царь челом бьет это значит

Царь челом бьет это значит

Слово «чело» по-древнерусски значит «лоб». В Древней Руси «челом», то есть лбом, бились об пол, падая перед вельможами и царями в земных поклонах. Это называлось «кланяться большим обычаем» и выражало крайнюю степень уважения. Неудивительно, что «бить челом» вскоре стало означать: обращаться к властям с просьбой, ходатайствовать. В письменных просьбах — «челобитных» — так и писали: «А на сем тебе твой холопишко Ивашко челом бьет. «

История

Одно из самых ранних упоминаний фразеологизма «бить челом» встречается в Договорной грамоте великого князя Семёна Ивановича с братьями Иваном и Андреем 1340 года: «Имуть бити челом тобе князю великому на наших бояр». Его значение — «жаловаться», следовательно, древнейшее из известных нам.

Выражение «бить челом» употреблялось также наряду со словом «поклон» в качестве приветствия в частной переписке о чём свидетельствуют берестяные грамоты XIV века: «А я господину своему Родивону и сестре моей челом бью».

Литературное произведение XVI века «Домострой» донесло до нас и «бить челом» в значении «приносить в дар»: «Новобрачная (имярек) челом бьёт — караваем и сыром и платком».

В описании обиходно-разговорной, повседневной речи русичей XVII века, составленном иностранцем, «бить челом» используется для выражения вежливой просьбы: «Добро, государь, не осуди меня, я туты не сяду. Вели туды Петру сесть, о том я челом бью». В этом же источнике мы находим ещё одно употребление «бить челом», но уже для выражения благодарности: «Яз вам челом бью, что меня навестили».

Описание обряда

Описание непосредственного исполнения обряда «бить челом» для выражения крайней степени уважения есть в тексте «Жития Стефана Пермского», написанного около 1396 года Епифанием Премудрым: «Волхв же пал, и бил челом, и припадал к ногам его, обличая вину свою, немощь свою, суетность и обман».

Принято считать, что этот обычай заимстовован восточными славянами у азиатов, и само словосочетание калькировано русским языком с тюркского. «Восточное великолепие царствовало при Дворе наших царей, которые, следуя Азиятскому обыкновению, заставляли послов не иначе говорить речи, как стоя на коленах и повергаться пред троном на землю, от чего произошло тогда употребительное выражение: бью челом».

Приводимое при этом свидетельство существования земного поклона относится не ранее чем к XVI веку, так как первым постоянный титул «царя» принял в Москве только Иван Грозный в 1547 году. Выходит, что история фразеологизма «бить челом» начиналась дважды. Сначала «били челом» в буквальном смысле, признавая свою вину, а с введением христианства — поклоняясь Господу Богу. Затем «били челом» на словах, жалуясь, благодаря и приветствуя, и, наконец, спустя почти столетие после окончательного свержения монгольского ига (1243—1480) ввели обычай кланяться в землю государю при дворе, что называлось также «бить челом».

Тогда, в первом случае, произошла фразеологизация выражения, описывающего не «земной поклон», а «поясной поклон», в том его виде, когда при испрашивании прощения при местнических спорах, провинившийся стоя на нижней ступеньке крыльца, кланялся своему владыке в пояс. Сильный при этом стоял на верхней ступеньке. Поясной поклон, таким образом, сопровождался челобитьем, стуком лба о ступеньки.

Кроме того, выражение «бить челом» в значении «низко кланяться» могло иметь отношение к отправлению религиозного культа, поклонению Господу Богу, по законам христианской церкви.

Тем не менее, уже в первой четверти XIV века словосочетание «бить челом» начинает использоваться в значениях «просить» и «жаловаться»: «Се би челом староста Азика и Харагинец, и Ровда, и Игнатец, приехав от своеи братьи, князю Офонасью на Василья на Матфеева» (1315—1322гг. ).

Еще позднее фразеологизм «бьют челом» стал просто значит: «приветствовать».

Источник

А знаете ли вы, что означает «челом бить»?

