Примером же правильного управления рыбными запасами может служить совместная деятельность Норвегии и России по регулированию промысла в Баренцевом море, в процессе которой наши страны смогли выработать некоторый общий механизм управления совместно используемыми рыбными запасами — Смешанную Российско—Норвежская комиссию по рыболовству.
Комиссия собирается каждую осень для того, чтобы установить общий допустимый улов (ОДУ) для трех совместно эксплуатируемых видов рыб: трески, сайды и мойвы, а также для северной креветки и вселенного в Баренцево море камчатского краба. На этих сессиях Россия и Норвегия договариваются о взаимном доступе к ресурсам, разделении ОДУ на национальные квоты обеих стран и квоту для третьих стран, принимают совместные меры по охране запасов, в частности принимают решения о закрытии тех районов, где ловится много молоди, договариваются об определении минимального размера рыб, при котором допускается их вылов, установлении допустимых орудий лова.
Конечно, не всё безоблачно в нашем сотрудничестве: территориальный спор, наличие избыточных рыболовецких мощностей, ННН-промысел, борьба рыболовецких лобби (а норвежское очень сильно), споры ученых и экологов о способах определения рыбных запасов и многие другие проблемы осложняют сотрудничество.
Однако, на этом фоне, можно сделать однозначный вывод — за более чем сто с лишним лет активного промысла в Баренцевом море сохраняется устойчивая популяция трески и пикши, да и других пород рыбы тоже. И в этом есть прямая заслуга нашей страны.
Ещё одним фактором в сохранении рыбных запасов и увеличении «цивилизованности» морского промысла может стать сертификация Морского попечительского совета (Marine Stewardship Council, MSC). MSC разработал программу экологической сертификации рыболовства. За ответственный подход к эксплуатации морских биологических ресурсов Морской попечительский совет дает право предприятию-производителю помечать продукцию эмблемой MSC, которая свидетельствует о соответствии данной продукции экологическими стандартам добычи и переработки.
Морской попечительский совет дает право предприятию-производителю помечать продукцию эмблемой MSC, которая свидетельствует о соответствии данной продукции экологическим стандартам добычи и переработки. Маркировка дает покупателю возможность поддерживать устойчивое рыболовство, без подрыва воспроизводства рыбных запасов путем выбора в магазине или ресторане сертифицированной продукции. Значение MSC — в том, что он «держит планку», а оптовые покупатели и потребители получают стандарт для оценки.
Сертификация трески на требования MSC уже проведена в Норвегии, а также некоторыми российскими предприятиями в Мурманской области. В настоящее время, идет совместная работа Союза рыбопромышленников Севера, ПИНРО и Всемирного фонда дикой природы над предложением сертификации всей российской трески и пикши. Есть практический интерес к этому процессу со стороны основных рыбодобывающих предприятий, определена сертифицирующая компания. Единственный момент, который вызывает сомнение у рыбаков — это давление со стороны «дикой природы» на снижение тралового промысла в Баренцевом море. Российские промысловики 90 с лишним процентов добывают рыбу траловыми судами и такой подход для них неприемлем.
Хозяйственное значение
Треска — одна из важнейших промысловых рыб. Ее печень богатая жиром (до 74%), является источником рыбьего жира (животный жир, получаемый из большой, весом в 1,3 — 2,2 кг, печени).
Для добычи трески применяются разнообразные орудия лова — донные и пелагические тралы, снюрреводы, ставные и кошельковые невода, а также яруса. Добыча трески в мире составляет около 800 тыс. т в год. Треска, поступающая на рынки России, в основном добывается отечественными судами в Баренцевом, дальневосточных, и Балтийском морях. В меньшей степени поступает норвежская рыба. Наибольшее значение имеют уловы атлантической трески, тихоокеанская же вылавливается в десять раз меньшими объемами.
В Европе и Канаде развивается искусственное выращивание трески, но пока продукция аквакультуры составляет гораздо меньший объем, чем уловы в море.
Промышленный вылов
Вылов трески в российской зоне носит стабильный характер, а в последнее несколько лет оценка запасов позволяет регулярно повышать квоты на вылов.
