Юридическое определение момента рождения ребенка и его уголовно-правовое значение
В условиях нового законодательства об основах охраны здоровья граждан начало уголовно-правовой охраны жизни человека должно датироваться юридически определенным моментом его рождения. Таким образом, присутствующее в литературе по уголовному праву мнение о том, что начальным моментом уголовно-правовой охраны человеческой жизни является начало физиологических родов, получило законодательное подтверждение.
Автор: Шарапов Р.Д.
С 1 января 2012 года вступили в силу основные положения Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»[1]. Среди нововведений норма, имеющая особое значение для правового регулирования момента возникновения правоспособности граждан и уголовно-правовой охраны их жизни и здоровья. Речь идет о ч. 1 ст. 53, регламентирующей момент рождения ребенка. Впервые российский законодатель нормативно определил момент начала жизни человека, что произошло спустя без малого девятнадцать лет после законодательной констатации момента ее прекращения (ч. 2 ст. 9 Закона РФ от 22 декабря 1992 г. «О трансплантации органов и (или) тканей человека»[2]).
С медицинской точки зрения‚ плод – это «человеческий зародыш с девятой недели внутриутробного развития до момента рождения»[3].
В Большой медицинской энциклопедии роды (родовой акт) определяются как «физиологический процесс изгнания плода, плаценты с плодными оболочками и околоплодными водами из матки через родовые пути после достижения плодом жизнеспособности»[4]. В современной медицине роды рассматриваются как сложный многозвеньевой процесс, продолжительность которого составляет от 10 до 20 часов в зависимости от первичности или повторности родов. Исходя из приведенного определения, понятие родов базируется на двух периодах родового процесса: изгнании плода и последовом периоде. Между тем в клиническом течении родов выделяют еще один период – раскрытие шейки матки (родовые схватки), который предшествует изгнанию плода и последа‚ и с которого собственно и начинаются роды.
Второй период – изгнание плода (продолжительность 1-2 часа) начинается после полного раскрытия шейки матки, включает продвижение плода из матки по родовому каналу к половой щели и заканчивается рождением плода, также в свою очередь имеющим стадийность: появление головки плода в половой щели (врезывание и прорезывание головки), рождение головки, рождение плечиков, туловища и ножек.
Третий период родов – последовый (продолжительность до 30 минут) начинается после полного рождения плода и заканчивается изгнанием последа (плаценты, плодных оболочек и пуповины) из половых путей роженицы.
В итоге, рождением ребенка следует считать не момент полного изгнания или извлечения младенца из организма роженицы, когда новорожденный начинает проявлять жизненно важные обменные функции, свойственные самостоятельному человеческому организму (легочное дыхание, сопровождаемое первым вдохом и криком), а момент наступления первых родовых схваток у беременной женщины, когда только начинается процесс отделения плода от материнского организма.
В условиях нового законодательства об основах охраны здоровья граждан начало уголовно-правовой охраны жизни человека должно датироваться юридически определенным моментом его рождения. Таким образом, присутствующее в литературе по уголовному праву мнение о том, что начальным моментом уголовно-правовой охраны человеческой жизни является начало физиологических родов, получило законодательное подтверждение[6].
Это означает, что виновное посягательство в отношении рождающегося плода, приведшее к его мертворождению или причинению вреда его здоровью, в зависимости от оснований, предусмотренных уголовным законом, должно квалифицироваться как преступление против жизни или здоровья человека. В частности, оставление без уважительных причин роженицы без родовспоможения со стороны медицинского персонала родильных домов и других лечебных учреждений, повлекшее по неосторожности мертворождение плода, либо ненадлежащее исполнение акушерами своих профессиональных обязанностей при принятии родов, приведшее по неосторожности к членовредительству плода или его смерти, должно влечь уголовно-правовую оценку содеянного по ч. 2 ст. 109, ч. 2 ст. 118 или ст. 124 УК РФ, а при умышленном отношении виновного к указанным последствиям содеянное следует квалифицировать как убийство или умышленное причинение вреда здоровью человека. Убийство роженицы вместе с плодом должно квалифицироваться по п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ.