А. Грибоедов, «Горе от ума»

Этот фразеологизм уже к XV веку обладал рядом значений [17]: кланяться земно; просить; жаловаться на кого; приносить в дар; приветствовать.

В описании обиходно-разговорной, повседневной речи русичей XVII века, составленном иностранцем, «бить челом» используется для выражения вежливой просьбы: «Добро, государь, не осуди меня, я туты не сяду. Вели туды Петру сесть, о том я челом бью»[18]. В этом же источнике мы находим ещё одно употребление «бить челом», но уже для выражения благодарности: «Яз вам челом бью, что меня навестили».

Принято считать, что этот обычай заимстовован восточными славянами у азиатов, и само словосочетание калькировано русским языком с тюркского [13]. «Восточное великолепие царствовало при Дворе наших царей, которые, следуя Азиятскому обыкновению, заставляли послов не иначе говорить речи, как стоя на коленах и повергаться пред троном на землю, от чего произошло тогда употребительное выражение: бью челом» [15].

Тогда, в первом случае, произошла фразеологизация выражения, описывающего не «земной поклон», а «поясной поклон», в том его виде, когда при испрашивании прощения при местнических спорах, провинившийся стоя на нижней ступеньке крыльца, кланялся своему владыке в пояс. Сильный при этом стоял на верхней ступеньке [1]. Поясной поклон, таким образом, сопровождался челобитьем, стуком лба о ступеньки.

В XVI веке, в таком случае, произошла повторная фразеологизация уже светского «земного поклона», пришедшего к нам, как мы пытаемся проследить, из Китая или Византии посредством азиатских контактов.

Стоит вспомнить, что первой страной, в которой никто никому, ни богам, ни властям, никогда ни в пояс, ни в землю не кланяется, стала в 1917 году наша страна. Поэтому и выражение «бить челом»

Мы можем у нас встретить только в литературе о прошлом.

В описании обиходно-разговорной, повседневной речи русичей XVII века, составленном иностранцем, «бить челом» используется для выражения вежливой просьбы: «Добро, государь, не осуди меня, я туты не сяду. Вели туды Петру сесть, о том я челом бью «[18]. В этом же источнике мы находим ещё одно употребление «бить челом», но уже для выражения благодарности: «Яз вам челом бью, что меня навестили».

Тогда, в первом случае, произошла фразеологизация выражения, описывающего не «земной поклон», а «поясной поклон», в том его виде, когда при испрашивании прощения при местнических спорах, провинившийся стоя на нижней ступеньке крыльца, кланялся своему владыке в пояс. Сильный при этом стоял на верхней ступеньке [1]. Поясной поклон, таким образом, сопровождался челобитьем, стуком лба о ступеньки.

Источник

Что значит «Бить челом»? Значение фразеологизма

Время стремительно меняет нашу речь. Из языка уходят архаизмы и историзмы, появляются заимствования и неологизмы. Слова с устаревшим значением не всегда понятны современникам, часто их используют в ироническим контексте.

Например, письменную жалобу или просьбу в шутку можно назвать челобитной (вспомните знаменитое «Ты как челобитную царю подаёшь?!»). А вот насколько важна была челобитная в жизни наших предков, подскажет фразеологизм «бить челом».

В его происхождении мы и попробуем разобраться.

Значение фразеологизма

Бить челом – значит, просить чего-либо у вышестоящей особы, низко кланяться. Кроме того, идиома хранит в себе память о высоком положении того, кому или перед кем бьют челом.

В современном речевом обиходе данный фразеологизм используется скорее как метафора, а вот несколько столетий назад понимался буквально.

Сейчас мы можем услышать это устойчивое выражение в неформальном разговоре коллег. «Света, челом бью, помоги составить текст рассылки! Три часа сижу – ничего не могу придумать, пропадаю!», — попросит подругу измученная непосильной творческой задачей офисная служащая. Здесь смысл фразы сводится не просто к просьбе, а к настоящей мольбе, когда помощь крайне необходима.

Другой пример использования фразеологизма встречаем в непринуждённом диалоге двух приятелей:

— Был у Ивановых. Настя про тебя спрашивала. Что ей передать?
— Передай, что бью челом.
— А в гости?
— А в гости пусть не ждут.

