Болдинская осень самоизоляции: как жил и что делал Пушкин во время холерного карантина
Сейчас люди всей планеты сидят по домам, мучаются от одиночества и думают, чем бы заняться. В этой ситуации человечество оказывалось и раньше: Пушкин, например, просидел на холерном карантине три месяца в 1830 году, этот период был назван Болдинской осенью и оказался самым плодотворным в его писательской биографии. BURO. предлагает вдохновляться опытом человека, который фактически стал олицетворением поэтического вдохновения, и погрузиться в карантин-1830.
Откуда в Москву
попала холера
«Одров я вижу длинный строй,
Лежит на каждом труп живой,
Клейменный мощною чумою,
Царицею болезней… он,
Не бранной смертью окружен,
Нахмурясь ходит меж одрами
И хладно руку жмет чуме
И в погибающем уме
Рождает бодрость… Небесами
Клянусь: кто жизнию своей
Играл пред сумрачным недугом,
Чтоб ободрить угасший взор,
Клянусь, тот будет небу другом,
Каков бы ни был приговор
Земли слепой…»
Смертоносное и крайне заразное заболевание, которое никто тогда не знал, как лечить, пришло в южные губернии в 1820-е годы из Азии. В Москву холера пришла осенью 1830-го, из-за чего в город спешно переместился Николай I, которому Пушкин посвятил стихотворение «Герой», и поручил публиковать его анонимно из Болдина. В нем обрисована такая картина:
Что из себя представляет
Болдинская усадьба
Это одноэтажный дом в селе Большое Болдино в Нижегородской губернии, выделенный писателю отцом по случаю скорой женитьбы. Местность эту Пушкин описывал так:
«Смотри, какой здесь вид: избушек ряд убогий,
За ними чернозем, равнины скат отлогий,
Над ними серых туч густая полоса.
Где нивы светлые? где темные леса?
Где речка? На дворе у низкого забора
Два бедных деревца стоят в отраду взора,
Два только деревца. И то из них одно
Дождливой осенью совсем обнажено,
И листья на другом, размокнув и желтея,
Чтоб лужу засорить, лишь только ждут Борея.
И только. На дворе живой собаки нет.
Вот, правда, мужичок, за ним две бабы вслед.
Без шапки он; несет подмышкой гроб ребенка
И кличет издали ленивого попенка,
Чтоб тот отца позвал да церковь отворил.
Скорей! ждать некогда! давно бы схоронил».
В каком состоянии
он приехал в Болдино
В село он приехал 3 сентября 1830 года — за три недели до объявления холерного карантина в Москве. Пушкин был занят хлопотами перед свадьбой с Натальей Гончаровой — собирался переоформить на себя отцовское имение и двести душ мужиков. Из-за вечной финансовой неустойчивости и «положения относительно правительства», неурядицы, вызванной ссылкой, куда его отправили после отставки с поста коллежского секретаря, он постоянно ввязывался в ссоры с матерью невесты, подкрепленные обыкновенным его самолюбием. Незадолго до Болдина даже друзья ругали его за лень, критики Булгарин и Греч критиковали за то, что более года Пушкин пишет только «стишонки» — по всей видимости, поэт пребывал в состоянии, которое сейчас принято называть депрессией.
Н. Н. Гончарова, рисунок Пушкина. 6 октября 1833 г.
Как на него воздействовала социальная изоляция
Пушкин не был домоседом, любившим, как это было свойственно многим русским писателям века, глубокомысленно скрючиться над столом. Для него — азартного игрока и гуляки, бывшего в долгах как в шелках, — периоды вынужденной изоляции становились своеобразными контрапунктами биографии.
Во время двухлетней ссылки в материнском поместье в Михайловском в 1824–1826 годах, куда его сослали за вскрывшийся в переписках атеизм (он был вне закона), Пушкин создал около ста произведенией — множество стихов, в которых, по мнению исследователей, произошла кристаллизация его стиля. Были закончены поэмы «Цыганы» и «Граф Нулин», пьеса «Борис Годунов», написанная белым стихом с подражанием структуре трагедий Шекспира и ознаменовавшая отхождение Пушкина от романтизма, и к тому же он начал работу над романом «Арап Петра Великого», впоследствии неоконченным. Александр Сергеевич в Михайловском работал медлительно, читал исключительно «Историю государства Российского» своего старшего товарища Карамзина. В Болдине же все было иначе.
