Что делать если кажется что тупеешь
Основные симптомы: Очень многие жалуются на «туман в голове», «голова как ватная», «неясная голова» и тому подобные симптомы.
Если Вы замечаете у себя переутомляемость, нарушение сна, постоянную раздражительность, то, возможно у Вас расстройство психики, называемое астено-невротическим синдромом.
Распространенность: Это заболевание является одной из самых распространенных «болезней цивилизации». Его часто называют «гриппом менеджеров».
Заболеванию подвержены люди образованные, преуспевающие. Наиболее характерный возраст – от 20 до 40 лет. Это предприниматели, менеджеры, врачи, преподаватели. В особой группе риска люди, работа которых связана с повышенной ответственностью, например, авиадиспетчеры.
В прошлом астено-невротический синдром называли «нервным истощением»
Также в группе риска творческие личности.
Схожая симптоматика: Какие же заболевания могут проявляться, как «голова, как в тумане», плохим сном, слабостью и раздражительностью, кроме неврастении? В первую очередь это астенические состояния при начинающихся тяжелых болезнях. Во вторую – маскированные депрессии, которые в начале легко можно спутать с астено-невротическим синдромом. И синдром хронической усталости может проявляться похожим образом.
Так что правильный диагноз может поставить только врач-психотерапевт или психиатр. Для постановки диагноза обычно используется профессиональная психологическая диагностика (психотесты), которую можно пройти самостоятельно (по этой ссылке).
Как развивается заболевание: Синдром возникает постепенно, при сочетании эмоционального и физического перенапряжения, постоянной усталости. Чаще всего у заболевающих возникают жалобы на упадок сил, общую слабость, повышенную раздражительность, «туман» в голове, невозможность справляться с обычными объемами работы.
Если человек продолжает и дальше подвергаться стрессу и не обращается за медицинской помощью, состояние его ухудшается – к обычному набору жалоб на «ватную» голову присоединяется слезливость, жалобы на сердце, туман в голове. Усиливается раздражительность до крайней степени, но раздражение быстро сменяется слабостью. Сон обычно нестоек, не приносит чувства отдыха, после сна голова «как ватная». Ухудшается аппетит, могут беспокоить запоры или поносы.Снижается сексуальное влечение как у мужчин, так и у женщин. Состояние ухудшается перед переменой погоды (так называемая «метеочувствительность»). При отсутствии лечения на этой стадии, далее присоединяются апатия, вялость, выраженная слабость и стойкое снижение настроения. Интерес к жизни снижается, больной думает только о своем болезненном состоянии, о своей «неясной» голове.
Отсутствие лечения может привести к возникновению психотических расстройств.
Лечение: Перспективы лечения положительные, обычно психотерапевтические методы дают прекрасный результат вплоть до полного излечения. В тяжелых случаях используют сочетание психотерапии с психофармакотерапией.
Самолечение обычно ухудшает состояние и приводит к прогрессу заболевания.
На начальном этапе заболевания врачу-психотерапевту для постановки правильного диагноза нужно исключить все болезни, при которых проявляются сходные симптомы, ведь чем точнее диагноз – тем успешнее будет проводимое лечение.
Различные заболевания со схожей симптоматикой необходимо лечить по-разному. Поэтому обязательно нужно проконсультироваться у психотерапевта. Хороший психотерапевт подбирает терапию, соответствующую конкретным проявлениям заболевания и индивидуальных особенностей каждого пациента.
Астено-невротический синдром является одной из самых распространенных «болезней цивилизации». Его часто называют «гриппом менеджеров».
Лечение синдрома зависит от выраженности болезненной симптоматики, однако в первую очередь направлено на устранение психотравмирующих факторов. Необходимо снизить как психическую, так и физическую нагрузки. Это является самым главным условием лечения, без таких мероприятий победить болезнь не удастся. На ранних этапах развития болезни нормализации ритма жизни, устранения стресса и психотерапии может быть достаточно для существенного улучшения состояния здоровья. И, конечно, на этой стадии очень хороший эффект дают методы психотерапии, не использующие препаратов – когнитивно-поведенческая, психоанализ, очень эффективны методы групповой психотерапии.
