расплатился чужой банковской картой в магазине какая статья

Прокурор разъясняет

В соответствии со сложившейся судебной практикой хищение денежных средств с банковской карты квалифицируется как преступление, предусмотренное п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ, как кража с банковского счета.

В отличие от обычного хищения чужого имущества, кража с банковской карты (банковского счета) независимо от суммы похищенного является тяжким преступлением, а следовательно, в соответствии с положениями ст.25 УПК РФ уголовные дела о таких преступлениях не подлежат прекращению в связи с примирением с потерпевшим, и в силу ст. 314 УПК РФ не могут быть рассмотрены в особом порядке судебного разбирательства.

Для квалификации преступных действий по п. «г» ч.3 ст.158 УК РФ не имеет значения, каким образом похищены денежные средства – через банкомат, либо путем перевода денежных средств на другой банковский счет, либо путем совершения покупок через интернет, либо путем оплаты покупок в магазине.

Найденная на улице чужая банковская карта не является находкой, а является ключом к чужому банковскому счету, поэтому снятие денежных средств с найденной карты, либо оплата покупок с ее помощью образуют состав преступления, предусмотренного п. «г» ч.3 ст.158 УК РФ, которое наказывается лишением свободы на срок до шести лет со штрафом в размере до восьмидесяти тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до шести месяцев либо без такового и с ограничением свободы на срок до полутора лет либо без такового.

Заместитель прокурора Красноперекопского района г. Ярославля В.А.Волков

Прокуратура
Ярославской области

Прокуратура Ярославской области

22 декабря 2020, 12:34

Об ответственности за использование чужих банковских карт

Заместитель прокурора Красноперекопского района г. Ярославля В.А.Волков

Источник

Прокурор разъясняет

Разъясняет Буйская межрайонная прокуратура.

За кражу, совершенную с банковского счета, а равно в отношении электронных денежных средств предусмотрена уголовная ответственность по п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ. Санкцией данной статью предусмотрены различные виды наказания, вплоть до 6 лет лишения свободы.

Следует также отметить, что использование для оплаты покупок банковской карты, которая была найдена, также является хищением средств с банковского счета.

Уголовная ответственность наступит и за покушение на совершение хищения средств с банковского счета при помощи банковской карты, например, в случае если банковская карта была найдена и использована для оплаты товаров в магазине, однако совершить покупку не удалось, поскольку владелец ее заблокировал.

Хищение средств с банковского счета отнесено к категории тяжких, является квалифицированным составом преступления, следовательно, не имеет значения сумма похищенных средств.

При этом, уголовное дело (уголовное преследование) по преступлениям, отнесенным к категории тяжких не может быть прекращено в связи с примирением с потерпевшим, а также такое уголовное дело после направления в суд не может быть рассмотрено в особом порядке уголовного судопроизводства.

Прокуратура
Костромской области

Прокуратура Костромской области

24 декабря 2020, 11:14

За использование чужой банковской карты для расчетов, вопреки воле ее владельца, предусмотрена уголовная ответственность

Разъясняет Буйская межрайонная прокуратура.

Источник

Оправдательный приговор гражданину, оплатившему покупки чужой банковской картой, устоял в апелляции

13 августа судебная коллегия по уголовным делам Костромского областного суда оставила в силе оправдательный приговор гражданину, ранее обвиняемому в краже за совершение покупок с использованием чужой банковской карты (апелляционное определение имеется у «АГ»).

Обстоятельства дела

В декабре 2018 г. Александр Лебедев потерял свою банковскую карту и обнаружил пропажу только тогда, когда неизвестные лица стали расплачиваться ею за покупки. Деньги списывались несколько раз, и каждый раз сумма транзакций не превышала 1 тыс. руб. Далее владельцу карты удалось заблокировать ее и прекратить несанкционированное списание средств.

