При какой температуре разрушаются ферменты
Когда-то человек был высшим существом, венцом творения. Сегодня, благодаря кулинарии и ее последствиям — вырождению и дурной наследственности, осталось лишь жалкое подобие оригинала. Внутреннее разложение, порождаемое вареной пищей, с самого начала лишило большинство людей способности к ясному мышлению. Верх глупости — уничтожать важнейшие составляющие пищи тепловой и иной обработкой и при этом полагать, что эта обработанная пища может идти на пользу человеческому роду. Люди не хотят понять, что у того, кто с детства станет питаться исключительно натуральной пищей, организм не будет слабеть и изнашиваться. Специалисты по питанию из самых престижных университетов выступают в защиту пищевых добавок (консервантов), пастеризации, гомогенизации и химического умерщвления натуральной пищи. О натуральных и органических продуктах, сыром молоке, натуральных витаминных комплексах и обо всем, что поддерживает жизнь и сохраняет здоровье, они отзываются как о чем-то эксцентрическом. Тех, кто рекомендует натуральные продукты или естественные подходы к здоровью, называют невеждами и шарлатанами.
Человеческая жизнь поддерживается не самой потребляемой пищей, а тем, что из нее усваивается. Рафинирование и прочая обработка пищи, а также современные кулинарные приспособления типа микроволновок, газовых и электрических плит, эффективно разрушая энзимы в продуктах, привели к их дефициту в нашем рационе. К сожалению, слишком мало внимания уделяется тому, как нехватка энзимов в пище связана с нарушением равновесия в наших органах и, как следствие, с возникновением заболеваний. По мнению ученых, жизнь появилась на планете несколько сот миллионов лет назад. При этом даже самые простейшие в эволюционном плане формы жизни потребляли вместе с пищей энзимы. Иначе и быть не могло, ведь энзимы являются компонентами живой материи. Ни один живой организм не мог бы существовать без сотен входящих в его структуру энзимов. Ребенок, как и детеныши других млекопитающих, получает из материнской груди сырую пищу, содержащую полный набор необходимых энзимов. Если бы младенцу требовалась для жизни вареная еда, природа снабдила бы его такой едой. Но в действительности новорожденное дитя не нуждается в вареной пище. Мы не рождаемся со встроенной в наше тело кухонной плитой, это — человеческое изобретение. Вероятно, первобытный человек впервые познакомился с огнем, спасаясь от вызванных молнией лесных пожаров в тропических джунглях. А может быть, первый урок огня ему преподали потоки раскаленной лавы из действующих вулканов… Позднее, когда человек попробовал на вкус обгоревшее мясо животных, погибших в этих стихийных бедствиях, его первоначальный ужас перед огнем сменился благоговением и предвкушением. В распоряжении первобытного человека было несколько миллионов лет на то, чтобы овладеть огнем и каменными, костяными, деревянными орудиями, которые позволили ему прибавить к своему рациону крупных животных. Там, где человеческие зубы и ногти были бесполезны, — например, когда нужно было содрать с туши шкуру, чтобы добраться до мяса, — камни с острыми краями прекрасно делали свое дело. Постепенно перед человечеством открывались новые горизонты: огонь как источник тепла, концентрированный мясной белок, одежда и жилища из шкур позволили нашим предкам заселить безлюдные северные страны.
Каждое человеческое изобретение, если только не доказано обратное, представляет собой потенциальную угрозу для здоровья. В данном случае речь идет о злоупотреблении огнем, который люди стали использовать для приготовления пищи. Любая тепловая обработка пищи уничтожает энзимы. Медленное или быстрое выпекание, медленная или быстрая варка, тушение и обжарка — все это разрушает 100% энзимов в пище. Интенсивная варка происходит при температуре 100°С. При обжаривании достигается гораздо более высокая температура, и, вдобавок к разрушению энзимов, повреждаются молекулы белка и образуются новые химические соединения с неизвестными, потенциально патогенными свойствами, что создает еще бóльшую нагрузку на наши метаболические ферменты. Выпекание происходит при температуре 150—200°С, но это сухое нагревание, поэтому последствия не более разрушительны, чем от кипячения. Но энзимы полностью разрушаются при всех этих температурах. Термический предел существования протоплазмы (живой материи) — 48°С. Эта же температура вызывает ожог кожи, а если семена подержать полчаса в воде такой температуры, то потом они уже никогда не прорастут. В кулинарии все температуры превышают 48°С, так что у энзимов пищи нет ни малейшего шанса избежать разрушения.