«Осенние дожди», Виктор Попков
Что Пушкин писал друзьям
перед отъездом
Накануне отъезда уже помолвленным Пушкин вдрызг ссорится с матерью Гончаровой. Он пишет Наталье:
В письме к своему другу поэту Петру Плетневу он изливает душу:
Как карантин повлиял
на планы Пушкина
Приезд Александра Сергеевича, вынужденный и задуманный как недолгий, затянется на три месяца — до 29 ноября. Планы спутают вести о запретах на передвижение в связи с эпидемией холеры, пришедшей в Россию под конец лета и добравшейся к 20-м числам до Москвы. Тотчас правительством был введен карантин, распространившийся на всю страну, надолго парализовавший привычную жизнь, но по итогам не остановивший эпидемии. В следующем году она пришла и в Петербург, и в Европу. За эту осень Пушкин несколько раз безуспешно предпринимал попытки бегства из Болдина. Оставшись в заточении в старом одноэтажном доме, ему оставалось только писать.
По какому распорядку
он жил в изоляции
В его распоряжении было четыре книги в оригинале — сборник поэзии Милмана, Боулза, Уилсона и Барри Корнуолла, еще один сборник со стихами Кольриджа, Шелли и Китса, второй том «Истории русского народа» Николая Полевого, упомянутая в «Барышне-крестьянке» антология афоризмов Жан-Поля и ни одной рабочей тетради. Он не взял с собой даже старые тетради с рукописями, которые обычно таскал повсюду.
В Болдине Пушкин общался в основном с крестьянами, изучал их язык и наречие; выбирался к княгине Голицыной, чтобы узнать свежие новости о карантине, за что его поругивала невеста. Свой скромный болдинский быт в письмах к Гончаровой он описывает так: «Просыпаюсь в 7 часов, пью кофей и лежу до 3 часов. недавно расписался, и уже написал пропасть. В 3 часа сажусь верхом, в 5 в ванну и потом обедаю картофелем, да грешневой кашей. До 9 часов — читаю. Вот тебе мой день, и все на одно лицо». Да, вы правильно поняли: Пушкин любил писать лежа, часто даже не вставая с постели.
И в то же время русская литература не знала такой писательской плодотворности. В Болдине Пушкин напишет 32 стихотворения, цикл рассказов «Повести покойного Ивана Петровича Белкина», «Маленькие трагедии», «Сказку о попе и работнике его Балде», серию публицистических статей о состояни критики для «Литературной газеты». Наконец, будет закончен многострадальный «Евгений Онегин».
«Пушкин в Тригорском», А. И. Лактинов
Как отразился карантин
на его стихах
Рассерженность Пушкина, свойственная всякому, чьи планы были жестоко нарушены, в известной мере проявилась в тогдашних стихах. В том числе в октябрьском «Прощании», в котором он как бы прощается с Гончаровой, и в «Дорожных жалобах», где насмехается над своим вынужденным заточением и «невольным постом». Он был заточен в деревне, пока товарищи и невеста оставались в Москве, что было крайне опасным. Смертность от холеры составляла почти ½ — по сравнению с этим коронавирус выглядит словно сезонный грипп, от которого, кстати, при Пушкине тоже еще как умирали. Страх одиночества и смерти от эпидемии проявит себя в его «Элегии»:
«Безумных лет угасшее веселье
Мне тяжело, как смутное похмелье.
Но, как вино — печаль минувших дней.
В моей душе чем старе, тем сильней.
Мой путь уныл. Сулит мне труд и горе
Грядущего волнуемое море.
Но не хочу, о други, умирать;
Я жить хочу, чтоб мыслить и страдать;
И ведаю, мне будут наслажденья
Меж горестей, забот и треволненья:
Порой опять гармонией упьюсь,
Над вымыслом слезами обольюсь,
И может быть — на мой закат печальный
Блеснет любовь улыбкою прощальной».
Это стихотворение, как и практически все вышедшие из-под пера Пушкина в болдинской изоляции, написано не в привычном ему размере четырехстопного ямба. Он ищет новые формы, порой намеренно рушит ритм стихов. Впрочем, об этом он сам говорит в первых строках поэмы «Домик в Коломне»:
«Четырехстопный ямб мне надоел:
Им пишет всякий. Мальчикам в забаву
Пора б его оставить. Я хотел
Давным-давно приняться за октаву.