Впоследствии Алексей Пестов добровольно явился в полицию, где написал явку с повинной. Он признался в том, что получил от своего знакомого Смирнова банковскую карту на имя Лебедева. С помощью нее он купил в магазине продукты на сумму 745 руб. Во второй раз сумма покупок с использованием чужой банковской карты составила 288 руб., а в третий – 306 руб. По словам гражданина, после приобретения продовольствия он вернул карту Смирнову. Далее еще один человек попытался купить товары на 900 руб., но карта была заблокирована.

Алексей Пестов возместил причиненный потерпевшему вред в полном объеме. Суд избрал ему меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. Действия обвиняемого были квалифицированы следствием по п. «г» ч. 3 ст. 158 (кража, совершенная с банковского счета, а равно в отношении электронных денежных средств, при отсутствии признаков преступления, предусмотренного ст. 159.3 данного Кодекса) УК РФ. Аналогичные обвинения в рамках отдельного уголовного дела были предъявлены и Смирнову.

Вступление в дело защитника по назначению

Защиту Алексея Пестова осуществлял адвокат АП Костромской области Алексей Егоров. В комментарии «АГ» он сообщил, что вступил в процесс на стадии предварительного следствия. «13 декабря 2018 г. в соответствии с графиком дежурств я был приглашен органами следствия для защиты подозреваемого в порядке ст. 51 УПК РФ. К моему прибытию в следственный отдел мой доверитель уже находился у следователя. Мне были предъявлены для ознакомления объяснение и явка с повинной доверителя, в которых он подробно изложил свои действия. В ходе беседы доверитель подтвердил изложенное им в документах», – отметил адвокат.

Защитник пояснил, что, со слов Алексея Пестова, последний совершил несколько покупок в магазинах с использованием чужой банковской карты бесконтактным способом без введения ПИН-кода. «Каждая покупка была менее 1 тыс. руб. Следователь в свою очередь пояснил, что возбуждено уголовное дело по п. “г” ч. 3 ст. 158 УК РФ в отношении неустановленных лиц», – сообщил адвокат.

По словам Алексея Егорова, он разъяснил доверителю, что есть вероятность изменения квалификации его действий с уголовно наказуемого деяния на административное правонарушение. «Формально его действия подпадали под иную квалификацию УК РФ, а именно ч. 1 ст. 159.3 УК РФ (мошенничество с использованием электронных средств платежа). Но в связи с тем, что общая сумма покупок была менее 2,5 тыс. руб., в его действиях усматривается состав административного правонарушения, предусмотренный ч. 2 ст. 7.27 КоАП РФ (мелкое хищение)», – пояснил адвокат.

«Далее доверитель дал показания, в которых детально изложил весь порядок своих действий, уделив особое внимание тому, что в магазине его никто не спрашивал о принадлежности банковской карты, а он никому не сообщал о том, что карта ему не принадлежит», – добавил Алексей Егоров.

Адвокат отметил, что следствие возбудило уголовное дело по тяжкому составу преступления, хотя в диспозиции п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ прямо указано на соблюдение важного условия для возбуждения такого уголовного дела (отсутствие признаков преступления, предусмотренного ст. 159.3 УК РФ). «Было бы наивно думать, что следствие просто ошиблось или поторопилось. Было очевидно, что на стадии расследования ни о каком прекращении речи быть не может, да и следствие было уверено в правильности квалификации. Надзирающий прокурор подписал обвинительное заключение именно по тяжкому составу, что свидетельствует о согласованности позиции органов следствия и прокуратуры в этом вопросе», – рассказал защитник.