Каждый, кто изучал анатомию, физиологию, неврологию и биохимию, согласится с тем, что человеческое тело представляет собой биохимическую «фабрику» — систему тканей, жидкостей и органов, существующую в живом состоянии благодаря тысячам нейроэлектрических и биохимических реакций, протекающих одновременно каждое мгновение нашей жизни. Все эти химические реакции взаимосвязаны: если в ходе какой-нибудь одной возникают нарушения, это немедленно сказывается на множестве других — прямой путь к недомоганию и заболеванию. Таким образом, здоровье подразумевает такое состояние, когда все реакции происходят в нужное время, в нужном месте и в нужных соотношениях. Являясь биохимической системой, организм работает на биохимических — живых — элементах, а не на мертвых, безжизненных веществах. Источник этих живых элементов — цельная, натуральная, не приготовленная на огне и необработанная пища. Варка и обработка превращают биоэлементы в мертвые вещества. Организм не может нормально работать на таком «топливе».
Каждый химик знает, что, если соединить определенные элементы в определенных пропорциях и при определенных условиях, последует предсказуемая реакция. Классический пример — образование углекислого газа (СО2) при смешении питьевой соды с лимонным соком. Эта реакция происходит сама собой, стоит только соединить реагирующие вещества. Однако для большинства химических реакций требуется энергия в той или иной форме, как правило — тепловая. Иначе говоря, для того, чтобы вещества вступили в реакцию, их необходимо нагреть. Для большинства реакций, протекающих в нашем организме, требуется тепло. Одна из разновидностей химических реакций — т. н. окисление — выделяет энергию в виде тепла и иногда света. Это происходит, когда вещество соединяется с кислородом (О2).
Автомобильный двигатель нагревается потому, что при соединении горючего с О2 в воздухе и его окислении в цилиндрах выделяется много тепла. Внезапная реакция окисления называется вспышкой. Быстрое окисление называется огнем, при этом образуется и тепло, и свет. Когда окисление происходит медленно, как в случае потускнения монеты, выделяется только тепло. Организм получает всю необходимую ему тепловую энергию путем окисления. В каждом живом растении и клетке животного кислород из воздуха соединяется с простым сахаром (как правило, глюкозой), при этом образуется вода, углекислый газ СО2 и энергия. Вода и СО2 не имеют большого значения для организма и должны быть выведены, прежде чем их накопится слишком много. Организму нужна именно энергия для обеспечения всех остальных химических реакций, происходящих в каждой клетке.
Для того, чтобы произошла любая химическая реакция, вещества должны непосредственно контактировать друг с другом. Пока лимонный сок остается в бутылке, а питьевая сода — в упаковке, они не могут вступить в реакцию. То же самое происходит и в нашем теле. С кровотоком к клеткам поступает необходимый материал и проходит сквозь клеточную стенку посредством т. н. осмоса, а также других видов избирательной абсорбции. Материалы, служащие сырьем для разных реакций, оказываются растворенными в цитоплазме — жидкой внутренней среде клетки. Теперь надо как-то свести воедино вещества, необходимые для определенной реакции. И здесь за дело берутся энзимы.
Поскольку мы едим преимущественно вареную пищу, наша пищеварительная система вынуждена сама производить все необходимые энзимы, что приводит к увеличению пищеварительных органов. Чтобы обеспечить нужное количество энзимов, организм извлекает их запасы из всех органов и тканей — развивается метаболический дефицит. Можно долгие годы питаться вареной пищей, но в конце концов наступает клеточное энзимное истощение, которое приводит к ослаблению иммунной системы и, в конечном счете, к болезни. Сырая пища состоит в основном из гидрофильных коллоидов. «Гидрофильный» означает «любящий воду». Коллоид — это взвесь твердых частиц в гелеобразной жидкости. Когда мы едим сырую пищу, эти коллоиды впитывают большое количество пищеварительных соков, образуя студенистую массу, которая поддерживает слизистую желудка и ЖКТ в здоровом состоянии. При нагревании коллоиды осаждаются и становятся гидрофобными (водоотталкивающими), их способность к гидратации (присоединению воды) понижается, следовательно, они уже не могут впитать в себя большое количество пищеварительных соков.