Промышленная квота и вылов трески в России за 5 последних лет
Gadus macrocephalus что это
Gadus macrocephalus Tilesius, 1810
Тихоокеанская треска, большеглазая тихоокеанская треска, золотистая тихоокеанская треска, восточная треска, западнокамчатская треска, восточнокамчатская треска, белобрюхая восточнокамчатская треска, чернобрюхая восточнокамчатская треска, авачинская треска, беринговоморская треска, восточноберинговоморская треска, анадырская треска, япономорская треска, охотскоморская треска (Rus),
Pacific cod (Eng)
Синонимы:
Gadus auratus Cope, 1873 Золотистая тихоокеанская треска (Rus),
Gadus brandtii Hilgendorf, 1876
Gadus callarius macrocephalus Smidt, 1904
Gadus macrocephalus Tilesius, 1810
Gadus morhua macrocephalus Tilesius, 1810 Тихоокеанская треска (Rus),
Gadus pseudomorrhua Bleeker, 1873
Gadus pygmaeus Pallas, 1814
Pollachius brandti Jordan & Metz, 1913
Треска тихоокеанская — Gadus macrocephalus (Tilesius, 1810)
От атлантического вида, к которому ранее относилась треска тихоокеанская, или, как следует из названия, большеглазая, отличается крупными глазами, рядом меристических признаков и окраской. D1 12—16. D2 14—22. D3 15—21. А1 16—22. А2 16—22. Окраска тела серо-зеленая со слабозаметными пятнами. Длина тела не превышает 75 см. Обитает в прибрежных водах северной части Тихого океана.
19.4.1 (4). Gadus morhua macrocephalus Tilesius, 1810 — Тихоокеанская треска (Б. : 952).
[1] русск. Восточная треска — А. Ник. : 583. Тихоокеанская треска — Св., 1948 : 173. [18] англ. Cod, Pacific cod — СНРТО : 105.
Жизнь животных. Том 4. Рыбы Под редакцией профессора Т.С.Расса 1971 г.
Очень существенно отличается от атлантической трески и ее подвидов, живущих в морях Атлантического океана, тихоокеанская треска. Она представляет собой особый подвид (Gadus morhua macrocephalus), нередко рассматриваемый как самостоятельный вид (Gadus macrocephalus).
Тихоокеанская треска, в противоположность атлантической и всем подвидам и расам трески атлантического бассейна, имеет не плавучую пелагическую икру, а донную, прилипающую. Она распространена от Берингова пролива до Желтого моря по азиатской стороне и до Орегона вдоль американских берегов. Голова у нее относительно крупнее и шире, чем у атлантической трески. Обычная длина 65—85 см, бывает до 120 см. Она сильно отличается от атлантической трески строением рожкообразных выростов переднего конца плавательного пузыря, которые у нее гораздо короче, чем у атлантической.
Тихоокеанская треска держится более или менее оседло, ограничивается обычно лишь сезонными миграциями от берегов зимой и к берегам, на глубины 30—60 м, летом.
Взрослая треска питается главным образом минтаем, навагой и другой рыбой, крабами, креветками, осьминогами, червями.
Значение тихоокеанской трески во много раз меньше; уловы ее составляют менее 1/20 доли улова трески атлантической.
1. Gadus morhua macrocephalus Tilesius, 1810 — Тихоокеанская треска (рис. 230).
Gadus macrocephalus Tilesius, Mem. Acad. Sci. Petersb., II, 1810 : 350 (Берингово море).
Gadus morhua macrocephalus, Световидов, Трескообразные, 1948 : 179, табл. XIII, LV.
I D 12—16, II D 15—19, III D 17—20, I A 19—23, II A 18—21, жаберных тычинок 18—23, позвонков 53 (Световидов, 1948).
Длина япономорских особей до 70 см, максимальная — тихоокеанских особей 1.2 м.
Биология трески описана в работе А. Н. Световидова (1948). Дополнительно укажем ряд работ: Куличенко, 1954; Моисеев, 1951, 1952, 1953б, 1956; Мухачева и Звягина, 1960; Световидов, 1949; Скалкин, 1961.
Распространение. В Японском море треска обычна в северной части, где является важной промысловой рыбой. (Литературу по биологии и промыслу см. у Н. С. Романова (1959).) Вдоль материкового берега доходит на юг до Пусаня (Шмидт, 1931а : 151). В Желтом море промышляется в небольшом количестве у берегов провинций Ляонин, Хэбэй и Шаньдун; доходит на юг до Циндао (Чжан и др., 1955 : 78). Вдоль островного побережья Японского моря указывается из районов о. Садо (Honma, 1952 : 226), зал. Тояма (Katayama, 1940 : 26) и р-на Санин (Katoh et all., 1956 : 331; Matsubara, 1955 : 1300). По тихоокеанскому побережью Японии встречается от центральной части Хонсю к северу. Обычна в Охотском и Беринговом морях, а также у берегов Аляски и далее на юг до Орегона.
1д. Gadus morhua macrocephalus Tilesius — Тихоокеанская треска (рис. 85).
Gadus macrocephalus Tilesius, Mem. Ac. Sci. Petersb., II, 1810 : 350 (Берингово м.). — Jordan a. Evermann, Fish. N. America, III, 1898 : 2541 (отличается от атлантической меньшими размерами плавательного пузыря). — Schultz a. Welander, Copeia, 3, 1935 : 131, (строение плавательного пузыря, отличия от Gadus morhua и Gadus ogac). — Clemens a. Wilbly, Fish. Pacif. Coast Canada, 1946 : 132, fig. 74 (Канада).