В данном случае фразеологизм «работает» дежурной формой вежливости — дескать, помню, уважаю, шлю привет.

Как видите, ёмкое выражение объединило в себе и приветствие, и обращение за поддержкой. Главное, что их роднит, — уважительное отношение к адресату.

Происхождение фразеологизма

В древнерусском языке словом «чело» обозначали лоб, имелось и дополнительное значение: «нечто важное, главное». Бить же лбом (об пол или землю) значило нижайше, с подобострастием кланяться. Ритуал такого поклонения уходит корнями в языческие традиции, когда земля почиталась священной, а прикосновение к ней наполняло живительной силой. Вспомните, как припадали к землице былинные богатыри.

«Чело» в старославянском — «лоб», а «чёлка» — «налобник». Вначале слово «чёлка» применяли, когда говорили о пряди волос надо лбом лошади, однако затем модники и модницы стали применять фразу при обсуждении причесок людей.

из этимологического словаря Успенского Л. В.

С приходом христианской культуры на Руси распространились ритуальные поклоны: поясные и земные, служившие знаком особого почитания святыни. Канон предписывал класть определённое число поклонов в той или иной ситуации во время церковного богослужения. Коленопреклоненные верующие с мольбой касались лбом пола в знак священного трепета и внутреннего смирения.

Однако выражение появилось вовсе не в духовной, а в светской жизни. Впервые оно зафиксировано в летописи середины 14 века со значением выражения просьбы. «Бью челом» стало означать «нижайше кланяюсь и от всей души прошу». Получается, что такая этикетная формула одновременно была приветственной, статусной и просительной, то есть регулировала как общественные, так и частные отношения.

С годами выражение «бить челом» закрепилось за бюрократической сферой, где стало применяться как синоним всякой официальной письменной бумаги, отправленной в высшие инстанции. Просьба, жалоба, запрос – всё это именовалось челобитной.

Тест на знание фразеологизмов

Оцените богатство своей речи! Пройдите тест на знание фразеологизмов.

Источник

Бить челом

Смотреть что такое «Бить челом» в других словарях:

бить челом — См. дарить, просить. Словарь русских синонимов и сходных по смыслу выражений. под. ред. Н. Абрамова, М.: Русские словари, 1999. бить челом … Словарь синонимов

Бить челом — Устар. 1. Просить милостыню (низко кланяясь при этом). Я к мастерам ходил сначала. Хотел кормиться ремеслом. «С нас и самих работы мало! Бери суму да бей челом» (Тютчев. Из Беранже). 2. Почтительно просить о чём либо. Бью и тебе челом, князь… … Фразеологический словарь русского литературного языка

бить челом — Бить (ударять) чело/м., устар. 1) Отвешивать земные поклоны, почтительно кланяться. 2) Просить кого л. о чём л. 3) Усиленно благодарить кого л. за что л … Словарь многих выражений

бить челом — I. (иноск.) кланяться, просить Челобитная просьба с низким до земли поклоном (по обычаю бояр, при подаче просьбы царю, кланяясь до полу, бить о него лбом) Ср. Бьют челом тебе, великому царю. Данилевский. Вечер в тереме. Ср. И бьет челом, боярин,… … Большой толково-фразеологический словарь Михельсона

Бить челом — термин старинно русского юридического языка, весьма часто встречающийся в наших древних актах, притом не всегда в одинаковом значении, а именно: 1) кланяться кому либо в землю, отдавать низкий поклон; в том же значении сохранилось поныне это… … Энциклопедический словарь Ф.А. Брокгауза и И.А. Ефрона

◘ бить челом — Почтительно кланяться, просить о чем либо, усиленно благодарить кого либо. ► [ Скотинин:] Сколько меня соседи ни обижали, сколько убытку ни делали, я ни на кого не бил челом, а всякий убыток, чем за ним ходить, сдеру со своих же крестьян,… … Словарь забытых и трудных слов из произведений русской литературы ХVIII-ХIХ веков