Для расширения границ состава детоубийства, чтобы последнее распространялось на редкие с практической точки зрения, но все же возможные ситуации, когда роженица умышленно умерщвляет во время родов еще не изгнанный из ее утробы плод, законодателю потребуется исключить из диспозиции ст. 106 УК РФ термин «новорожденный» применительно к первой разновидности детоубийства (убийство ребенка во время или сразу же после родов). Аналогичное изъятие следует произвести из названия ст. 106 УК РФ.
В целом же, решимость российского законодателя обратиться к проблеме правовой регламентации момента рождения человека следует оценить положительно. Юридическое определение момента рождения позволило воссоединить начала уголовно-правовой охраны жизни человека и возникновения права на жизнь, что в совокупности с существенным за последнее десятилетие сокращением социальных показаний для искусственного прерывания беременности (с тринадцати до пяти, а затем до одного[10]) можно рассматривать как серьезный шаг законодателя в деле расширения правовой охраны права человека на жизнь и обеспечения единства правового измерения последней.
Примечания и литература
Опубликовано: Уголовное право. 2012. № 3. с. 75-78.
А если информация, размещенная на нашем сайте оказалась вам полезна, пожалуйста, поделитесь ею в социальных сетях.
Право на жизнь (ст. 20 Конституции России)
Право на жизнь является важнейшим личным правом человека, приобретаемым им в силу факта его рождения. Конституционное содержание права на жизнь состоит в недопустимости произвольного лишения жизни. Смертная казнь впредь до ее отмены может устанавливаться федеральным законом в качестве исключительной меры наказания за особо тяжкие преступления против жизни при предоставлении обвиняемому права на рассмотрение его дела судом с участием присяжных заседателей.
На протяжении длительного времени в Российской Федерации смертная казнь не применяется, несмотря на наличие такого вида наказания в Уголовном кодексе Российской Федерации. Отказ от применения смертной казни связан с деятельностью Конституционного Суда Российской Федерации (который в 1999 году принял решение), указавшего на недопустимость применения наказания в виде смертной казни до введения на всей территории Российской Федерации судов с участием присяжных заседателей (постановление от 02.02.1999 № 3-П). Последним субъектом Российской Федерации, в котором с 1 января 2010 года должны были вводиться суды с участием присяжных заседателей, стала Чеченская Республика. Однако Конституционный Суд Российской Федерации в 2009 году своим определением разъяснил невозможность дальнейшего применения смертной казни в Российской Федерации даже при условии повсеместного введения суда присяжных. Это обусловлено сложившимся на протяжении длительного времени конституционно-правовым режимом, в рамках которого происходит необратимый процесс, направленный на отмену смертной казни как исключительной меры наказания, носящей временный характер (определение от 19.11.2009 № 1344-О-Р).
Таким образом, содержание права на жизнь в Российской Федерации носит практически абсолютный характер и не подлежит ограничению.
Добровольный уход из жизни человека (эвтаназия) в связи с наличием неизлечимого заболевания в России запрещен.
Основные законодательные акты:
С какого момент лицо признается обвиняемым
Адвокат Антонов А.П.
Обвиняемым признается лицо, в отношении которого:
1) вынесено постановление о привлечении его в качестве обвиняемого;
2) вынесен обвинительный акт;
3) составлено обвинительное постановление».
На что нам указывает содержание искомой дефиниции? И что законодатель упустил при ее построении?
Действительно, обвиняемым лицо становится сразу после подписания уполномоченным на то лицом (следователем, дознавателем и т.п.) законного постановления о привлечении этого лица в качестве обвиняемого, либо после утверждения начальником органа дознания обвинительного акта (обвинительного постановления). Однако обвиняемый имеется и по делам частного обвинения. По такого рода уголовным делам, когда по заявлению не проводилось досудебного производства, лицо, в отношении которого подана жалоба, станет обладать правами и обязанностями обвиняемого (подсудимого) с момента констатации наличия в распоряжении мирового судьи оснований для назначения судебного заседания (ч. 3, 4 ст. 319 УПК РФ) или же после соединения встречного заявления с первоначальным (ч. 3 ст. 321 УПК РФ). Об этом, четвертом, случае появления в уголовном процессе обвиняемого, об этой четвертой его разновидности забыл указать законодатель в ч. 1 ст. 47 УПК РФ, а вслед за ним и большинство процессуалистов в своих комментариях.