Gadus pygmaeus Pallas, Zoogr. Rosso-Asiat., III, 1811 : 199 (у м. Св. Ильи на южн. берегу Аляски).
Gadus auratus Соре, Proc. Amer. Philos. Soc., 1873 : 30 (Уналашка; золотистая форма).
Gadus brandti Hilgendorf, Mitt. Deutsch. Gesellscb. Natur-Volkerkunde Ostasiens, I, 7, 1875 : 3 (Хоккайдо).
Gadus callarius macrocephalus Шмидт, Рыбы вост. морей, 1904 : 217 (сев. часть Японск. м., Фузан, Гензан; сравнение с атлантической треской). — Rendahl, Ark. Zool., Stockh., XXIIA, 18, 1931 : 60 (Авачинск. зал.; измерения 2 экз.). — Полутов, Рыбн. хоз. Камчатки, 3, 1935 : 1 (вост. Камчатка; биометрика, рост, миграции, промысел).
Gadus morhua macrocephalus Берг, Рыбы пресн. вод СССР, II, 1933 : 746 (сев. часть Тихого океана на юг до Порт-Артура и Орегона). — Световидов, 1948 : 179, фиг. 26—27, табл. XIII, LV (библиография, остеология, измерения, биологич. сводка). — Петрова-Тычкова, Изв. Тихоок. инст. рыбн. хоз. океаногр., XXVIII, 1948 : 127—137 (зап. Камчатка; меристические признаки). — Световидов в изд.: Промысл. рыбы СССР, 1949 : 509, атлас табл. 154 (сводка, цветн. рис.).
Распространение, биология. Гребницкий, Вестн. рыбопром., XII, 6—7, 1897 : 324 (много у берегов Камчатки и Командорских о-вов; входит в устья рек; различно окрашенные формы; сезонные миграции, особи со зрелой икрой в январе—феврале, реже в марте; питание). — Cobb, Rep. U. S. Comm. Fish., App. VII, 1926 : 389 (вокруг о. Св. Лаврентия; промысел). — Солдатов и Линдберг, Обзор рыб дальневост. морей, 1930 : 514, фиг. 76 (рис.). — Попов, Иссл. морей СССР, 14, 1931 : 147 (бухта Нагаево). — Шмит, Вестн. Дальневост. фил. АН СССР, 1—3, 1933 : 79, фиг. 1—5 (икра, личинки у берегов вост. Камчатки и Командорск. о-вов). — Popov, Copeia, 2, 1933 : 65 (Авачинск. губа; отличия от молоди наваги). — Моисеев, Рыбн. хоз. Дальн. Востока, 1—2, 1934 : 94 (о температурном режиме беринговоморской трески). — Виноградов, Рыбн. хоз. Камчатки, 3, 1935 : 45 (Авачинск. зал.; питание). — Андрияшев, Иссл. морей СССР, 22, 1935 : 135 (распределение в Анадырск. зал. в связи с температурой и донными группировками; на север до зал. Лаврентия). — Суворов и Щетинина, Рыбн. хоз. Дальн. Востока, XIII, 1935 : 57 (Охотск. м.; меристические признаки, средние размеры, вес, темп роста, уловы). — Schultz a. De Lacy, Mid.-Pacific Magaz., January—March, 1936 : 65 (местонахождения у берегов Вашингтона и Орегона). — Андрияшев, Иссл. морей СССР, 25, 1937 : 257 (размеры в Анадырск. зал. по 855 экз.). — Дерюгин и Иванов, там же : 251, фиг. 5 (карта распределения трески в Анадырск. зал.). — Полутов, Вестн. Дальневост. фил. АН СССР, 27, 1937 : 95 (миграции). — Моисеев, Рыбн. хоз., 3, 1940 : 27 (зап. Камчатка; миграции, промысловые скопления, плодовитость). — Агапов, Тр. Научно-иссл. инст. полярн. землед., сер. «Пром. хоз.», 16, 1941 : 104 (бухта Угольная в Анадырск. зал.; питается сельдью). — Кизеветтер, Изв. Тихоок. научно-иссл. инст. рыбн. хоз. океаногр., XXI, 1942 : 272 (химический состав, технология обработки). — Полутов, Грибанов, Лагунов, Панин и др., Календарь рыбака Камчатки, 1945 : 15 (биология). — Полутов, Рыбн. хоз., 6, 1946 : 37. — Полутов, Изв. Тихоок. научно иссл. инст. рыбн. хоз. океаногр., XXVIII, 1948:103—126 (Авачинск. зал. биология). — Расс и Желтенкова, там же : 141, фиг. 1—4 (зап. Камчатка; икра, личинки). — Лонгвинович, там же, XXIX, 1949 : 138— 158 (зап. Камчатка; питание). — Гордеев, там же : 3—33 (перспективы тралового промысла).