А в самом деле: я бы совладел
С тройным созвучием. Пущусь на славу!
Ведь рифмы запросто со мной живут;
Две придут сами, третью приведут».
Какие герои появились
в его текстах
Несмотря на озлобленность, Пушкин сохранил в своих текстах удивительное человеколюбие и великодушие, редко свойственное его современникам и не появлявшееся в русской литературе еще, наверное, до тургеневских «Записок охотника», увидевших свет спустя двадцать лет. Вместо негодования к служивым смотрителям и гробовщикам он сострадал им, а в «Метели» и «Станционном смотрителе» ругал на чем свет стоит гусар и молодых графов за беспринципность, связанную с материальным благополучием. Похоже, Пушкин начал писать о простых людях, потому что столкнулся с ними в Болдине сам — в изоляции мужики оказались в числе его немногочисленных собеседников. Так карантин открыл русской литературе обычного человека и поведал об образе жизни дворян в глуши, пусть пока через странную, слегка мистическую, ни на что не похожую призму.
На станции Сергач поезд стоит две минуты. Никто, кроме меня, здесь не вышел. В гостинице мне дали ключи от 49го номера и термос. Чайники тут не водятся.
На мобильном телефоне геолокация показала: «Большое Болдино».
Запах теплого хлеба
Первые болдинские звуки: ворчит собака, лениво каркают вороны, осипший петух пробует горло. Холодно. Именно в такое «ясное, холодное утро (из тех, какими богата наша русская осень) Иван Петрович Берестов выехал прогуляться верхом. «
Помню, одно время я представлял себе Машу Миронову своей одноклассницей и до сих пор, перечитывая «Капитанскую дочку», вижу храбрую и милую девочку, сидевшую на второй парте в первом ряду, у окна.
Свет из окон медленно струился, одаряя иконы цветом спелой малины.
Солнце укатывалось за усадьбу. И, когда я с немногими прихожанами вышел после службы на крыльцо, над Болдино уже расстилалось темно-лиловое небо. Вот-вот на этом покрове вышьет ночь звезды и затихнет село.
Пока разум и душа боролись, я просто вдыхал запах болдинского хлеба.
И, конечно, унес теплый живой кирпич с собой.
Большая Медведица над Большим Болдино
В семь часов вечера Болдино пустеет. Остаются мальчишки на скейтах. Они катаются туда-сюда по асфальту мимо лозунга «Болдинцы! Сделаем свое село центром высокой культуры и образцового порядка!».
А днем в усадебном парке я встретил школьников с учителями, которые постоянно одергивали ребят. Конечно, им бы тоже, как местным, кататься, прыгать, острить. И, наверное, учителя понимают, что в Болдино нельзя привозить подростков толпами, как нельзя читать хором «Станционного смотрителя». Но каждую осень болдинский дом трещит по швам от наплыва посетителей, экскурсоводы падают от усталости, а чиновники от культуры продолжают требовать от музея: зарабатывайте, увеличивайте посещаемость, развлекайте.
Вечером над Большим Болдино взошла Большая Медведица. Взглядывая на звездное небо, какого в городе никогда не увидишь, нечаянно забрел на сельский стадион. Когда выбрался, услышал рядом с собой ежика. Он шел рядом по улице Красной, ничуть меня не опасаясь. Его важная походка и сытое пофыркивание, очевидно, говорили: «Живу у Пушкина за пазухой». Потом ежу надоело гулять со мной, он бесцеремонно перебежал мне дорогу, нырнул под штакетник, смешно вильнув своим задком, и скрылся в траве и листьях.
23 сентября 1833 года Пушкин выехал сюда из Уральска (через Симбирск и Сызрань). Ему предстояло проехать почти четыреста верст. В дороге поэта застал первый снег, дороги развезло, местами ему приходилось менять коляску на сани. Но настроение у Пушкина было прекрасное: он знал, что его ждет Болдино, а значит, свобода и вдохновенный радостный труд. Он даже позволил себе не торопиться и, сделав немалый крюк, заехал в усадьбу к старым друзьям, братьям Языковым. Они, все трое, вышли встречать его в ночных халатах, заспанные и недоумевающие: откуда в симбирской глуши мог взяться Пушкин?