В некоторых работах учеными немного иначе формулируется момент, с которого по делам частного обвинения в уголовном процессе появляется обвиняемый. Так, Л.Н. Башкатов и Г.Н. Ветрова пишут, что «по делам частного обвинения, возбуждаемым путем подачи заявления потерпевшим или его законным представителем», обвиняемый «появляется в уголовном деле с момента принятия судом заявления к своему производству». Эта позиция отличается от нашей? Думаю, нет. По делам частного обвинения, когда по заявлению не проводилось досудебного производства, констатация наличия в распоряжении мирового судьи оснований для назначения судебного заседания и принятие заявления к своему производству осуществляются одновременно. Исходя из правил, закрепленных в ч. 1 ст. 319 УПК РФ, при отсутствии оснований для назначения судебного заседания мировой судья отказывает в принятии заявления к своему производству. Иначе говоря, при наличии таковых он, напротив, принимает заявление к своему производству.
Другое дело — мнение В.П. Божьева, который утверждает, что «подсудимым» (а значит, и обвиняемым) «лицо становится с того момента, когда судья вручает ему копию поданного потерпевшим заявления и разъясняет права подсудимого, предусмотренные» ст. 47 УПК РФ. Аналогичного мнения придерживается Э.Ф. Куцова. Она полагает, что «по делам частного обвинения лицо, против которого подано заявление, признается подсудимым… с момента… разъяснения ему прав подсудимого мировым судьей, а в случае неявки такого лица — путем направления ему копии названного заявления с письменным разъяснением прав подсудимого». Данные мнения несколько не соответствуют правилам ч. 4 ст. 319 УПК РФ, согласно которой подсудимый по делам частного обвинения появляется в уголовном процессе еще до получения им копии заявления с разъяснением прав подсудимого. Потому что именно подсудимому указанные документы направляются в случае его неявки в суд по вызову (ч. 4 ст. 319 УПК РФ).
И еще одно оригинальное суждение, касающееся понятия «обвиняемый». Смирнов А.В. считает, что «применительно к обеспечению обвиняемому права на защиту существует и широкое понятие обвиняемого, используемое в конституционном и международном праве, когда под обвиняемым подразумевается любое лицо, в отношении которого предпринимаются действия инкриминирующего характера».
С этим утверждением, если бы оно не было размещено в комментарии к ст. 47 УПК РФ, трудно было бы не согласиться. Действительно, когда речь идет о конституционном праве гражданина и человека на защиту (ч. 2 ст. 48 Конституции РФ), о конституционном понятии «обвиняемый», таковым Конституционный Суд РФ именует не только того, кто называется тем же термином в уголовном процессе, но и других лиц. В общежитейском смысле слова содержание понятия «обвиняемый» тоже отличается от уголовно-процессуального. Между тем ни конституционно-правовое, ни международно-правовое и ни общежитейское представление о понятии «обвиняемый» никоим образом не вносят содержательных, а тем более сущностных изменений в понятиеобразующие признаки уголовно-процессуального института «обвиняемый». Это омонимы — слова однозвучные, но отличающиеся друг от друга по значению. Анализ данных понятий в комментарии к ст. 47 УПК РФ, по нашему мнению, равносилен рассмотрению административного задержания или уголовно-правового обстоятельства, исключающего преступность деяния (задержание лица, совершившего преступление), при характеристике предусмотренного ст. ст. 91 и 92 УПК РФ уголовно-процессуального института задержания.