«Мы с доверителем решили не идти против течения и изложить свою позицию уже в суде. По этой причине мы выработали позицию, при которой он полностью соглашается с обвинением, дает необходимые для последующей переквалификации показания и возмещает причиненный вред потерпевшему. Далее защита, не препятствуя расследованию, выходит в суд для рассмотрения по существу, где заявляет о неверной квалификации. В свою очередь, доверитель пояснит, что признает фактические обстоятельства дела в полном объеме, а вопрос квалификации его действий оставляет адвокату, при этом всецело полагаясь на справедливость суда», – пояснил Алексей Егоров

Адвокат отговорил доверителя от рассмотрения дела в особом порядке

«В день ознакомления с делом при составлении протокола в порядке ст. 217 УПК РФ доверитель вдруг изъявил желание рассмотреть дело в особом порядке. Скорее всего, он это сделал по причине того, что его друг, который также успел воспользоваться чужой картой, заявил о рассмотрении уголовного дела в особом порядке. Я разъяснил все последствия такого решения, что есть большая вероятность осуждения по вмененной статье. Кроме этого, я также указал на бесполезность рассмотрения уголовного дела в особом порядке. При наличии смягчающих обстоятельств (явка с повинной, раскаяние, возмещение вреда и отсутствие отягчающих обстоятельств) наказание будет в любом случае ниже двух третей наиболее строго наказания, и это при самом плохом исходе. В его же случае максимум – наказание с применением положений ст. 73 УК РФ», – сообщил Алексей Егоров.

По словам адвоката, уже после подписания протокола он убедил подзащитного в том, что в судебном заседании защита заявит о неверной юридической оценке его действий.

Рассмотрение дела в суде первой инстанции

Уголовное дело в отношении Алексея Пестова рассматривалось в Димитровском районном суде г. Костромы. В ходе судебного разбирательства подсудимый полностью признал свою вину в инкриминируемом ему деянии. Гособвинение, в свою очередь, поддержало предъявленное ему обвинение.

«В прениях сторон гособвинитель просил оставить квалификацию прежней, однако предложил снизить категорию преступления, назначить наказание в виде штрафа и освободить от наказания. Скорее всего, это было сделано для того, чтобы осужденный не обжаловал обвинительный приговор, так как каких-либо серьезных последствий для него бы не наступило. Таким образом, было бы сокрыто необоснованное возбуждение уголовного дела по тяжкой статье. Плюс доверитель лишился бы права на реабилитацию», – отметил Алексей Егоров.

По словам защитника, он строил свою речь в прениях на основе действующего уголовного закона с учетом разъяснений Постановления Пленума ВС РФ от 30 ноября 2017 г. № 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате». «Так, я указал на явно завышенную и необоснованную квалификацию обвинением действий доверителя при наличии в Особенной части УК РФ ч. 1 ст. 159.3 УК РФ, которая наиболее подходит к рассматриваемой ситуации и относится к преступлениям небольшой тяжести. Вместе с тем, несмотря на наличие в действиях доверителя признаков состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 159.3 УК РФ, сумма ущерба, причиненного потерпевшему, меньше необходимой для привлечения его к уголовной ответственности. В этой связи я обратил внимание суда на наличие в действиях доверителя признаков не уголовно наказуемого деяния, а административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 7.27 КоАП РФ», – пояснил адвокат.

Суд первой инстанции оправдал обвиняемого за отсутствием состава преступления

Изучив обстоятельства уголовного дела, районный суд со ссылкой на п. 17 Постановления Пленума № 48 отметил, в каких случаях деяние следует квалифицировать по ст. 159.3 УК РФ. Согласно этим разъяснениям ответственность по вышеуказанной статье наступает за хищение имущества лицом с использованием поддельной или чужой кредитной, расчетной или иной платежной карты путем сообщения уполномоченному работнику кредитной, торговой или иной организации заведомо ложных сведений о принадлежности указанному лицу такой карты или путем умолчания о ее незаконном владении.