I D (12) 13—15 (16), среднее 14.1, II D (14, 15) 16—20 (21, 22), ср. 17.9, III D 15—21, ср. 18.6, I А (16) 17—22, ср. 19.6, II А 16—20 (21) ср. 18.1, позвонков (49, 50) 51—55, сp. 53.1 (без уростиля), жаберных тычинок (17) 18—21 (22), ср. 18.9. По данным Потровой-Тычковой, для 124 экз. западнокамчатской трески. Для авачинской трески Полутов приводит следующие средние: I D 14.0, II D 17.6, III D 18.1, I А 20.9, II А 18.6, позвонков (без уростиля) 53.6, жаберных тычинок 20.6.
Рожкообразные выросты плавательного пузыря короткие, загнуты от основания к средней линии и затем крючкообразно наружу (рис. 86, 1), чем достаточно хорошо отличаются от взрослой атлантической трески. Голова большая и широкая, ширина межглазничного промежутка (костного), по Световидову, 20.3— 25.3% длины головы. Антедорсальное расстояние большое, 32.7— 36.2% L. Первый спинной плавник низкий, его лучи, прижатые к спине, обычно едва достигают начала II D. Подбородочный усик длинный, обычно превышает диаметр глаза, составляет 15—20% длины головы. Брюшина черная или свинцово-черная. Окраска тела сильно варьирует, обычно светлая, пятнистая; сходна с атлантической треской, но наружный край непарных плавников чаще беловатый (у атлантической трески хвостовой и спинные плавники темные до вершины). Длина обычно до 90 см, реже до 1 м, наибольшая 120 см. Промысловая треска Авачинского залива чаще имеет длину 65—85 см, в среднем 73 см, и вес 4.5 кг. Средние размеры траловой трески Анадырского залива 63—74 см.
Распространение. Северная часть Тихого океана от района Берингова пролива на юг по американскому побережью до Орегона (зал. Яквина) и по азиатской стороне почти повсеместно в Охотском и Японском морях, а также в Желтом море (зап. Корея, Ляодунский полуостров). В Беринговом море обычна у Командорских и Алеутских островов и по обоим берегам на север до Анадырского залива и южной части Чукотского полуострова (бухта Провидения). Ловится вокруг о. Св. Лаврентия, но севернее него в открытом море в уловах оттертрала не обнаружена. По бухтам Чукотского полуострова встречается, повидимому, до самого Берингова пролива (по сообщению Н. А. Волкова, ловилась на крючок у м. Дежнева в августе 1939 г.).
Биология. Тихоокеанская треска, в противоположность атлантической, повидимому, не совершает значительных миграций. Наличие более протяженных миграций не исключено для восточноберинговоморской трески в связи с характером течений и обширностью материковой отмели в восточной части Берингова моря. Основная масса держится более или менее оседло, ограничиваясь лишь сезонными передвижениями к берегам; к восточным берегам Камчатки подходит с апреля— мая, где откармливается на небольших глубинах (30—60 м); к зиме отходит на большие глубины (150—200 м). В северной части Берингова моря в летнее время встречается на глубине 40—120 м, в южной части Анадырского залива и в Олюторском заливе временами в значительных количествах, достаточных для тралового промысла. Предпочитает температуры выше 0° (0—5°), в южной части Анадырского залива временами образует промысловые скопления на границе «холодного пятна», но при температуре ниже — 0.5° встречается единично. Нерест в январе—апреле на глубине 150—250 м. Плодовитость 1.8—5.7 млн икринок. Половозрелости достигает в возрасте 4—5 лет; продолжительность жизни 10—13 лет (Полутов). Рост трески в Беринговом море происходит следующим образом (цит. по Световидову, 1948; абс. длина в см):
Основной пищей взрослой трески служит рыба (минтай, а также навага, камбалы, мойва, песчанка, сельдь, лососевые, бычки, Trichodon и многие другие), крабы (Chionoecetes, Hyas, Paralithodas), креветки (Pandalus, Spirontocaris, Crangonidae), раки-отшельники, осьминоги, эхиуриды, в меньшей степени Amphipoda и Isopoda, полихеты и другие представители донных беспозвоночных.