Коллоидная целлюлоза и пектины способны выдерживать, не осаждаясь, более высокую температуру, чем белки; по этой причине кулинарная тепловая обработка заметнее сказывается на усвояемости животной пищи. Используемое для жарки раскаленное масло — фритюр — создает огромную угрозу для здоровья людей. Жарка опасна тем, что, когда растительное масло нагревается до высоких температур в присутствии света и кислорода воздуха, происходит окисление и образование свободных радикалов, запускающих в масле цепную реакцию. При жарке в масле происходят многообразные химические изменения, в частности, образуются трансжирные кислоты, самые разные продукты окисления, некоторые из которых высокотоксичны и скапливаются вокруг опухолей, а также множество других продуктов распада и полимеров. Многие из них еще даже не выявлены, хотя структура некоторых ядовитых соединений известна. Играя важнейшую роль во многих кулинарных процессах, фритюр является главным источником токсичных жиров в нашем питании.
Мы привыкли наливать масло в пустую раскаленную сковородку, давать ему покипеть и только потом уже класть туда то, что хотим поджарить. Кипя на раскаленной сковороде (иногда даже начиная чадить!), масло разрушается. Температура поднимается слишком высоко, под воздействием света происходят быстрые реакции окисления. Масло, жаренное при температуре 215°С 15 или более минут, вызывает атеросклероз у подопытных животных. В коммерческой кулинарии одна и та же порция масла зачастую подвергается непрерывному высокотемпературному воздействию в течение нескольких дней! В масле, нагреваемом в отсутствие воздуха, образуются токсичные циклические мономеры; в масле, нагреваемом на воздухе, меньше циклических мономеров, но зато там появляются другие не менее ядовитые вещества. За десять, двадцать, тридцать лет в организме может накопиться столько измененных и токсичных веществ, что вся его биохимия будет серьезно подорвана и начнут развиваться дегенеративные заболевания. Жарить на маргарине или шортенинге (жир, добавляемый в тесто для рассыпчатости) — плохая идея, эти вещества вообще лучше не употреблять. А вот умеренное потребление сливочного и кокосового масла не причинит вреда здоровью. Выпечка аналогична жарке: температура поднимается очень высоко, и форму для выпечки нужно смазывать сливочным или кокосовым маслом.
При тепловой обработке белков их пищевая ценность снижается на 80%. Без энзимов биохимические активные (живые) продукты умерщвляются и, по сути, перестают быть пищей. Практически все консерванты дезактивируют или уничтожают энзимы. В 1946 г. в «Американском журнале ортодонтии и зубной хирургии» д-р Francis Pottenger описал свои знаменитые эксперименты с кошками, в которых он пытался сравнить сырое и вареное мясо, сырое и кипяченое молоко, а также уставовить связь разнообразных дегенеративных изменений с диетой из пастеризованного и сгущенного молока.
Животные на сыром молоке и мясе давали однородное потомство, передавая ему черты породы, и умирали, как правило, от старости или от ран, полученных в драке. У тех животных, которых кормили кипяченым молоком и вареным мясом, появлялась опасная раздражительность, понижение полового влечения или сексуальные отклонения, паразиты (в том числе кишечные), поражения кожи, аллергии, пневмония, диарея, остеомиелит, порок сердца, близорукость, дальнозоркость, заболевания почек, воспаление яичников и яичек, паралич, менингит, артрит и множество других дегенеративных заболеваний, в то время как животные на сыром молоке и сыром мясе оставались здоровыми и умирали от старости. Так или иначе, тепловая обработка молока и других продуктов явно изменяет их биохимические свойства, денатурируя их белковые компоненты. Мертвые продукты, лишенные энзимной активности, имеют намного больший срок хранения и, соответственно, приносят пищевой промышленности гораздо больший доход. Свежие продукты быстро теряют свою питательную ценность вследствие разложения энзимов.
За несколько дней хранения при комнатной температуре зеленые овощи теряют почти весь витамин С. Покупая продукты на рынке, удостоверьтесь, что они свежие и выращены в вашей местности. Потребляя продукты с еще живыми, активными энзимами, мы поддерживаем постоянное поступление энзимов в организм и тем самым предотвращаем истощение собственной энзимной энергии. Чем меньше энзимной энергии требуется для пищеварения, тем больше ее высвобождается для других биологических процессов — детоксикации, обменных процессов, обновления рубцовой ткани, растворения кристаллических отложений, «сжигания» избыточной жировой ткани и регенерации. Таким образом, сыроедение позволяет восполнить запас энзимной энергии и материала в организме.