В любом случае, необходимо обратиться к психотерапевту.
В более запущенных случаях может потребоваться дополнительная психофармакотерапия. Применяют общеукрепляющие препараты, транквилизаторы, при необходимости снотворные средства и антидепрессанты. Психотерапия также активно используется в лечении запущенного астено-невротического синдрома.
Первым показателем улучшения состояния является нормализация сна и исчезновение ощущения «тумана» в голове. При вовремя назначенном лечении проблему обычно удается победить полностью, однако, если напряженная обстановка и стрессы на работе и в личной жизни продолжают сохраняться, возможны различные осложнения.
Терминология и другие наименования: В прошлом астено-невротический синдром вместе с заболеваниями сходной симптоматики называли «нервным истощением».
В современной психиатрии чаще используется термин «неврастения» для обозначения нервно-астенического синдрома (синонимы). В бытовом смысле обычно неврастения воспринимается, как состояние болезненно-нервное, неуравновешенное, характерное для безвольных людей, легко поддающихся различным влияниям и настроениям, находящихся в состоянии острого душевного кризиса. А в медицинском смысле это — состояние подавленности, раздражительности, «неясной головы».
Я постоянно чувствую себя глупым
«О чем они говорят?» — иногда мы не очень понимаем то, о чем непринужденно рассуждают собеседники. Но некоторые воспринимают это как доказательство собственной никчемности. Откуда берется такая недооценка собственного «Я»?
«Приятель привел меня в компанию друзей-киноманов. Они сыпали цитатами из фильмов, а я чувствовала себя неловко и глупо улыбалась, потому что не помнила ни одной остроумной реплики». Многим из нас случалось попадать в такую ситуацию. Но Марина, героиня этого рассказа, делает из заурядного случая вывод: «Я необразованна и глупа».
«Люди, считающие себя глупцами, абсолютно искренни, — говорит психотерапевт Елена Соколова. — Их чувства вызваны ощущением несоответствия между тем, кем они представляют себя (обладателем многих талантов) и являются на самом деле (человеком с разными достоинствами и недостатками). Поэтому им кажется, что они постоянно делают и говорят что-то не так». На самом деле им необходимо разобраться в себе.
Размытая идентичность
«Люди, склонные воспринимать себя некомпетентными, нуждаются в постоянном подтверждении своей состоятельности, — продолжает Елена Соколова. — Для этого они «используют» окружающих, но только если те восхищаются их умом и другими «достоинствами».
Но, когда другой человек в чем-то превосходит их, признать это, то есть реалистично увидеть себя, им настолько трудно, что (если не удается обесценить достоинства других) они предпочтут приписать себе тотальную глупость. Ведь с такого человека и спроса нет».
Психотерапевт «СМ-Клиника» рассказала, как беременность влияет на мозг женщины
Рассеянность, забывчивость, плаксивость… Оказывается, эти «прелести» интересного положения контролировать практически невозможно.
«У женщин организм больше зависит от гормонов, чем у мужчин. Именно с изменениями гормонального фона связана цикличность настроения и поведения — так называемые гормональные качели. В первую фазу цикла растет уровень эстрогенов, как следствие, — нормализуется эмоциональный фон. В середине цикла их количество резко снижается, а уровень прогестерона, так же, как при беременности, растет. В конце цикла падает уровень прогестерона — настроение снижается, жизнь теряет краски».
Мышление
Организм во время вынашивания младенца переносит огромный стресс, именно поэтому меняются характер и привычки женщины. Но не только! Для многих становится открытием, что сонливость, токсикоз и перепады настроения — это далеко не все, что их ждет. Неожиданно дают о себе знать хроническая усталость, неспособность сконцентрироваться, провалы в памяти.
С момента зачатия уровень прогестерона растет. И главная причина этого — появление нового гормона — гормона беременности (хорионический гонадотропин), который вырабатывается плацентой плода. Уже на 6-8 день он сообщает всем органам и системам о новом состоянии. Именно прогестерон, концентрация которого повышается в десятки раз, формирует в головном мозге доминанту — установку на выполнение женщиной главной функции в этот период — продолжения жизни. И первыми в процесс перестройки включаются эндокринная и нервная системы. Благодаря прогестерону, беременные женщины сконцентрированы исключительно на том, что происходит с ними здесь и сейчас.