В ч. 1 ст. 47 УПК РФ записано, что определенного рода лицо обвиняемым «признается». «Признавать» означает «считать что-нибудь каким-нибудь». «Признать» — «счесть», сделать какое-нибудь заключение о ком-нибудь. Иначе говоря, лицо, о котором идет речь в ч. 1 ст. 47 УПК РФ, после принятия (окончательного оформления) указанного здесь процессуального решения считается обвиняемым. Более последовательно в рассматриваемом случае было бы использование глагола «становится». Лицо, в отношении которого вынесено постановление о привлечении его в качестве обвиняемого или же обвинительный акт (составлено обвинительное постановление), становится обвиняемым с позиций уголовного процесса, начинает обладать соответствующим статусом. С этого момента ему предоставляются права и на него возлагается часть обязанностей названного субъекта уголовного процесса.
Причем обвиняемым он становится вне зависимости от того, известно ему о вынесении такого постановления (обвинительного акта, обвинительного постановления, констатации мировым судьей наличия оснований для назначения судебного заседания по делу частного обвинения) или же нет.
Обвиняемым признается «лицо», гласит ч. 1 ст. 47 УПК РФ. Под термином «лицо», использованным здесь законодателем, следует понимать отдельно взятое физическое, но никак не юридическое лицо. Юридическое лицо обвиняемым быть не может. Если в качестве обвиняемого привлекается представитель юридического лица, то в уголовном процессе принимает участие он лично. Пусть и в связи с осуществляемой деятельностью от имени юридического лица, но тем не менее как физическое (должностное или же иное) лицо. Правами и обязанностями обвиняемого будет наделен именно он, и к уголовной ответственности привлекать в последующем станут также его, опять же как физическое лицо.
Лицом, о котором идет речь в ч. 1 ст. 47 УПК РФ, может быть как совершеннолетнее, так и достигшее возраста, с момента которого возможно привлечение к уголовной ответственности, несовершеннолетнее лицо, как здоровый, так и нездоровый гражданин, вне зависимости от занимаемой им должности и т.п. Как гласит ч. 2 ст. 19 Конституции РФ, государство гарантирует равенство прав и свобод человека и гражданина независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям, а также других обстоятельств. Перечисленные положения всецело и полностью распространяются на лиц, обладающих статусом обвиняемого.
Как уже отмечалось, обвиняемым с позиций ч. 1 ст. 47 УПК РФ признается лицо, «в отношении» которого вынесено (составлено) определенного рода постановление (иной, указанный в ч. 1 ст. 47 УПК РФ документ). Термин «в отношении» означает, что обвиняемым может быть признано только конкретное лицо. Причем это лицо привлекается в качестве обвиняемого путем вынесения надлежащего постановления или же обвинительного акта.
С уважением, адвокат Анатолий Антонов, управляющий партнер адвокатского бюро «Антонов и партнеры.
Остались вопросы к адвокату?
Задайте их прямо сейчас здесь, или позвоните нам по телефонам в Москве +7 (499) 288-34-32 или в Самаре +7 (846) 212-99-71 (круглосуточно), или приходите к нам в офис на консультацию (по предварительной записи)!
Человеческая жизнь в уголовном праве РФ: момент начала и окончания
Жизнь человека признается важнейшей социальной ценностью. За преступления, направленные против жизни и здоровья, предусмотрено уголовное наказание. Деяния, в результате которых жертва получила серьезные увечья или погибла, классифицируются как особо тяжкие. Соответственно, преступник в большинстве случаев приговаривается к лишению свободы. Ниже мы определим момент начала и конца жизни в уголовном праве, а также поговорим о преступлениях против жизни и здоровья человека.
Общие положения
Человеческая жизнь – это естественный физиологический процесс. Соответственно, она имеет начало и конец, что отражено не только в учебниках по биологии, но и в законодательных актах. Соответственно, преступные действия против жизни могут совершаться в период от рождения до смерти конкретного человека.
Например, гражданин был найден мертвым в своей квартире. Также в помещении присутствовали следы ограбления. Следователь завел уголовное дело, подозревая убийство с ограблением. Однако впоследствии удалось выяснить, что владелец квартиры умер от сердечного приступа, после чего был ограблен соседом. Соответственно, последнего будут судить только за ограбление, ведь к убийству он не причастен.