Gadus morhua macrocephalus. В Авачинском заливе основную пищу трески составляют минтай, краб-стригун, осьминог и ихиурусы (И. А. Полутов и И. И. Ершикова, Изв. Тихоок. инст. рыбн. хоз. океаногр., XXXV, 1951 : 147—154). К. Т. Гордеева (там же, XXXVII, 1952 : 145—162), исследуя питание трески в Анадырско-Наваринском районе, установила, что на местах промысловых скоплений треска интенсивно откармливается за счет небольшого числа видов массовых кормовых объектов. Интересно отметить, что к югу от м. Наварин (глубина 182 м) до 20—23% пищи трески составлял батипелагический светящийся анчоус Lampanyctus leucopsarus (Eig. et Eig.). На основании мечения трески у восточных берегов Камчатки И. А. Полутов (там же, XXXVII, 1952 : 139—144) пришел к заключению, что «по характеру сезонных миграций камчатская треска обладает сходством с фиордовой гренландской треской, для которой известны лишь небольшие передвижения у берегов, в отличие от длительных морских миграций атлантической трески, исчисляемых сотнями и даже тысячами миль». По сообщению И. А. Полутова, у восточных берегов Камчатки встречаются две формы трески — «белобрюхая» и «чернобрюхая». Эти формы были обнаружены и нами осенью 1951 г. В Камчатском заливе и в Наваринском районе (на поддев и в трале до глубины 300 м) попадалась треска с молочно-белым брюхом и окаймленными светлой полоской спинными плавниками. У Командорских островов трал принес крупную треску (длина до 96 см) с темным свинцово-серым брюхом и темными неокаймленными спинными плавниками. Обстоятельная сводка современных данных и обширные новые материалы по биологии и промыслу дальневосточной трески опубликованы в книге П. А. Моисеева «Треска и камбалы дальневосточных морей» (Изв. Тихоок. инст. рыбн. хоз. океаногр., XL, 1953 : 21-118).
Хозяйственное значение значительно меньше, чем атлантической трески. Общие уловы тихоокеанской трески составляют 1.5—2 млн ц. Наши уловы в дальневосточных морях достигают 180 тыс. ц и могут быть значительно увеличены как за счет ярусно-удёвного, так и тралового лова (подробнее об этом у Гордеева).
*1f. Gadus morhua macrocephalus Tilesius — Тихоокеанская треска (табл. XIII, LV).
— Gadus macrocephalus Tilesius, Mem. Acad. Sci. Petersb., II, 1810 : 350 (Берингово море).
— Gadus morhua Pallas, Zoogr. rosso-asiat., III, 1811 : 181 (ex parte: Тихий океан между Камчаткой и Сев. Америкой).
— Gadus pygmaeus Pallas, l. c. : 199 (у берегов Сев. Америки, мыс Ильи).
— Gadus pseudomorrhua Bleeker, Nederl. Tijdschr. Dierk., IV, 4—7, 1873 : 151 (описание по рисунку).
— Gadus auratus Cope, Proc. Amer. Philos. Soc., 1873 : 30 (Уналашка, коричнево-золотистой окраски).
— Gadus brandti Hilgendorf, Mitth. Deutsch. Ges. Natur.-Völkerkunde Ostasiens, I, 1875, pt. 7 : 3.
— Gadus callarias Eigenmann a. Eigenmann, Ann. N. Y. Acad. Sci., VI, 1892 : 358 (Аляска, Puget-Sound); Smitt, Scand. fish., I, 1893 : 472 (ex parte: северная часть Тихого океана).
— Gadus callarias var. macrocephalus Шмидт, Рыбы восточных морей, 1904 : 217 (Японское море, у западного берега Сахалина, Гензан, Фузан).
— Pollachius brandti Jordan а. Metz, Mem. Carnegie Mus., VI, 1, 1913—14 : 64 (Фузан).
— Gadus callarias macrocephalus Rendahl, Ark. Zoologi, XXII A, 10, 1931 : 60 (Авачинский залив у Петропавловска на Камчатке).
— Gadus morhua macrocephalus Берг, Рыбы пресных вод, II, 1933 : 746.
Распространение, биология. Steindachner u. Kner, Sitzungsber. Akad. Wiss. Wien, math.-naturw. CI., LXI, 1, 1870 : 20 (залив Де-Кастри); Jordan a. Gilbert, Proc. U. S. Nat. Mus., III, 1880 : 453 (залив Puget-Sound); Alexander, Rept. U. S. Fish. Comm., (1888), 1892 : 450 (Yaquina Bay); Jordan a. Starks, Proc. Calif. Acad. Sci., (2), V, 1895 : 849 (мыс Flattery); Гребецкий, Вестн. рыбопр., XII, 6—7, 1897 : 323 (берега Камчатки, Командорские о-ва); Jordan a. Evermann, Fish. N. а. М. Amer., III, 1898 : 2541 (Берингово море на юг до Орегона); Jordan a. Gilbert, Fish. Bering sea, 1899 : 486, 508 (у берегов Аляски, Алеутских, Прибыловых и Командорских о-вов); Jordan a. Starks, Proc. U. S. Nat. Mus., XXXI, 1906 : 526 (Порт-Артур); Evermann a. Goldsborough, Fish. Alasca, 1907 : 348 (Берингово море у берегов Аляски и Камчатки); Jordan, Tanaka a. Snyder,Cat. fish. Japan, 1913 : 406 (Берингово море, Курильские