Партизанские тропы Дубровского
В смуту 1917 года Блок обращался к Пушкину: «Дай нам руку в непогоду, помоги в немой борьбе. » До встречи с Галей я воспринимал эти строки как декларацию. И вот вдруг увидел человека, которому Пушкин протянул руку. Семь лет назад Галя и ее муж потеряли работу. Они были учителями в сельской школе, а школу закрыли. На руках трое детей и старики-родители. Галя три часа проплакала в своем опустевшем кабинете литературы. Заколотили дом и переехали в Болдино.
И вдруг предложение: работать экскурсоводом в пушкинском музее.
В смутные времена Большое Болдино всегда спасал Пушкин. Если бы не он, то я уверен: сейчас в селе жили бы не пять тысяч жителей, а 10-15 старушек, к которым раз в неделю привозили бы хлеб, чтобы они не умерли с голода. И давным-давно исчезли бы школа, почта и магазин. Как это случилось во многих деревнях Большеболдинского района, где с 2005 по 2011 год из 22 школ закрылись 13.
Местные жители и сейчас покажут кистеневскую рощу, где партизанил Владимир Дубровский, русский Робин Гуд.
Тайна для двоих
Перечитываю «Барышню-крестьянку», которая была написана здесь, в Болдино, и как впервые вижу эти слова Пушкина: «Если бы слушался я одной своей охоты, то непременно и во всей подробности стал бы описывать свидание молодых людей, возрастающую взаимную склонность и доверчивость, занятия, разговоры. «
Что же он не послушался самого себя? Почему не пустился в те подробности любви, которых всегда ждут читатели? Почему для него так важен был покров тайны, который он заботливо простирал даже над вымышленными героями.
2 октября 1833 года
30 октября 1833 года
6 ноября 1833 года
Счастье невозможно без тайны. Счастье двоих всегда предполагает завесу. Вот почему Пушкина так выводил из себя учиненный над ним надзор, перлюстрация его переписки с женой. Надзор оскорблял не только его, но и саму сокровенность, установленную не людьми, а Богом. Ту сокровенность, которую разрушают сегодня не жандармы Третьего отделения, а бульварные СМИ и бесчисленные ток-шоу.
Не ищите ключи от Болдинской осени на истоптанных дорогах неуемного любопытства.
P.S. Вечером музей дал мне машину, чтобы добраться до станции. Водитель Виктор Иванович оказался человеком удивительной кротости и душевности. Мы проговорили все два часа дороги и расстались как старые знакомые.
У меня было такое чувство, что я простился с Самсоном Выриным.
«КУДА Ж НАМ ПЛЫТЬ. «
Над чем работал Пушкин в Болдинскую осень 1833 года
♦ «История Пугачевского бунта»,
♦ переводы сербских песен и баллады Мицкевича,
♦ поэма «Медный всадник»,
♦ повесть «Пиковая дама»,
♦ «Сказка о рыбаке и рыбке»,
♦ «Сказка о мертвой царевне и семи богатырях»,
♦ поэма «Анджело»,
♦ стихотворение «Осень».
Болдинская осень Пушкина
Болдинская осень 1830 года подарила русской литературе лучшие произведения А.С. Пушкина. Интересно, что случилась она совершенно случайно – занимаясь подготовкой к свадьбе с Натальей Гончаровой, поэт поехал в Болдино, чтобы решить некоторые финансовые вопросы, и намеревался пробыть там самое большее неделю, однако вспышка эпидемии холеры вынудила его остаться в селе почти на всю осень. Так случилось, что именно эти три месяца стали самыми плодотворными для его творчества. Феномен Болдинской осени в творчестве Пушкина удивителен соотношением количества созданных текстов и сроков их написания – Александр Сергеевич создавал одно произведение за другим с невероятной быстротой. Такое вдохновение радовало поэта, и он не упустил возможности его использовать. В Болдино Пушкин осваивает самые разные жанры и формы, экспериментирует с лексикой, сочетает народные и литературные формы. К сожалению, многое из начатого и запланированного в Болдино Пушкину в дальнейшем не удалось закончить и реализовать.