Если порезать картофелину на кусочки и посадить их в землю, почти всегда из каждого кусочка вырастет новое растение; но если сварить картофелину и посадить ее, она просто сгниет, ибо она мертва — убита температурой точно так же, как консервированные продукты. Если сварить свежий, только что собранный зеленый горошек, он потеряет 56% витаминов; консервированный горошек теряет 94%, замороженный — 83%. Существенная потеря витаминов происходит также при бланшировании, стерилизации, заморозке, разморозке, разогревании, настаивании на спирту.
По данным большинства исследователей, в процессе приготовления пищи теряется как минимум 50% витаминов группы В, при продолжительной варке потеря тиамина может доходить до 96%, биотина — до 72%, фолиевой кислоты — до 97%, инозита — до 95%, витамина С — до 70—80%. Вареные белки сохраняют лишь 50% своей биологической ценности по сравнению с сырыми. С течением времени пищевая ценность продуктов снижается. поэтому при хранении и перевозке они также теряют питательные вещества. Световое и тепловое воздействие необратимо разрушает чувствительные молекулы витаминов. Витамины-антиоксиданты, особенно Е и С, разрушаются под воздействием кислорода в воздухе. Некоторые питательные вещества являются летучими и испаряются в ходе естественного усыхания.
Официально утвержденные нормы потребления витаминов неточны. Как правило, диетологи берут значения, соответствующие сырым продуктам, и уменьшают их на 25%. Это не отражает действительной потери питательных веществ. Д-р П. Кушаков (Paul Kouchakoff) из Института клинической химии исследовал влияние вареной пищи на нашу кровь. Человеческий организм очень чувствителен к вредным воздействиям и незамедлительно на них реагирует. Это демонстрирует простой анализ крови, взятый во время инфекционного заболевания, сразу после травмы или при воздействии опасных веществ. В ответ на эти угрозы гомеостазу (естественному балансу организма) в крови повышается количество лейкоцитов (белых кровяных телец), призванных бороться с неблагоприятным фактором. Это явление в его связи с пищей было известно еще до революционных исследований Кушакова: переваривание пищи повышает количество лейкоцитов в крови. Это было названо пищевым лейкоцитозом и считалось нормальной физиологической реакцией на прием пищи. Но Кушаков не ограничился простой констатацией пищевого лейкоцитоза и сделал замечательное открытие: пища в своем естественном состоянии (не подвергавшаяся нагреванию или какой бы то ни было очистке) не вызывает никакой реакции в крови. Зато пища, нагретая до определенной температуры (для каждого продукта — своей) или каким-то образом обработанная, неизменно вызывала рост количества белых кровяных телец. Кушаков назвал это не пищевым, а патологическим лейкоцитозом — реакцией на чуждое вторжение. Кушаков протестировал множество разных продуктов, в том числе воду, соль, овощи, злаки, орехи, мед, сырые яйца, сырое молоко, сырую рыбу, сырое мясо, сливочное масло, простоквашу и т. д. В свежем виде, необработанный и не нагревавшийся до высоких температур, ни один из этих продуктов не вызывал никакой реакции — организм воспринимал их как «свою», не представляющую опасности пищу. Но те же самые натуральные продукты, прошедшие всего лишь тепловую обработку, вызывали лейкоцитоз — естественную реакцию на вторжение в организм чужеродных, опасных сил. Но худшими, вреднейшими, независимо от того, подвергались ли они нагреванию или нет, оказались переработанные, синтетические продукты — экстрагированные, очищенные, стабилизированные, обогащенные, гомогенизированные, стерилизованные или иным образом измененные, лишенные своего естественного состояния. Они не только вызывали ответный лейкоцитоз, но и изменяли количественное соотношение различных видов белых кровяных телец, мобилизуя клетки-убийцы, призванные сражаться с опасным врагом.