Появление ребенка — это двойное рождение. Женщина превращается в мать, и ее образ мыслей кардинально меняется. На первое место выходят инстинкты самосохранения, продолжения рода, альтруизма и гармонии, исследовательский, доминирования, свободы и сохранения достоинства. Однако не каждая способна принять новую для себя роль. Причины такой ситуации разные: от завышенных требований к будущей маме со стороны близких до ее эмоциональной незрелости. Так возникают невротические расстройства, сопровождающиеся и после родов скачками давления, бессоницей, мигренями.
Психика
В первой половине беременности процессы возбуждения в нервной системе преобладают над процессами торможения. Будущей маме сложно угодить: желания меняются по пять раз на день, впрочем, как и настроение. Мужья списывают все на капризы (ну конечно, ей больше хочется внимания) и запасаются терпением в надежде, что скоро это закончится.
Но не так все однозначно! За девять месяцев в организме женщины вырабатывается больше эстрогенов, чем за всю жизнь, и пика достигают в третьем триместре. Они стимулируют рост матки, нормализуют сосудистый тонус и артериальное давление, способствуют родам. Кроме того, повышается функция щитовидной железы, как следствие, ускоряется обмен веществ, улучшается состояние кожи и волос. Также активизируется функция надпочечников как реакция на стресс, из-за чего может возникнуть пигментация.
Во вторую половину беременности процессы торможения в нервной системе доминируют над процессами возбуждения. В этот период эмоции перестают зашкаливать, женщина становится уравновешенной и спокойной, даже голос становится ниже и монотоннее. При этом появляется сонливость, ослабевают мыслительные функции, начинает подводить память.
Ученые-нейрофизиологи установили, что объем серого вещества у женщины во время беременности снижается на 6%. Таким образом решается задача «отсечения лишнего», что может сделать работу других отделов мозга более эффективной в плане освоения необходимых для материнства навыков. Возможно, этот процесс повышает продуктивность и специализированность отдельных участков мозга. Это помогает матери распознавать потребности младенца и опасности, грозящие ему.
Память
Под влиянием гормона окситоцина начинается родовая деятельность. После родов окситоцин запускает материнский инстинкт и позволяет женщине испытывать невероятную нежность к малышу. Прогестерон же после родов снижается до минимума, и молодые мамы сходят с ума от тревог и беспокойства. А еще от упреков супруга, недовольного забывчивостью любимой. Да, новая роль отодвигает на второй план выполнение задач, не связанных с ребенком. Но это проблема психологическая.
А есть и другая — перестройка гормонального фона и возвращение его к «добеременной» норме. Плюс вечное недосыпание. Отсюда — рассеянность, невозможность сконцентрироваться. Но не стоит паниковать! Во-первых, это временное явление. После родов размер мозга достигает прежнего состояния в течение двух лет, нормализуется и эмоциональный фон.
А во-вторых, изменения в головном мозге происходят на участках, отвечающих за кратковременную память. Так что волноваться о том, что после родов забудется имя суженого, не стоит. Кроме того, далеко не все женщины испытывают такие трудности. Считается, что чем меньше ребенок доставляет волнений маме (у него все в порядке со здоровьем, не плачет по ночам), тем лучше работает ее мозг. К тому же некоторые исследования доказывают, что роды после 35 лет (а это не такая уж и редкость) благотворно влияют на клетки мозга.
Снижение активности самовосприятия
Расстройство характеризуется ослаблением актов самовосприятия вплоть до полного их выпадения. Оно может затрагивать как разные части структуры Я, так и Я в целом. Обычно возникает в связи с депрессией, нередко в той или иной степени распространяется на аффективные проявления последней, оттесняя их на второй план в жалобах пациентов на самочувствие и в субъективной картине болезни.