о-ва, о. Тюлений, у Камчатки, Хоккайдо, Сахалин); Jordan a. Metz, l. c., VI, 1, 1913—14 : 65 (Chinnampo, Порт-Артур); Jordan a. Hubbs, ibid., X, 2, 1925 : 326 (Kushiro, Osaka?); Cobb, Rept. U. S. Comm. Fisher., App. VII, 1926 : 389 (от мыса Flattery до о. Св. Лаврентия и вокруг него, биология, промысловое значение, описание промысла); Inaba, Rec. Oceanogr. Works Japan, III, 2, 1931 : 51 (окрестности Asamuchi, Ishikawa, Mutsu-Bay, нерест); Шмит, Вестн. Дальневост. фил. АН, 1—3, 1933 : 79 (икра, личинки); Mori a. Uchida, Journ. Chosen Nat. Hist. Soc., 19, 1934 : 22 (Чин-кай, Гензан, у западных берегов Кореи); Моисеев, Рыбн. хоз. Камчатки, 1934 : 94 (биология); Schultz а. Welander, Copeia, 1935, 3 : 131 (строение плавательного пузыря); Полутов, Рыбн. хоз. Камчатки, 1935 : 1 (восточное побережье Камчатки, биометрика, биология, промысловое значение); Виноградов, ibid., 1935 : 45 (Авачинский залив, питание); Андрияшев, Исслед. морей СССР, 23, 1935 : 135 (Берингово море у Командорских и Алеутских о-вов, у берегов Камчатки и Корякской земли, на север до залива Св. Лаврентия); Schultz a. Delacy, Mid-Pac. Magaz., Jan.-March, 1936 : 65 (Берингово море, на юг до Орегона, библиография); Андрияшев, Исслед. морей СССР, 25, 1937 : 257 (распространение, размеры); Полутов, Вестник Дальневост. фил. АН, 27, 1937 : 95 (миграции); Моисеев Изв. Тихоокеанск. научно-исслед. инст. морск. рыбн. хоз. и океаногр., 14, 1938 : 37 (зап. Камчатка); Matsubara, Bull. Jap. Soc. Sci. Fish. Tokyo, VI, 5, 1938 : 249; ibid., VIII, 1, 1939 (возраст, размеры, вес); Моисеев, Рыбн. хоз., 1940, 3 : 27 (зап. берег Камчатки, распределение, миграции, плодовитость); Полутов, Рыбн. хоз., 1946, 6 : 37 (Авачинский зал., размеры, зрелость, питание, миграции, уловы); Кривобок, Материалы к познанию трески Японского моря, арх. ТИНРО, №961 (Японское море, биометрика, биология, промысловое значение); Суворов и Щетинина, Треска и ее промысел в водах Тихого океана (Материалы по биологии трески Охотского моря), арх. ТИНРО, №676 (Охотское море, биометрика, биология, промысел); Шурин, Материалы по питанию трески дальневосточных морей, арх. ТИНРО, № 908 (Японское, Охотское, Берингово моря, питание).
I D 12—16, II D 15—19, III D 17—20, I А 19—23, II А 18—21, sp. br. 18—23, vert. 53. Количество позвонков по 1 экземпляру. По данным Суворова и Щетининой (l. c.), для трески (100—104 экз.) западного побережья Камчатки: I D 13—16 (14.4), II D 14—20 (17.18), III D 17—21 (18.5), I А 18—25 (20.9), II А 17—22 (18.7), sp. br. 18—24 (20.1), vert. 50—55 (53.2) (без последнего позвонка, считаемого нами). У трески из Авачинского зал. позвонков в среднем 53.6, из Японского моря 52.1 (Полутов). Голова большая и широкая, длина ее 26.7—28.6% длины тела, межглазничный промежуток 20.3—25.3 длины головы. Верхняя челюсть удлиненная, 43.2—47.7% длины головы. Усик длиннее или несколько короче продольного диаметра глаза. Хвостовой стебель низкий, 3.4—4.5 длины тела. Прижатые к спине лучи 1-го спинного плавника едва достигают начала 2-го спинного плавника, реже заходят за него. Рожкообразные выросты у переднего конца плавательного пузыря обычно короткие и загнутые только к средней линии с небольшим изгибом на конце, реже удлиненные и после изгиба к средней линии направлены вперед с изгибом на конце (фиг. 27, l, m, n). Перитонеум свинцово-черный или черный. В процентах к длине тела: антеанальное расстояние 46.8—54.3, антедорсальное расстояние 32.7—36.2, длина грудного плавника 13.5—15.4, длина брюшного плавника 9.3—12.9, высота 1-го спинного плавника 8.0—13.0, высота 1-го анального 8.9—11.4. В процентах к длине головы: длина рыла 33.4—37.4, продольный диаметр глаза 15.8—20.6, длина нижней челюсти 50.2—55.6, длина усика 14.4—20.7. Окраска сходна с окраской атлантической трески, известны и цветовые — золотисто-желтые аберрации. Размеры несколько меньшие, чем атлантической трески, средняя длина тела по отдельным годам колеблется от 45.5 до 90 см. Япономорская треска мельче охотскоморской. Средние размеры тела за ряд лет для первой колеблются от 43 до 70 см, для второй — от 62 до 80 см, размеры в пределах и Японского моря уменьшаются по направлению с севера на юг, наибольшая длина известна в 1.2 м. По весу тела несколько тяжелее, чем атлантическая.