«Действия Алексея Пестова следует квалифицировать по ч. 1 ст. 159.3 УК РФ как мошенничество с использованием электронных средств платежа. Как следует из обвинения Пестову, причиненный им материальный ущерб потерпевшему составил 1339 руб. 81 коп., что согласно ч. 2 ст. 7.27 КоАП РФ относится к мелкому хищению чужого имущества. Согласно ст. 8 УК РФ основанием уголовной ответственности является совершение деяния, имеющего все признаки преступления, предусмотренного настоящим Кодексом. Учитывая, что в действиях Пестова отсутствуют признаки уголовно наказуемого деяния, предусмотренного ч. 1 ст. 159.3 УК РФ, а имеются признаки мелкого хищения, предусмотренного ч. 2 ст. 7.27 КоАП РФ, подсудимый Пестов подлежит оправданию за отсутствием в его действиях состава преступления», – отмечено в приговоре суда от 14 мая (имеется у «АГ»).

Потерпевший обжаловал приговор

Потерпевший Александр Лебедев обжаловал вынесенный судом оправдательный приговор в вышестоящую инстанцию, потребовав его отмены в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона.

В апелляционной жалобе (имеется у «АГ») он указал, что деяния Пестова следует квалифицировать именно по п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ, поскольку в отношении потерпевшего было совершено именно преступление, а не административное правонарушение. В обоснование своих доводов он сослался на то, что действия подсудимого следовало оценивать исходя из п. 2 Постановления Пленума № 48, согласно которому, если обман не направлен непосредственно на завладение чужим имуществом, а используется только для облегчения доступа к нему, действия виновного образуют состав кражи или грабежа (в зависимости от способа хищения).

В возражениях на жалобу (есть у «АГ») Алексей Егоров пояснил: суд верно заключил, что в связи с умолчанием Пестовым сведений о принадлежности банковской карты иному лицу во время оплаты он совершил обман, посредством которого мог приобрести продукты питания, а не тайно похитил денежные средства непосредственно с банковского счета.

«Хищение денежных средств путем кражи, т.е. тайного хищения, предполагает их получение как в ходе непосредственного обналичивания, так и посредством перевода на иной, принадлежащий виновному, банковский счет, без введения в заблуждение относительно совершаемых действий иных лиц. В данном случае этого не произошло. Верховный Суд РФ в своем Постановлении Пленума № 48 от 30 ноября 2017 г. подробно изложил, в каких случаях незаконные действия с чужой банковской картой следует считать кражей», – настаивал защитник.

Оправдательный приговор устоял в апелляции

13 августа 2019 г. судебная коллегия по уголовным делам Костромского областного суда оставила оправдательный приговор в силе. В апелляционном определении судебная коллегия отметила, что суд первой инстанции правильно установил фактические обстоятельства дела на основе представленных доказательств.

«Вопреки доводам апелляционной жалобы, в ходе судебного следствия не было установлено, что Пестовым совершены действия, подпадающие под признаки квалифицированной кражи», – заключил апелляционный суд.

Вторая инстанция также пояснила, что из описания преступного деяния по приговору суда и обвинительного заключения следует, что обвиняемый совершил противоправные деяния, расплатившись похищенной банковской картой, умолчав о том, что использует ее незаконно. «При таких обстоятельствах деяния Пестова подлежали бы квалификации по ч. 1 ст. 159.3 УК РФ. Криминообразующим признаком неквалифицированных хищений является стоимость похищенного имущества свыше 2,5 тыс. руб. Хищение чужого имущества, стоимость которого не превышает 1 тыс. руб., а также хищение чужого имущества более 1 тыс. руб., но не более 2,5 тыс. руб., при отсутствии квалифицированных хищений, в том числе ст. 158 и ст. 159.3, в силу прямого указания отнесено к мелкому хищению, подпадающему под признаки административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 7.27 КоАП РФ», – отметила апелляция.

Защитник оправданного прокомментировал судебные акты

Алексей Егоров назвал справедливым оправдательный приговор Димитровского районного суда г. Костромы. «Он вынесен в соответствии с действующим уголовным и уголовно-процессуальным законодательством. По моему мнению, суд принял единственно верное решение. Считаю, что немаловажную роль при вынесении оправдательного приговора сыграла категоричная позиция стороны защиты в вопросах юридической оценки действий моего доверителя. Рад, что мнение суда полностью совпало с мнением стороны защиты», – отметил он.