Такая депрессия определяется как анестетическая. Очень редко расстройство сочетается с маниакальными состояниями, порождая т. н. анестетическую манию. Оно может, по-видимому, возникать и в структуре смешанных аффективных состояний. В тех случаях, когда расстройство затрагивает важные для пациента стороны функционирования Я и в то же время не лишает их способности осознавать и переживать собственное страдание, возникают субъективно чрезвычайно мучительные состояния, которые принято обозначать термином болезненная психическая анестезия, или болезненное бесчувствие. Наиболее тягостными для пациентов бывают состояния, в которых они теряют способность воспринимать свои позитивные эмоции и чувства.
В зависимости от того, какие именно акты самовосприятия выпадают из сознания пациентов, весьма условно можно разграничить ряд вариантов расстройства. Возникающие в результате последнего белые пятна в самовосприятии образуют в действительности самые причудливые и ничем не объяснимые пока что конфигурации. Вообще следует сказать, что разные нарушения самовосприятия нередко возникают одновременно, вследствие чего возникают весьма сложные клинические структуры. Приведенные далее иллюстрации хорошо это показывают.
 | Подобные проявления свидетельствуют о наличии психического заболевания. При проявлении снижения активности самовосприятия рекомендуем обратиться к психиатру |
Подобранные преимущественно на одну какую-то тему, они тем не менее очень разные в своих деталях и потому поучительны и представляются нам чрезвычайно интересными. Интересными они могут быть также потому, что в них часто бывают отражены не только конкретные проявления одного и того же симптома, но и указания на другие симптомы, как бы формирующиеся в связи с основным расстройством.
Утрата осознавания собственной активности проявляется жалобами пациентов на неспособность воспринимать те усилия, которые они предпринимают при осуществлении того или иного вида деятельности, а также на утрату восприятия своих желаний, стремлений, влечений. Поведение пациентов между тем может оставаться вполне адекватным. Вот как звучат эти жалобы: «Я не вижу смысла того, что я делаю, жизнь течет бездарно, никчемно. У меня нет стремлений, я плыву по течению, живу какой-то чужой жизнью. По-бытовому понимаю, что нужно делать и зачем, но это понимание обязанности, долга, но не желания или потребности. Ничего не хочу. Не хочу даже ощущать себя. Мне хочется, чтобы тело испарилось, а остались только мысли. Чувствую себя механическим, все вроде бы делаю по-прежнему, работаю, занимаюсь домашними делами, с кем-то разговариваю, но делаю все это не как Я, а будто машина с вечным двигателем, без желания, усилий и без усталости. Чувствую себя роботом, автоматом, который делает все сам по себе, без меня. В том, что я делаю, моего Я нет, оно бездействует. Делается все само по себе, без моего участия, мне только и остается, что наблюдать за собой как со стороны. Иду, например, но не как я сама это делаю, а меня будто бы несет куда-то. Я не чувствую своих усилий, когда что-нибудь делаю, я только констатирую, как действует мое тело. Я наблюдаю, к примеру, как я встаю, открываю холодильник, достаю и выпиваю молоко, ставлю бутылку в мойку, ложусь в постель, и все это, как и почти все другое, делает мое тело, но не я. Когда я что-то делаю, мое тело, руки и ноги двигаются раньше, чем я подумаю это делать. Говорю, но не как я, а будто бы включенный магнитофон работает. Не чувствую, чего хочу поесть. Один раз купил семь сортов рыбы, думал, что, может, захочу что-то съесть Но желания так и не появилось. Ничего не хочу, ни к чему нет охоты, стремления, такое чувство, будто это и не я вовсе или я нахожусь в виртуальном мире. Вроде сижу в какой-то сфере и не могу из нее вырваться».
Приведем наблюдения И.С.Сумбаева, его пациенты говорят: «Иногда я совершаю ненужные действия, как будто мои руки работают сами, без моего участия. Я как бы превратилась в машину; например, нередко мой язык говорит совершенно автоматически, и я только потом осознаю смысл мною сказанного. Точно так же я часто читаю чисто механически, совершенно не следя за смыслом слов». Уместно вспомнить здесь наблюдение О.В.Кербикова о «безмотивных действиях» пациентов с кататоно-гебефренной симптоматикой. Такие пациенты, по-видимому, просто не осознают своих побуждений что-то сделать, отчего, приходя в себя, они ничего не могут сообщить о мотивах своего неправильного, обычно импульсивного поведения.