У каждого продукта есть своя критическая температура, при превышении которой организм перестает воспринимать его как безопасный. Некоторые из открытий Кушакова чрезвычайно важны, так как помогают ответить на вопросы, над которыми мы бились долгие годы. Например, снижает ли кипячение пищевую ценность воды? Если выводы Кушакова применить к проблемам здоровья, окажется, что наши методы приготовления пищи однозначно вредоносны. Критическая температура для воды составляет всего лишь 88°С, что намного ниже температуры дистилляции (100°С). Критическая температура для молока — тоже 88°С, но в процессе стерилизации, которую сегодня проходит все магазинное молоко, оно мгновенно доводится до 138°С. Это почти на 38 градусов выше температуры, при которой начинается разрушение питательных веществ.
Шесть из восьми незаменимых аминокислот (фенилаламин, лизин, треонин, гистидин, триптофан, метионин) при нагревании становятся лабильными (неустойчивыми), то есть при определенной температуры они сначала денатурируют (разрушаются), а затем коагулируют (сворачиваются) до нерастворимого состояния, в котором организм уже не способен использовать их для образования полипетидных цепочек, необходимых для восстановления и замены клеток.
Уже одна только денатурация предполагает структурные изменения в молекуле белка, ведущие к утрате специфических особенностей ее вида. Денатурация изменяет вязкость, поверхностное натяжение и возможность повторного использования биологически активных белков — гемоглобинов, миоглобинов, а также энзимов. Пищеварительные ферменты воздействуют на денатурированные белки совсем не так, как на сырые, а коагуляция приводит к необратимой нерастворимости белка. Таким образом, полезным, сбалансированным и максимально доступным доя усвоения является именно сырой белок, включающих все аминокислоты в натуральном виде.
Кулинарная обработка белковых продуктов уничтожает 80% их питательной ценности. Нагревание, кислоты, трипсин и гидролиз — все это разрывает полипептидные цепочки, из которых состоят энзимы, — функциональные единицы клеточного метаболизма. В результате некоторые аминокислоты денатурируют или теряют свою специфическую структуру и, соответственно, свою каталитическую активность. Таким образом, тепловая обработка белковых продуктов денатурирует некоторые аминокислоты, необходимые для клеточного энзимного биосинтеза. Образованию и функционированию энзимов препятствует дефицит железа, меди, цинка, магния, марганца, калия, никеля, молибдена и селена.
Еще одно замечательное открытие заключалось в том, что патологическая реакция отсутствует, если вареную пищу есть вместе с теми же продуктами в сыром виде. Сырая пища нейтрализует вредное воздействие измененных продуктов. Если готовить пищу при температуре не выше 88°С, защитной реакции крови можно избежать. Поэтому крайне важно включать в каждый прием пищи сырые овощи плюс немного приготовленных при низкой температуре (не выше 90°С).
Продукты, коммерчески переработанные, а потом уже сваренные, не только повышают число белых кровяных телец, но и изменяют взаимное соотношение разных их видов. Кушаков обнаружил, что для того, чтобы вызвать лейкоцитоз, достаточно нагревать продукт в течение 30 минут при температуре около 88°С, причем достаточно съесть всего лишь 50 мг такого продукта! Таким образом, в идеале следует стремиться к стопроцентному сыроедению, но учитывая то, насколько оно трудно для большинства людей, вполне эффективным для поддержания общего здоровья можно считать соотношение в рационе 80% сырого и 20% вареного (в холодном климате доля вареного может возрастать).
Ферменты: что есть и от чего отказаться, чтобы заставить их работать
От ферментов зависит наша биологическая жизнь, без них не работала бы наша пищевая цепочка, сообщает Sputnik Беларусь.
Почему ферменты так важны для нас?
В нашем организме с рождения заложено определенное количество ферментов. Их у нас более 3 тысяч видов.
Без ферментов невозможно ни пищеварение, ни дыхание, без них ни единого раза не сократится сердце, не будут работать мыслительные процессы в головном мозге. Ферменты участвуют в беременности и родах, уменьшают воспалительные процессы, улучшают иммунную систему, а также участвуют в синтезе ДНК и внутриклеточном пищеварении. Мы состоим из клеток, жизнь кипит в каждой из них 24 часа в сутки благодаря ферментам. Можно уверенно сказать, что управление жизнью — это ферментативная реакция.
Ферменты — это белковые структуры, состоящие из цепочек аминокислот. Они участвуют в расщеплении необходимого и в разрушении ненужного.