Бить челом — кому. Разг. Устар. 1. Почтительно низко кланяться, приветствуя кого л. ЗС 1996, 295; ПОС 2, 20. 2. Почтительно просить кого л. о чём л. ПОС 2, 20; ФСРЯ, 518; БТС, 1479; Янин 2003, 31; ШЗФ 2001, 20; БМС 1998, 617. 3. за что. Благодарить кого л.… … Большой словарь русских поговорок

бить — БИТЬ: Бить челом, арх., истор. – Кланяться, приветствовать; жаловаться. Да и черным людям и пашенным крестьянам – великое притеснение во всех городах – бьют челом и плачутся, а защитить от сильных людей некому… (3. 385). См. Сл. РЯ XI XVII 1. 188 … Словарь трилогии «Государева вотчина»

БИТЬ — БИТЬ, бью, бьёшь, д.н.в. (устар.) бия, повел. бей, несовер. 1. (совер. побить, прибить) кого что. Наносить кому нибудь удары, колотить кого нибудь. Не бей ребенка. Бить больно. Бить кого нибудь по голове. 2. (совер. убить) кого что. Избивать,… … Толковый словарь Ушакова

Источник

«. царь и великий князь всея Руси Иоанн Васильевич челом бьет»

Все мы смотрели комедию Леонида Гайдая «Иван Васильевич меняет профессию». Помните эпизод, когда герои комедии увидели царя Ивана Грозного, диктующего дьяку посольского приказа Феофану фразу: «Пренебесному селению преподобному игумну Козьме царь и великий князь всея Руси Иоанн Васильевич челом бьет»? Многих смущает эта фраза, мол, как же это Царь кому-то там «челом бьет» (т.е. просит с низким до земли поклоном)?

Как ни странно, но фраза эта не возникла из ниоткуда. Дело в том, что в сентябре 1573 года Иваном Грозным была написана челобитная «Послание в Кирилло-Белозерский монастырь», ставшая одним из самых известных документов XVI века. И адресовалось оно игумену Козьме, возглавлявшему в то время монастырскую братию.
Начинается эта челобитная так:

«В пречестную обитель Успения пресвятой и пречистой владычицы нашей Богородицы и нашего преподобного и богоносного отца Кирилла-чудотворца, священного христова полка наставнику, проводнику и руководителю на пути в небесные селения, преподобному игумену Козьме с братиею во Христе царь и великий князь Иоанн Васильевич всея Руси челом бьет. Увы мне, грешному! Горе мне, окаянному! Ох мне, скверному. »

Заметили знакомые слова? Между тем, данная челобитная была и не челобитной вовсе. Начиная с самоуничижительных слов, Иван Грозный постепенно переходит к главной цели письма — обвинению монастырской братии…

Послание было написано в ответ на грамоту игумена и братии монастыря в связи с конфликтом между двумя влиятельными кирилловским монахами — Ионой (в миру боярином Иваном Васильевичем Шереметевым, принявшим постриг в 1570 году) и Варлаамом (в миру Василием Степановичем Собакиным), которые были людьми совершенно различного статуса. Шереметев — выходец из старинного московского боярского рода, пользовавшийся большим влиянием ещё при предках Грозного и впавший в немилость накануне опричнины, и Собакин — представитель одного из служилых родов, возвысившийся в годы опричнины, благодаря, в основном, женитьбе царя на представительнице этого рода Марфе Васильевне.

Варлаам Собакин играл в Кирилло-Белозерском монастыре своеобразную роль царского уполномоченного, — Грозный иронически сравнивал его положение в монастыре с положением римского прокуратора Понтия Пилата: «понеже от царской власти послан». Руководство монастыря, очевидно, тяготилось присутствием Собакина и благоволило к Шереметеву. В 1573 году Собакины разделили участь многих родов, возвысившихся в годы опричнины: попали в опалу.

Племянники Варлаама были обвинены в «чародействе» (колдовстве). Возможно, именно это обстоятельство и ободрило руководство монастыря, и они послали царю свою грамоту, порицая Собакина и заступаясь за Шереметева. Однако руководителям монастыря пришлось испытать разочарование: несмотря на свое недовольство Собакиными, Грозный не пожелал разделить благосклонность игумена Козьмы с братией к Шереметеву.