Утрата осознавания эмоций и чувств проявляется жалобами на утрату способности воспринимать собственные эмоции и чувства. Расстройство встречается в разных вариантах. Один из наиболее часто встречающихся — это ангедония, т. е. неспособность испытывать ощущение приятного.
Ангедония является как бы парциальным вариантом болезненного бесчувствия, способность воспринимать негативные эмоции при этом сохраняется или даже бывает обострена. Ее считают типичным признаком депрессии, шизофрении, шизоидного расстройства личности, симптомом психического дефицита, одним из проявлений деперсонализации.
Тотальный вариант нарушения приводит к неспособности воспринимать самые разные эмоции, как положительные, так и отрицательные.
В относительно легких случаях расстройства собственные эмоции воспринимаются пациентами притупленно, смазанно, кажутся им скоротечными или ощущаются как бы на периферии Я. В более тяжелых случаях они не воспринимаются вовсе.
Они сообщают об этом так: «Смеюсь, но не внутри Я, а где-то на его поверхности. Души у меня будто вовсе нет, а голова понимает. Любимую песню воспринимаю в словах, в душу она не входит. Реакции записываются на мысли, голова будто отделилась от сердца, которого как бы и нет совсем. Не чувствую своей души, такое ощущение, что она растаяла или находится где-то далеко. Я не совсем еще Я. Я жду, когда моя душа вселится в меня обратно или оживет во мне. Только недавно я почувствовал, что мои эмоции стали удлиняться, становиться более продолговатыми, что пошло, наконец, очеловечивание. У меня не стало никаких чувств, ни хороших, ни плохих. Потерял эмоции, как умер, только физическое тело ходит. Эмоции исчезли, а их проявления остались. Я стала совсем бесчувственной, как чурка. Все вижу, понимаю, но внутри меня абсолютная пустота, душа застыла, все в ней замерло, будто там ничего нет. Подходит ко мне вчера дочка, я обнимаю, целую ее, но как резиновую, как какой-то предмет. Я плачу, слезы в три ручья, а в душе пустота, хоть бы шевельнулось что. Я — живой труп, оболочка человека, я чувствую себя так, будто во мне умерло что. Я как деревянная стала, пропали все переживания. Чувств мне не хватает. Плачу, а чувства только-только зарождаются. Сны тоже вижу без эмоций, так, словно они превратились в механическое соединение образов и звуков. Было, правда, за последние полгода два или три сна с сексуальными чувствами, со счастьем, с радостью, но только я просыпаюсь, как сразу же натыкаюсь как на шапку, панцирь в голове или какое-то препятствие, эмоции никак не могут через них пробиться. Я перестала радоваться ребенку, целую его механически, без радости, нежности. Не стало чувств к мужу, близким людям, я воспринимаю их словно посторонних, чужих. Вообще у меня нет теперь никаких чувств. Раньше была трусихой, всего боялась, особенно покойников, избегала ходить на похороны. А теперь смотрю на умерших как на мумии, мне совсем не страшно, безразлично стало. Нет никакого настроения, ни хорошего, ни плохого, ни грустного, ни веселого, я стала как каменная. Молю Бога, чтобы вернулись ко мне хоть какие-то эмоции или чувства, пусть и плохие. Без них нет ощущения, что живешь. Пустота в душе, я не я, я безжизненная оболочка. Нет переживаний. Недавно дед у нас умер, а я, странное дело, не переживаю, я тут же забыл об этом, не заострил на этом внимание. Исчезли страхи. Я не пугаюсь теперь ничего, что бы ни случилось. Не стало родственных чувств. Родственники теперь для меня все равно, что чужие люди, я только изображаю при них свои чувства. Меня мучает чувство одиночества. Близких людей, подруг как бы и не стало, они кажутся мне чужими, посторонними людьми, мне вообще никого не хочется видеть. Мама для меня стала как чужая, у меня нет к ней никаких чувств».
Для данного расстройства типичны, в отличие от эмоционального опустошения, упорные жалобы пациентов на бесчувствие или, как они часто говорят, на «апатию», а также невольная и стойкая сосредоточенность внимания на утрате эмоций.