В Болдино было написано около тридцати стихотворений, среди них – «Бесы», «Элегия», «Моя родословная». Кроме того, здесь был закончен роман в стихах «Евгений Онегин» и написана поэма «Цыганы». В общем тематика стихов болдинского периода сводится к воспоминаниям о прошлом и впечатлениям от настоящего. Кроме того, именно здесь Пушкин начинает пробовать себя в народных жанрах – так, здесь были созданы «Сказка о попе и о работнике его Балде» и начата «Сказка о Медведихе», которая так и не была закончена.
Что касается прозы, то именно здесь появились на свет «Повести Белкина». Пушкин, как известно, никогда не придерживался строгих жанровых рамок, любил экспериментировать и творить в разных направлениях, и данный цикл является тому подтверждением. «Повести Белкина» содержат произведения разных литературных направлений и жанров, которые были популярны на тот момент: реализм («Выстрел»), сентиментализм («Метель», «Станционный смотритель»), водевиль («Барышня-крестьянка»), готическая повесть («Гробовщик»). При этом все произведения имеют черту, которая присуща критическому реализму: в них часто появляются «маленькие люди», а конфликт развивается на самых низких ступенях социальной лестницы.
Болдинскую осень можно считать ярчайшим примером творческого подъема, внезапного появления вдохновения в результате случайного стечения обстоятельств. Такое явление сложно объяснить, но лучше просто наслаждаться его результатами – лучшими произведениями литературы.
Болдином надо надышаться
Болдино. Художник: Валерий Хазов
В Болдино мы выехали с таким расчётом, чтобы успеть на воскресную службу. Дорога неблизкая, но какие виды за окнами машины! Асфальтовая змейка плавно перетекает с холма на холм, открывая взгляду необозримые просторы полей, и сердце замирает от этой бесконечной широты. Невольно представляешь, что всё это видел на подъезде к родовому имению великий поэт, и кажется, что вот-вот разгадаешь тайну Болдинской осени.
«Здравствуй, племя младое, незнакомое» – этими словами, отлитыми в бетоне, встречает нас на въезде профиль Александра Сергеевича. Чистые улицы, нарядные, будто пряничные, деревенские домики. Хочется верить, что характер села в целом сохранился с пушкинских времён.
В дни революции, когда по всей округе полыхали усадьбы, болдинские крестьяне сохранили дом Пушкиных
Подъезжаем к церкви. Храм Успения Пресвятой Богородицы начал строить дед Александра Сергеевича, Лев Александрович Пушкин, в конце XVIII века. Сам великий внук во дни своего невольного заточения в селе читал здесь, по собственному свидетельству, проповедь крестьянам: «Холера послана вам, братцы, оттого, что вы оброка не платите, пьянствуете. А если вы будете продолжать так же, то вас будут сечь».
В смутные дни революции, когда по всей округе полыхали усадьбы, болдинские крестьяне сохранили родовой дом Пушкиных. А вот церковь в советское время была почти разрушена. Восстановили её только к 1999 году. Сейчас в памятные дни в храме служится лития по «приснопоминаемому поэту Александру со сродниками».
Изустные воспоминания передаются от поколения поколению. Даже проповедь ту самую в народе помнят
После службы располагаемся на берегу пруда – выпить кофе из термоса и перекусить, расстелив под тенистыми ивами покрывало. Места здесь много, никто не мешает. По пути в усадьбу встречаем колоритного мужчину в инвалидной коляске, торгующего самодельными сувенирами. Выбираем один: чурбачок с воткнутым пером и искусно выструганным топориком. К сувениру хозяин прибавляет анекдот о том, как Пушкин встретил в роще Лучинник мужичка с топором, и между ними произошёл диалог:
– Ты что тут делаешь?
– Да вот, дрова рублю.
– А я, брат, пишу. А что написано пером, того не вырубишь и топором!
Вообще, местные жители относятся к Пушкину, кажется, не только как литературному гению, но и отчасти как к своему барину. Изустные воспоминания передаются от поколения поколению. Говорят, что даже проповедь ту самую в народе помнят.
Заходим за билетами на экскурсию. Приятное известие: многодетным бесплатно.
– Сколько вас? – строго справляется сотрудница за прилавком.
– Двое, – отвечаю я. И прибавляю по секрету: – Мы сбежали.