«Варлаамовы племянники хотели меня с детьми чародейством извести, а Бог меня от них спас: их злодейство раскрылось, и из-за этого все и произошло», — пишет царь в монастырь. Мне за своих душегубцев мстить незачем. Одно только было мне досадно, что вы моего слова не послушались. Собакин приехал с моим поручением, а вы его не уважили, да еще и поносили его моим именем, что и рассудилось судом Божиим».

С выражением глубочайшего уважения „господам и отцам“ начинает царь своё послание, а заканчивает его строжайшим выговором за покровительство опальному боярину: „А впредь бы вы нам о Шереметеве и других нелепицах не докучали: мы отвечать не будем. Если вам благочестие не нужно, а желательно нечестие, то это дело ваше!“ Основания для беспокойства царю давало положение в монастыре монаха Ионы (Шереметева). Грозному стало известно, что опальный боярин, ставший „непогребенным мертвецом“, продолжает владеть собственностью — держать при монастыре „особые годовые запасы“.

«А ныне у вас Шереметев сидит в келье, словно царь, а Хабаров и другие чернецы к нему приходят и едят и пьют, словно в миру. А Шереметев, не то со свадьбы, не то с родин, рассылает по кельям пастилу, коврижки и иные пряные искусные яства, а за монастырем у него двор, а в нем на год всяких запасов. Вы же ему ни слова не скажете против такого великого и пагубного нарушения монастырских порядков. Больше и говорить не буду: поверю вашим душам! А то ведь некоторые говорят, будто и вино горячее потихоньку Шереметеву в келью приносили, — так ведь в монастырях зазорно и фряжские вина пить, а не только что горячие. Это ли путь спасения, это ли иноческая жизнь?».

Грозный подчеркивает, что принимающий монашеский постриг должен отречься от всего мирского, отрезать вместе с волосами „и унижающие суетные мысли“. Сословные и имущественные различия исчезают — ведь перед Богом все равны. Царь напоминает, что на Страшном Суде государей будут судить „двенадцать скромных людей …рыболовы будут сидеть на двенадцати престолах и судить всю вселенную“.

Достоинство монаха, по мнению Грозного, в свободе от всего мирского, которая проявляется не только в отказе от сословных и имущественных различий, но и в невмешательстве в дела мира. Спор приобретал, таким образом, принципиальный характер: речь шла уже не об одном Шереметеве, а о монастырском хозяйстве в целом.

«Милые мои! — писал Грозный в послании, — до сих пор Кириллов монастырь прокармливал целые области в голодные времена, а теперь, в самое урожайное время, если бы вас Шереметев не прокормил, вы бы все с голоду перемерли…». Одновременно царь напоминает об аскетических иноческих идеалах:

«До сих пор в Кириллове лишней иголки с ниткой не держали, а не только других вещей…“, подчеркивает прежний суровый образ жизни кирилловской братии: „Мы еще в детстве слышали, что таковы были крепкие правила и в вашем монастыре, да и в других монастырях, где по-божественному жили».

Грозный противопоставляет преподобного Кирилла Белозерского боярину Шереметеву. Он говорит, что Шереметев вошел со „своим уставом“ в монастырь, живущий по уставу Кирилла:

«Как могу я, нечистый и скверный и душегубец, быть учителем, да еще в столь многомятежное и жестокое время? Пусть лучше Господь Бог, ради ваших святых молитв, примет мое писание как покаяние. А если хотите, есть у вас дома учитель, великий светоч Кирилл, гроб которого всегда перед вами и от которого всегда просвещаетесь, и великие подвижники, ученики Кирилла, а ваши наставники и отцы по восприятию духовной жизни, вплоть до вас, и устав великого чудотворца Кирилла, по которому вы живете. Вот у вас учитель и наставник, у него учитесь, у него наставляйтесь, у него просвещайтесь, будете тверды в его заветах, да и нас, убогих духом и бедных благодатью, просвещайте, а за дерзость простите, Бога ради».