Понятия жизни и смерти в УК РФ
Закон прямо не определяет начало жизни. Поскольку аборт является узаконенной процедурой и не приравнивается к убийству плода, то моментом начала жизни можно считать рождение. Как только ребенок появляется на свет, он приобретает основные права и свободы, прописанные в Конституции РФ. Жизнь новорожденного охраняется с первых секунд после его рождения, что указано в статье 106 УК РФ.
Причинение смерти ребенку до момента его рождения не может квалифицироваться как убийство. Соответственно, убийство беременной женщины рассматривается не как причинение смерти двум лицам, а именно как убийство женщины, находящейся в состоянии беременности. Это указано в пункте «г» части 2 статьи 105 УК РФ.
Для определения конца жизни следует обратиться к документам Минздрава. В Приказе Минздрава от 4 марта 2003 года даны четкие указания относительно порядка определения момента смерти человека. При наличии определенных признаков, медперсонал вправе прекратить проведение реанимационных мероприятий.
Смерть является результатом гибели организма. Данный процесс характеризуется следующими стадиями:
Есть вопрос к юристу? Спросите прямо сейчас, позвоните и получите бесплатную консультацию от ведущих юристов вашего города. Мы ответим на ваши вопросы быстро и постараемся помочь именно с вашим конкретным случаем.
Телефон в Москве и Московской области:
+7 (495) 266-02-45
Телефон в Санкт-Петербурге и Ленинградская области:
+7 (812) 603-78-25
Бесплатная горячая линия по всей России:
8 (800) 301-39-20
Преступления против жизни и здоровья человека
Преступные деяния, совершенные против жизни и здоровья человека, закреплены в главе 16 Уголовного кодекса РФ. В данном законодательном акте представлен обширный список преступлений, которые можно разделить на три группы:
В преступлениях против жизни преступник и жертва – это всегда разные люди. Уголовный кодекс не предусматривает наказание за попытку самоубийства.
Состав преступления
Для привлечения злоумышленника к ответственности, в его деяниях должен присутствовать состав преступления. Он базируется на четырех признаках:
Вышеперечисленные признаки закреплены в Уголовном кодексе РФ. Для привлечения гражданина к уголовной ответственности требуется наличие всех признаков состава преступления. При отсутствии хотя бы одного из них, уголовное дело закрывается.
Начало и конец жизни человека, как уголовно-правовые категории
Publication in electronic media: 20.03.2011 under http://journal.forens-lit.ru/node/209
Publication in print media: Актуальные вопросы теории и практики судебно-медицинской экспертизы, Красноярск 2007 Вып. 5
А. В. Агафонов, А. А. Ермилов
Сибирский институт бизнеса, управления и психологии, г. Красноярск
При наличии всех перечисленных выше признаков плод признается новорожденным, а, следовательно, уже человеком из чего, в свою очередь, следует, что посягательство на его жизнедеятельность в этот момент становится уголовно наказуемым.
Подобное определение начала жизни предлагает в частности А.Н. Красиков. Впрочем, по мнению СВ. Бородина «. свою позицию он высказывает недостаточно четко, подменяя при изложении вопрос о том, когда необходимо считать умерщвление появившегося или появляющегося на свет плода убийством, вопросом о живорожденности плода». Однако, по нашему мнению, именно нормативно-правовое определение самого начала жизни позволяет нам решить вопрос и о признании ее окончания, в том числе и от криминального фактора, ибо невозможно реально посягнуть на то правовое благо, которым еще не обладает соответствующий субъект возникающего на тот момент правоотношения. Другое дело о правомочности подобной ссылки. Имеет ли право конкретный правоприменитель для разрешения проблем поднимаемых уголовным законом, т.е. нормативно-правовым актом, использовать разъяснения, изложенные в приказе Минздрава, который в свою очередь является всего лишь поднормативным актом. Не лучше ли подобное разъяснение дать на уровне федерального закона, либо на крайний случай предложить его судебное толкование.