Адвокат также высоко оценил апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Костромского областного суда, «которая, рассмотрев жалобу потерпевшего, не нашла основания для ее удовлетворения, тем самым подтвердив правильность выводов, сделанных судом первой инстанции».

Алексей Егоров выразил надежду на то, что данный приговор в будущем будет своего рода указателем направления в вопросах юридической оценки действий лиц, совершивших аналогичные деяния.

Источник

Списание денег с чужой банковской карты: мошенничество или кража?

Адвокатам рассказали о квалификации хищений безналичных денежных средств

22 апреля перед аудиторией слушателей вебинара ФПА РФ по повышению квалификации адвокатов выступил доктор юридических наук профессор кафедры уголовного права и криминологии юридического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова, член НКС при Верховном Суде РФ, главный редактор журнала «Уголовное право» Павел Яни. Он прочитал лекцию на тему «Квалификация хищения безналичных средств».

В начале своего выступления спикер отметил, что в любой монографии прежних лет можно обнаружить ссылку на три критерия признания имущества предметом хищения. В их числе так называемый физический признак, предусматривающий, что похищаемое имущество должно быть вещью. По словам ученого, долгие годы суды, следуя разъяснениям Пленума Верховного Суда РФ от 2007 г., вменяли мошеннику, посягнувшему на чужие безналичные денежные средства, состав преступления, предусмотренного ст. 159 УК РФ. При этом они квалифицировали содеянное не как приобретение права на чужое имущество, а как хищение.

Дело в том, пояснил эксперт, что существуют две разновидности мошенничества, одна из которых является формой хищения (хищение путем обмана), а вторая представляет собой приобретение права на чужое имущество. И если признаки хищения разъяснены в п. 1 примечания к ст. 158 УК РФ, то о приобретении права на чужое имущество разъяснений в законе нет.

Павел Яни подчеркнул, что цивилистическая доктрина, а также ряд практиков в некоторых случаях устанавливают режим вещей для бездокументарных ценных бумаг и безналичных денежных средств, но все равно это не наполняет содержанием категорию «Право на чужое имущество». Верховный Суд РФ в Постановлении Пленума от 30 ноября 2017 г. № 48 указал на необходимость квалификации хищения имущества с использованием чужой банковской карты не только путем получения наличных денег в терминале, но и путем их перечисления со счета владельца на счет посягателя или других лиц как кражи.

«Причем следует обратить внимание на то, что цивилистически лицо, заключившее договор на открытие банковского счета, является владельцем счета (а не денежных средств на счете), в то время как Пленум ВС РФ трактует данное лицо как владельца средств на счете, – заметил лектор. – Таким образом, мы имеем дело с дефиницией категории хищения, а также предмета хищения и распространением данных норм на безналичные средства».

Эксперт добавил, что впоследствии в УК РФ были внесены дополнения. Таким образом, законодатель выразил однозначную позицию о том, что предметом хищения не обязательно является вещь.

Павел Яни отметил, что о толковании норм ст. 159.3 и 159. 6 УК РФ ведется много споров, но однозначного понимания пока не выработано.

Первый вопрос, в частности, касается ст. 159.3 УК РФ: изменил ли законодатель вместе с редакцией нормы ее содержание? «На первый взгляд, безусловно да, – считает Павел Яни. – Если раньше уголовная ответственность была предусмотрена за мошенничество с использованием платежных карт, – т.е. хищение чужого имущества с использованием поддельной или принадлежащей другому лицу платежной карты путем обмана уполномоченного работника кредитной, торговой или иной организации, – то с апреля 2018 г. состав сформулирован как мошенничество с использованием электронных средств платежа». По мнению спикера, вполне допустима и такая трактовка п. «г» ч. 3 ст. 158, когда кражу наличных денег с чужой банковской карты вопреки воле ее держателя следует квалифицировать как хищение с банковского счета.