Грозный укоряет монахов: „А бояре, придя к вам, ввели свои распутные уставы: выходит, что не они у вас постриглись, а вы у них; не вы им учителя и законодатели, а они вам“, „а у вас дали сперва Иоасафу Умному оловянную посуду в келью…., а Шереметеву — отдельный стол, да и кухня у него своя. Дашь ведь волю царю — надо и псарю…“, язвительно предлагает:

Не оставляет в покое царь и уже умерших к 1573 году лиц. Так, он недоволен по поводу возведения над гробницей князя Владимира Ивановича Воротынского церкви. „А вы над гробом Воротынского поставили церковь! Над Воротынским-то церковь, а над чудотворцем нет. Воротынский в церкви, а чудотворец за церковью! Видно, и на Страшном суде Воротынский да Шереметев станут выше чудотворца: потому что Воротынский со своей церковью, а Шереметев со своим уставом, который крепче, чем Кириллов“, ибо только царской власти подобает воздавать честь церковью, покровом и гробницей, а для Воротынского это образец гордости и высокомерия.

Обращаясь к прежним крепким монастырским нравам Грозный мастерски рисует бытовые картинки. Он вспоминает, как в юности приехал в Кириллов монастырь и опоздал к ужину „из-за того, что у вас в Кириллове в летнюю пору не отличить дня от ночи, а также по юношеским привычкам. А в то время помощником келаря был … Исайя Немой. И вот кто-то из тех, кто был приставлен к нашему столу, попросил стерлядей…или иной рыбы“. Ни царю, ни его окружению в монастыре не пожелали сделать исключения в виду строгих монастырских порядков: «…а сейчас ночь — взять негде. Государя боюсь, а Бога надо больше бояться», — ответил Исайя.

Помня об этом, царь с похвалой отзывается о давних строгих порядках в Кириллове монастыре. Вспоминает царь и другую поездку в монастырь, во время которой он собирался постричься в монахи:

«…некогда случилось мне прийти в вашу пречестную обитель пречистой Богородицы и чудотворца Кирилла и как совершилось по воле провидения, по милости пречистой Богородицы и по молитвам чудотворца Кирилла, я обрел среди темных и мрачных мыслей небольшой просвет света Божия и повелел тогдашнему игумену Кириллу с некоторыми из вас, братия, тайно собраться в одной из келий, куда и сам я явился, уйдя от мирского мятежа и смятения и обратившись к вашей добродетели… И в долгой беседе я, грешный, открыл вам свое желание постричься в монахи и искушал, окаянный, вашу святость своими слабыми словами.

Вы же мне описали суровую монашескую жизнь. И когда я услышал об этой Божественной жизни, сразу же возрадовались мое скверное сердце с окаянной душою, ибо я нашел узду помощи Божьей для своего невоздержания и спасительное прибежище. С радостью я сообщил вам свое решение: если Бог даст мне постричься в благоприятное время и здоровым, совершу это не в каком-либо ином месте, а только в этой пречестной обители пречистой Богородицы, созданной чудотворцем Кириллом».

„Спасительное пристанище для душ“, „последнее светило, сияющее как солнце“, „самое пустынное место“, так пишет царь об обители, однако, имея в виду не современный монастырь, а тот, который он запомнил в юности. Эти воспоминания, затрагивающие струны его души, придали посланию поразительную искренность и горячую убежденность в своей правоте. „Надо молиться на четках не по скрижалям каменным, а по скрижалям сердец человеческих!“ — восклицает Иван Грозный.

Удивительно конкретное и образное „Послание Ивана Грозного в Кирилло-Белозерский монастырь“ 1573 года стало частью его литературного наследия. Недаром академик Д. С. Лихачев отмечал: „Это — по-настоящему русский писатель. Смелый новатор, изумительный мастер языка, то гневный, то лирически приподнятый, мастер ‚кусательного стиля, всегда принципиальный, всегда ‚самодержец всея Руси‘, пренебрегающий всякими литературными условностями ради единой цели — убедить своего читателя, воздействовать на него — таков Грозный в своих произведениях“.

Источник

царь челом бьет это значит