Сотрудница улыбается и подаёт нам билеты.
Экскурсовод ведёт по дому. Во время своего пребывания в Болдине Пушкин занимал здесь лишь две комнаты. Мебель в них подлинная, обстановка восстановлена максимально точно. Но главный болдинский экспонат – это, пожалуй, не двухсотлетние диваны и стулья, а список произведений, родившихся в этих стенах за 3 месяца 1830-го года. Просто не верится, что можно было столько написать, и не абы чего, а лучших произведений, вошедших во все хрестоматии.
В Болдино ежегодно проходит слёт молодых литераторов, участники которого однажды мне поведали, что многие писаки предпринимали попытки пожить здесь, «заразиться» болдинской атмосферой и повторить плодовитую пушкинскую осень 1830-го года, но ничего из этого не вышло.
Не удалось это, видно, и самому хозяину – в следующий приезд сюда, в 1833-м году, список оказался гораздо скромнее, а за 1834 год значится только одно произведение.
Из барского дома экскурсия перемещается в дворовые постройки, и мы потихоньку отбиваемся от группы, чтобы погулять по парку. Тут и там встречаются костюмированные артисты. Ловишь себя на мысли, что крестьянки в сарафанах смотрятся в этой обстановке органичнее, чем дворяне в париках и дамы в пышных платьях.
Приходит понимание, что для Пушкина в Болдино было главным совсем не то, зачем едем сюда современные мы. Не стройные ряды аллей и белые беседки, а мирный дух русской народной глубинки, во многом сохранившийся и доныне – только надо суметь его заметить. Категорически не рекомендуется проскакать галопом экскурсию по Болдину и мчаться к следующему пункту туристической поездки. Болдином надо спокойно надышаться.
Парк прекрасен. Совершенно русский, с ивами над прудом, яблоневым садом и берёзовыми аллеями
Парк прекрасен. И он – совершенно русский, с ивами над прудом, яблоневым садом и берёзовыми аллеями. На дальнем краю – пригорок с деревянной церквушкой, с которого открывается прекрасный вид на всё те же просторы.
На выходе из Музея-заповедника решаем осмотреть Дом культуры, расположившийся рядом с храмом. На фасаде увековечены даты «1837–1937» – столетие гибели Пушкина. Краснокирпичное здание, напоминающее паровозное депо, с пристроенным деревянным портиком с деревянными же колоннами, очень хорошо передаёт дух своей эпохи. Кажется, оно не используется и требует реставрации. Средоточие культурной жизни переместилось в выстроенный в наши дни Культурно-просветительский центр, безвкусно отделанный кафельной плиткой.
С обратной стороны здания находим неожиданный артефакт – «стену памяти Виктора Цоя» с портретом певца, искусственными гвоздиками и граффити. Что связало этих двух совершенно разных поэтов совершенно разных эпох? Их народность? Инорасовые корни? Или безвременная кончина?
Последним впечатлением Болдина стало посещение выставки художника Валерия Крылатова. Пока мы, размышляя о русском народном характере Болдина, рассматривали добрые лица местных старичков и старушечек, изображённых на полотнах, в галерею вошёл сам автор и любезно провёл нам экскурсию по своим работам.
Сюжеты картин Крылатова разнообразны. От натюрморта с белыми грибами – до дамы в шляпке в Люксембургском саду. Есть и болдинские сюжеты. Насколько мы поняли, на Валерия не действует то загадочное заклятье, не дающее литераторам творить в Болдине. Видимо, причина этого кроется в неутомимом трудолюбии художника, не дающем ему уйти в творческий застой.
– У него фамилия говорящая, – восторженно сказала супруга, когда мы распрощались. – Весь такой окрылённый, увлечённый своим делом!
Переменчивый летний день с дождём и солнцем наконец определился с погодой, превратившись в упоительный вечер. Едем домой – молча, не включая музыки, словно боясь растерять новое ощущение, поселившееся в душе. Все впечатления дня: и нарядные крестьянские домики, и аккуратно выкрашенные беседки и мостики парка, и добрый батюшка с румяным лицом, и конфетки, которые дают детям вместе с запивкой и просфорой, и эти русские просторы – всё складывается в единое чувство теплоты, целостности, тихой радости, чувство, выразимое одним словом – Болдино.