Лектор также затронул проблему признания потерпевшим в зависимости от вида карты, с которой совершено хищение (дебетовая или кредитная). По его словам, в некоторых регионах страны судебная практика складывается таким образом, что при использовании кредитной карты, изъятой у другого лица вопреки его воле, потерпевшим признается кредитная организация (банк), а в случае с дебетовой картой – владелец счета (держатель карты). Суды при этом исходят из того, что при использовании кредитной карты денежные средства непосредственно зачисляются третьему лицу или передаются похитителю, минуя потерпевшего.

Павел Яни заявил о своем несогласии с такой позицией. «В соответствии с Положением Банка России от 24 декабря 2004 г. № 266-П (ред. от 14 января 2015 г.) «Об эмиссии платежных карт и об операциях, совершаемых с их использованием» банк в ряде случаев обязуется при использовании карты иным лицом с набором пин-кода выполнить поручение того, кто эту карту поместил в терминал. Если это кредитная карта, в этом случае банк зачисляет запрашиваемую сумму на счет держателя карты. Соответственно, денежные средства похищаются со счета держателя карты, поэтому потерпевшим следует признавать его, а не банк», – пояснил лектор.

Возвращаясь к вопросу о том, изменилось ли содержание ст. 159.3 УК РФ, Павел Яни отметил, что в п. 17 Постановления Пленума ВС РФ № 48 разъяснено содержание указанной нормы в ее прежней редакции.

В качестве примера он привел случай, когда виновное лицо сообщает уполномоченному работнику (кассиру в магазине) заведомо ложные сведения о принадлежности ему платежной карты либо умалчивает о том, что карта, которой он расплачивается, ему не принадлежит. «Контраргументы в отношении позиции Пленума ВС РФ со стороны ряда моих коллег заключаются в том, что кассир не обязан при оплате покупки идентифицировать владельца банковской карты», – отметил Павел Яни. При этом его собственная позиция заключается в том, что в соответствии с правилами оборота, установленными ГК РФ, всякий участник обязан презюмировать добросовестность другой стороны. «То есть самим фактом использования карты, предъявлением ее виновное лицо утверждает, что действует законно. Тем самым оно вводит продавца-кассира в заблуждение», – считает ученый.

В то же время, заметил он, если признавать держателя карты или банк потерпевшим, то эти лица как раз в заблуждение не вводятся, а вводится в заблуждение третье лицо. «Действительно, в 1986 г. Пленум ВС РФ отнес к мошенничеству лишь действия виновного, направленные на введение в заблуждение потерпевшего, который в результате передает свое имущество виновному или иным лицам. Но уже в 2017 г. данная точка зрения была отвергнута, и Пленум ВС РФ в п. 1 Постановления № 48 указал, что при мошенничестве в заблуждение могут быть введены не обязательно потерпевшие, но и иные лица, которые передают имущество (право на имущество) другому лицу, либо не препятствуют его изъятию другим лицом», – пояснил спикер.

Павел Яни обратил внимание, что согласно положениям ст. 159.6 УК РФ, мошенничество с использованием электронных средств платежа предполагает наличие введенного в заблуждение лица, принимающего решение о передаче имущества. «Это хорошая норма, только указание на мошенничество в ней лишнее», – заметил он, добавив, что, по мнению Пленума ВС РФ, данная норма содержит описание не состава мошенничества, а разновидности кражи. Таким образом, заключил эксперт, смысл изменений, внесенных в ст. 159.3 УК РФ, состоит в расширении перечня средств совершения преступления.

В завершение лекции спикер ответил на многочисленные вопросы участников вебинара.

Обращаем внимание, что сегодня, 22 апреля, вебинар будет доступен до 00.00 (по московскому времени). Повтор трансляции состоится в воскресенье, 26 апреля.

Источник