Впрочем, буквально толкуя норму, изложенную в современном уголовном законодательстве можно попытаться и самостоятельно установить то время, с которого фактически наступает уголовно-правовая охрана жизни человека, т.е. иными словами определить начало жизни человека в уголовно-правовом смысле. Так, согласно тексту уголовного закона убийство новорожденного ребенка возможно уже во время родов. При этом их «началом. считается появление регулярных схваток», т.е. мышечных сокращений матки роженицы. Следовательно, и жизнь человека в уголовно-правовом смысле начинается именно с этого момента. Подобное положение, кстати, закреплено и в Конституции Российской Федерации. Так, согласно ст. 17 этого нормативно-правового акта: «Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения». Причем Конституция России отнюдь не конкретизирует темпоральных рамок этого физиологического процесса, из чего, как раз и следует, что основные права и свободы человека принадлежат каждому именно с начала, а не с конца, рождения.
При этом необходимо указать, что подобную позицию ранее разделял А.А. Жижи-ленко, а позднее, и некоторые ученые-криминалисты постсоветского периода. Так, например, Семернева Н.К., Побегайло Э.Ф. и Борзенков Г.Н. прямо указывали, что началом жизни человека традиционно принято считать начало физиологических родов.
При этом, последние, в частности, считали, что пока не начались роды, будет налицо уголовно-ненаказуемое умерщвление продукта зачатия, т.е. криминальным абортом, но как только они начались, лишение жизни появляющего плода следует считать уже убийством.
Нескольку иную, хотя и довольно близкую позицию, высказал по этому вопросу А.А. Пионтковский. По его мнению, «следует рассматривать как детоубийство не только убийство новорожденного после отделения плода от утробы матери и начала самостоятельной жизни ребенка, но и убийство, совершенное во время родов, когда рождающийся ребенок еще не начал самостоятельной внеутробной жизни (например, нанесение смертельной раны в голову рождающемуся ребенку до того момента, когда он начал дышать)».
Ранее в поддержку этой позиции высказывались соответственно Б.С. Утевский, Ш.С. Рашковская, а позднее СВ. Бородин, Г.И. Борзенков и В.Д. Иванов.
В прочем указанные точки зрения не отличаются оригинальностью. Так, еще в начале прошлого века В.Н. Набоков указывал, что началом жизни человека следует считать «появление из утробы матери какой-либо части тела ребенка, с этого момента понятие плода заменялось понятием ребенка».
Более конкретизировано к этому вопросу, по нашему мнению подошли А.Б. Мельниченко, М.А. Кочубей и С.Н. Радачинский, по мнению которых «. жизнь становится самостоятельным объектом уголовно-правовой охраны с момента появления ребенка во время родов, фактического (биологического) отделения его от тела матери».
Впрочем, ради формальной объективности следует указать, что «Диссонансом этому мнению была позиции М.Д. Шарго-родского, считавшего начало жизни отделение плода от утробы матери и начало дыхания».
Позицию последнего, несколько позднее, поддержал и Н.Г. Иванов, утверждавший, что «Началом жизни человека считается момент первого дыхания новорожденного».
Кроме того, по нашему мнению, необходимо отметить, что с точки зрения современной биологии (генетики и эмбриологии) жизнь человека как биологического индивидуума начинается с момента слияния ядер мужской и женской половых клеток и образования единого ядра, содержащего неповторимый генетический материал.
. Поэтому очевидно, что аборт на любом сроке беременности является намеренным прекращением жизни человека как биологического индивидуума.
. Однако условия жизни в стране таковы, что запрещение абортов сегодня поставит более 1 млн. женщин в очень сложное и почти безвыходное положение».
В заключение изложенного необходимо подчеркнуть, что установление начала жизни имеет весьма существенное значение при разграничении аборта и уголовно-наказуемого причинения смерти новорожденному.
Более правомочно и логично, по нашему мнению, решен в настоящее время нормативно-правовой вопрос о моменте определения конца жизни, т.е. начала смерти.
«В Инструкции определены критерии смерти мозга:
В свою очередь, посягательство на труп, ошибочно принятого за живого человека, следует рассматривать, по правилам фактической ошибки как посягательство на негодный объект, т.е. также квалифицируется как покушение на убийство.