Распространение. Северная часть Тихого океана и прилегающие моря. У азиатских берегов единично встречается начиная с Желтого моря (Дайрен, Чин-кай, западная Корея), у западных берегов Японского моря вдоль Кореи (Гензан, Фузан, зимой) и далее к северу, по восточному берегу вдоль Хондо к северу от залива Тояма-ван и повидимому, южнее (Sanin-do, пров. Tottori?) (По указанию Okada и Matsubara (Keys to the fishes and fishlike animals of Japan, 1938 : 442), встречается и южнее у берегов пров. Кваитун.); у северных и восточных берегов Хоккайдо; вокруг Сахалина, вдоль Курильских о-вов и всех берегов Охотского моря, вокруг Камчатки; в Беринговом море, в открытом море против азиатских берегов на север до бухты Провидения, по бухтам Чукотского п-ова до залива Лаврентия, у Командорских и Прибыловых о-вов и вдоль Алеутских о-вов; у берегов Аляски на север до широты о. Св. Лаврентия, вокруг о. Св. Лаврентия (Cobb, l. с.), вдоль тихоокеанского побережья на юг до берегов Орегона (Yaquina Bay).
Биология. Тихоокеанская треска, несмотря на широкий ареал, не совершает таких отдаленных миграций, как атлантическая треска. Все известные факты говорят о том, что она мигрирует лишь на небольшие расстояния — к берегам и от берегов или с одной банки на другую в пределах ограниченного района. Характерной особенностью ее является также то, что летом, насколько это известно, она держится разрозненно и в таких больших скоплениях, как атлантическая треска, не встречается. В наибольших количествах встречается при температуре 3—4° С (Японское море), при более высоких температурах встречается в меньших количествах и при 9° С перестает ловиться; при температуре ниже 3° С встречаете в меньших количествах, но единично ловится и при отрицательных (до —1,5° С) температурах и подо льдом (у о. Св. Лаврентия, Cobb, l. c.). В Беринговом море наибольшие скопления дает в месте столкновения холодных и теплых вод при температуре от 0.5 до —0.2° С. В летние месяцы основная масса держится вблизи берегов и на банках на глубине 50—100 м; за пределами изобаты в 100 м встречается в меньших количествах; зимой отходит на глубины 150—200 м, но вообще зимний период изучен мало. У западных берегов Камчатки треска в летнее время распределяется в виде двух параллельных полос на глубине 10—50 и 70—100 м с отдельными скоплениями внутри каждой до промысловых. В конце сентября — начале октября треска, держащаяся в пределах прибрежной полосы, начинает отходить на большие глубины, смешивается с треской второй полосы и, отойдя еще глубже, держится зимой на глубине 150—250 м, причем в январе местами, на глубине 180—230 м, ловилась в довольно больших количествах (от 6.1 до 8.5 ц на 1 час тралирования). Нерест, как и у атлантической трески, вероятно, происходит почти повсеместно, но за отсутствием наблюдений в нерестовый период почти не изучен. По указанию Гребницкого и Cobb’а, нерест происходит в январе—феврале, реже икряная треска попадается и в марте, по предположению Суворова — в апреле—мае отдельные самки с невыметанной икрой попадались во 2-й половине мая, а вообще известны случаи нахождения их в течение всего лета. У западных берегов Камчатки близкие к нересту рыбы встречались с декабря по апрель, в марте — уже текучие. У берегов Японии нерест происходит с декабря по февраль. По отдельным отрывочным наблюдениям нерест происходит у Командорских о-вов, у восточных берегов Камчатки от мыса Лопатки до о. Карагинского и без указания точного местонахождения — у берегов Сев. Америки. Плодовитость от 1809 до 5722 тыс. икринок, в среднем около 2.5—5 млн. икринок. В Кроноцком зал. основная масса нерестующей трески состояла из 5-и 6-годовалых. Рост тихоокеанской трески в разных местах ее огромного ареала неодинаков. По данным, приводимым Кривобоком, Суворовым и Щетининой, рост происходит следующим образом (в см):
Из этих данных видно, что треска из более южных районов обладает более замедленным темпом роста, чем в северных, где она несколько крупнее и по размерам, что указывает на ее холодолюбивость и северное происхождение. Продолжительность жизни трески 10—12 лет, в уловах преобладают 8-годовалые. Пища крайне разнообразная: рыба, ракообразные (крупные и мелкие), черви, иглокожие, моллюски. Основной пищей трески крупнее 70 см является рыба и затем ракообразные; треска размерами менее 70 см питается главным образом ракообразными и в меньшей степени рыбой (сельдью, минтаем, мойвой, кетой, камбалой, бычками). Известны случаи нахождения в желудках тихоокеанской трески даже водяных птиц (уток). Вообще тихоокеанская треска на пищу менее разборчива, чем атлантическая.