Пациент А.В.Снежневского, описывая утрату сознания своих эмоций и чувств, говорит, что у него «сглажен сам процесс ощущения». Все вокруг выступает для него в некотором «чисто смысловом виде», а «ощутимый, чувственный характер восприятия» отсутствует. Все кажется ему плоским, нет объема, пространства, все воспринимается как бы отдельными частями, а не в целостности. «Я, — говорит он, — нахожусь вне пространства, вне времени, вне объема, вне чувственного восприятия». Связь с другими людьми осуществляется лишь формально-логически, «чувства у меня разрушены. Нет ощущения Я, я растворяюсь. Голос чужой, еда не имеет вкуса, тело не ощущаю. Абсолютная потеря чувств, вместо чувств у меня некий эрзац. Логически я могу производить сложные операции, а оперировать с конкретными вещами я не могу». Данная иллюстрация как бы доказывает, с одной стороны, что утрата способности осознавать собственные эмоции и чувства может сочетаться с любыми другими проявлениями гипоаутогнозии.
С другой стороны, она ясно свидетельствует о том, что гипоаутогнозия есть относительно самостоятельное нарушение; даже достигая столь выраженной степени, как у упомянутого пациента, она не меняет своего качества, не переходит, например, в чувство отчуждения проявлений собственного Я, когда они превращаются в подобие объектов окружающего мира, не переживается и чувство принадлежности к Я явлений окружающей действительности.
Кроме того, и это тоже следует отметить, мимические и вегетативные проявления эмоций остаются у пациентов столь же живыми, как и прежде. Некоторые пациенты, между тем, предъявляют жалобы на недостаточность актов экспрессии. Они говорят о маске на лице, о том, что лицо их ничего не выражает, а жестикуляция стала скудной, обедненной, и потому ничто в их внешнем облике не говорит об их душевном состоянии или что они лишились способности адекватно и полно проявлять свои чувства: «Чувства у меня есть, но я не могу проявить их вовне. Порой мне кажется, что я занимаю одну и ту же позу, а мое лицо застывает в одном и том же выражении. Мне кажется, что мой голос, жесты, выражение лица стали фальшивыми, неестественными, ничего не выражающими. Я не могу передать свои чувства детям, как будто чувства застревают во мне и не выходят наружу. Не мои жесты, не такие, как обычно, и походка какая-то другая, неестественная». Наблюдение за выразительными актами пациентов обычно этого не подтверждает; во всяком случае, их беспокойство по поводу скупости экспрессии представляется сильно преувеличенным.
Пожалуй, особенно тяжело переживается пациентами ощущение утраты высших эмоций, т. е. чувств прекрасного, благородного, справедливого и гармоничного. Все происходящее воспринимается при этом как что-то временное, ничтожное, условное, суетное. Пациенты страдают от того, что не стало ничего, во что можно бы верить, на что надеяться, чего-то ждать. Это состояние духовной фрустрации переживается как страшная пустота существования, парализующая мировая скорбь, мучительная тоска по возвышенному и как бы бесконечный траур по вечным ценностям. Мы считали бы целесообразным ввести специальный термин для обозначения данного варианта расстройства — духовная болезненная анестезия.
Например, у верующих людей может притупляться или вовсе исчезать осознавание религиозного чувства. Трудно согласиться с авторами, которые принимают это расстройство за будто бы характерную для депрессии потерю способности верить в существование высшей силы, как, впрочем, и верить во что-нибудь вообще. Непередаваемо тяжело переживается и утрата способности воспринимать собственные эстетические чувства. Так, художник, которого ранее приводили в трепет произведения живописи и свои удачные творческие находки, жалуется на то, что он совершенно потерял дар ощущать наслаждение прежними волнующими его чувствами гармонии и красоты.
Единственное занятие, которое дает ему возможность что-то ощущать в своей душе, это чтение Евангелия, в особенности Нагорной проповеди. Пациент сообщает, что лишь это еще обнадеживает и удерживает его в жизни. Духовная болезненная анестезия — бесспорный и едва ли не самый мучительный признак утонченной преморбидной организации личности.