Каждый фермент, как ключ, открывает только свой замок. Ферменты бывают растительные, животные и те, которые производит наш организм. Они всегда работают в определенной среде и условиях. Для них важна рН-среда, температура, наличие микроэлементов, витаминов и аминокислот. Поскольку ферменты — это белковая структура, при температуре около 48°С они коагулируются (разрушаются). Ферменты животного происхождения — это, по сути, высушенный фермент железы животного. И неприятность в том, что ферменты животного происхождения наш организм распознает, как свои и со временем функции желез, вырабатывающих собственные ферменты значительно снижаются, а при болезни органа и вовсе могут приблизиться к нулю.
Пельмени — шок для ферментов
Кислотно-щелочная среда имеет огромное значение для ферментов. Одни ферменты работают в кислой среде, а другие в щелочной. Именно поэтому медики рекомендуют раздельное питание, а иногда — добавочный прием ферментов.
Приведем пример: многие из вас наверняка замечали, что после хорошей порции пельменей нередко мучает отрыжка. Потому что пельмени — это мясной фарш и тесто. Чтобы расщепить мясо, нужны ферменты, работающие в кислой среде, а чтобы расщепить тесто — ферменты из щелочной среды. Вспоминаем химию. Кислота + щелочь = новый продукт и газ, который и выходит в виде отрыжки! Так что пельмени — скорее повод побаловать вкусовые рецепторы, чем польза для организма. Любое мясо лучше кушать с овощами и зеленью, которые содержат собственные ферменты и помогают организму справиться с белковым продуктом.
Как заставить правильно работать ферменты пищеварения?
Съев определенную пищу, мы должны перевести ее в доступную для нашего организма форму. И ферменты выступают здесь катализаторами процессов. На каждом этапе пищеварения работают свои группы ферментов. Давайте рассмотрим основные.
Амилаза
Вырабатывается слюнной железой. Благодаря чему в ротовой полости начинается первичный процесс ферментации, расщепления пищи. Поэтому правильное пищеварение начинается с тщательного пережевывания пищи.
Амилаза преобразует крахмал в глюкозу. Этот фермент не активен в желудочном соке, поэтому сахар лучше есть вприкуску — так в ротовой полости начнется его первичное расщепление.
Например, если пожевать 2-3 минуты кусочек черного хлеба, он приобретает сладковатый вкус, это означает, что фермент амилаза расщепил крахмал до глюкозы. Один этап пищеварения преодолен. Продолжайте жевать.
Чем дольше вы жуете — тем длиннее будет ваша жизнь.
Если амилаза поработала недостаточно, крахмал или сахара другими ферментами не расщепляются. Когда они попадут в толстый кишечник, то станут пищей для грибов, в частности рода Candida. Так что плохо пережеванный сахар помимо метеоризма может подарить вам еще и кандидоз.
Протеазы
Класс ферментов, которые расщепляют белки. Вырабатываются желудком, поджелудочной железой и кишечным секретом. В желудке начинает свою работу фермент пепсин. Он активен при рН 2, т. е. в кислой среде, расщепляет белки до пептидов. Если у человека гастрит, то идет сбой выработки и других ферментов желудка, участвующих в расщеплении белков. Особое внимание медиков привлекла способность этой группы ферментов расщеплять белки, вызывающие воспаление.
Если образуется недостаток протеаз, это приводит к тому, что белки не смогут расщепиться до конца и часть белков попадает в толстый кишечник.
У нас в кишечнике живет более 500 активных видов микрофлоры. Одни ее представители для нас полезны, другие — нейтральны до тех пор, пока не получают нужного питания. Нерасщепленные белки — как раз та пища, которой им не хватает. Подкрепившись, нейтральная флора начинает активно размножаться и переходит в патогенную, опасную для нас. Происходит резкое изменение микрофлоры и развивается дисбактериоз.
Лактаза
Выделяется тонким кишечником, для расщепления молочного сахара, он переходит в глюкозу.
Липаза
Фермент синтезируется поджелудочной железой для двенадцатиперстной кишки и тонкого кишечника, где идет расщепление жиров на глицерин и высшие жирные кислоты.
Также печенью выделяется желчь, которая позволяет расщепить жир из крупных капель на маленькие и дальше под действием липазы на мельчайшие формы. Переходя в питательные вещества, они впитываются в кишечнике и разносятся кровью к клеткам. Ферменты в клетках печени срабатывают миллион раз за 1 секунду.