Хозяйственное значение гораздо меньшее, чем атлантической трески. Наш промысловый лов трески возник сравнительно недавно. Максимальный улов трески был 4180.6 тыс. штук (168 тыс. ц в 1930 г.), в последние годы уловы снизились. Промысел трески у берегов Сев. Америки возник ранее (в 60-е годы прошлого столетия) и, постепенно возрастая, достиг в 1916 г. (Pacific Fisherman, 1936 : 225) 3892 тыс. штук (около 160 тыс. ц); в последние годы уловы несколько снизились, и в 1931—1935 гг. ежегодно вылавливалось от 1264 до 1676 тыс. штук (около 56—67 тыс. ц). Уловы Японии по довольно неточным и разноречивым источникам превышают 1.5 млн. ц. Общий улов тихоокеанской трески, исходя из приведенных выше приближенных данных, колеблется от 1.5 до 2 млн. ц. У американских берегов треска ловится в основном около Аляски; у берегов Канады существенного промысла нет. Траловый промысел трески в Тихом океане не привился вследствие ненахождения ее в больших скоплениях, лов производится с небольших судов на удочку, ярус и поддев.
Сравнительные заметки. Попав в Тихий океан и не встретив здесь конкурентов в лице многих других, как в Атлантическом океане, видов тресковых, эта форма трески имела возможность широко расселиться на юг и образовать на протяжении своего ареала ряд локальных форм, отличающихся по размерам (росту) и некоторым морфологическим особенностям, причем формы южных частей ареала значительно теплолюбивее как близких подвидов — Gadus morhua ogac и Gadus morhua maris-albi, так и северных форм Gadus morhua macrocephalus. Япономорская треска, например, как можно судить даже по небольшому количеству экземпляров коллекций Зоологического института Академии Наук, отличается более коротким усиком и некоторыми другими особенностями от беринговоморской; Суворов и Щетинина указывают на существенные различия между треской охотскоморской и треской из залива Петра Великого и северной части Татарского пролива. Кривобоком найдены различия между треской западного берега Сахалина и берегов Приморья. Треска из южных районов значительно мельче трески из северных районов и обладает значительно более медленным темпом роста, а это в известной степени указывает на ее происхождение из более северных районов, где она обладает наилучшим ростом. Привязанность тихоокеанской трески к узким районам обитания и ее ограниченная миграция дают ей широкие возможности для образования локальных форм.
Gadus brandti Hilgendorf = Pollachius brandti Jordan a. Metz по количеству лучей, соотношению длин оснований непарных плавников и остальным особенностям является, несомненно, Gadus morhua macrocephalus.
le. Gadus morhua macrocephalus Tilesius
[Gadus macrocephalus Tilesius 1810, Берингово море. — Gadus morhua macrocephalus Андрияшев, Исследования морей СССР, вып. 25, 1937, стр. 350; Берингово море на север до бухты Провидения, длина до 1 м. — Полутов, Рыбн. хоз., 1946, № 6, стр. 37; Авачинская губа. — Световидов, Трескообразные, 1948, стр. 179, табл. XIII, фиг. 2, табл. LV, череп. — треска Авачинского залива Полутов, Изв. Тихоокеанск. инст. рыбн. хоз., XXVIII, 1948, стр. 103; биология. — треска Петрова-Тычкова, там же, стр. 127 (зап. Камчатка; биометрика)].
Тихоокеанская треска. I D 12—16, средн. 14.3; II D 14—21 (22), средн. 17.8, III D 16—21, средн. 18.3, I А (16) 17—23, средн. 20.1, II А 16—21 (22), средн. 18.4; жаб. тыч. 17—24, средн. 19.7; позвонков без последнего (49) 50—55, средн. 53.1 (данные М. А. Петровой-Тычковой по 222—228 экз. с западного берега Камчатки). Голова широкая: ширина межглазничного промежутка 20.3—25.3% длины головы. Голова большая: длина ее 26.7—28.6% длины всего тела. Позвонков 51—56, средн. 54.2. Рожкообразные отростки плавательного пузыря короткие, загнутые к серединной линии. Хвостовой стебель сравнительно низкий, 3.5—4.5% длины тела. Мельче атлантической, особенно мелка треска Японского моря. В общем средняя (абс.) длина от 45 до 90 см. Северная часть Тихого океана на север до бухты Провидения, на юг до Порт-Артура и зал. Тояма-ван на Хондо, а по американскому побережью до берегов Орегона.
Очень близка к тихоокеанской треске Gadus morhua ogac Richardson 1836 (см. Световидов, 1948, стр. 178), которая встречается у берегов зап. Гренландии до 73.5° с. ш. и в Гудсоновом заливе. Это мелкая прибрежная форма, аналогичная беломорской Gadus morhua maris-albi.
