CD и винил: вся правда о виниле
Доброго времени суток, хабрапользователи. Долго я собирался с мыслями и идеями о своем первом топике здесь. И вот пришло то самое время. А хочу рассказать вам о своем любимом: музыке, и непосредственно этот топик о ее носителях.
Буду вести повествование с точки зрения ди-джея.
Сколько дифирамбов спето «самому теплому, единственному, милому и неповторимому, настоящему» аналоговому звуку, что может дать только черная пластинка и виниловый проигрыватель. Шуршание иглы, теплоту 12-дюймового винилового блина, картонный квадрат упаковки, которую вскрываешь, как письмо от любимого человека, истинный меломан не променяет ни на что. И по сей день выходящие на виниле альбомы популярных исполнителей стабильно раскупаются, а сомнений в том, что пластинка переживет компакт-диск, нет и быть не может. (мое субъективное мнение)
Для начала, давайте же разберемся, как и откуда музыка попадает на те или иные носители. Итак, первоначально вся электронная музыка пишется с использованием специальных компьютерных программ-секвенсоров. Соответственно, конечная запись представляет собой файл хорошего качества и высокого разрешения, такого формата как WAV (наиболее распространенный), или же AIFF (формат аналогичный WAV, только продвигаемый компанией Apple и являющийся родным для всех ее продуктов). Далее после попадания записи на лейбл, в зависимости от типа лейбла и самого релиза запись либо продается в первоначальном виде (WAV), либо кодированная в формат с наименьшей потерей качества (собственно MP3 с битрейтом 320 кбит/сек), либо нарезается на виниловую пластинку.
Одним словом, разницы между WAV-файлом и записью на виниле нет никакой – трек один и тот же. Однако если поставить трек, записанный на CD с исходного WAV-файла и тот же самый трек с винила, разница в звуке будет очень существенной: винил будет звучать как бы мягче и жирнее. Почему, спросите Вы? — ведь первоначально запись была совершенно идентичной.
Ответ здесь кроется не в самой записи или технологии нарезки на винил, а в способе ее воспроизведения. Когда мы воспроизводим цифровую запись с CD, мы услышим ровно то, что было на него записано, без каких-либо изменений и искажений (если конечно у Вас хороший звук, который правдиво передает все частоты). Что же происходит в случае с винилом?
Здесь надо немного разобраться с самим механизмом снятия звука виниловым проигрывателем. Итак, мы имеем пластинку, на которой нарезаны дорожки с очень маленькими бороздками. На тонарм (металлический стержень, на который и надевается картридж с иглой) проигрывателя надевается специальная снимающая игла, которая и проходится по этим бороздкам и воспроизводит с них звук. Причем процесс этот чисто механический, т.е. если мы даже выключим проигрыватель из сети и отключим от звука, и будем вращать пластинку, поднеся ухо близко к игле, мы услышим звук.
Далее тот самый звук при помощи внутреннего снимателя картриджа иглы (сродни микрофону) преобразуется в слабый электрический сигнал, который далее поступает на вход микшерного пульта, где проходит предусиление и далее уже поступает на канал, где мы им и управляем.
Однако помимо чистого, эффективного сигнала, игла также снимает в небольшой степени звук всего происходящего вокруг. В первую очередь это звук (преимущественно низкочастотный, басовый) с мониторов и колонок в клубе — так называемый фидбэк (от англ. Feedback – отдача, возврат). В данном случае он создает эффект, сходный с реверберацией. Также примешиваются небольшие искажения, связанные с тем, что игла не может каждый раз пройти дорожки одинаково, да и сама вертушка в клубе не может стоять абсолютно неподвижно (вибрация от сабвуферов, так или иначе, затронет и все содержимое ди-джейки, и вертушки – не исключение).
И таким вот образом, путем добавления описанных примесей к основному сигналу, записанному на пластинке, мы и получаем тот самый мягкий и жирный звук на выходе.
Из всего вышесказанного следует один единственный вывод: винил, безусловно, дает намного более приятный, жирный и благозвучный саунд.
Но, как и всегда в таких случаях, здесь есть одно большое «НО», точнее даже не одно, а несколько, но пока разберем самое существенное: за качество надо платить, причем немало: стоимость одной пластинки сейчас, как и прежде, составляет около 10 – 13 долларов.
Второе «НО» заключается во временном факторе появления материала у конечного потребителя, то бишь нашего с Вами брата ди-джея. С момента, пока свежевышедший на виниле релиз придет к вам из Англии или Германии, CD-шные ди-джеи уже во всю будут гонять его с компакт-дисков. А есть еще так называемые анрелизы – треки, написанные, скажем, вашими знакомыми или просто дружественными музыкантами, согласившимися дать вам промо-запись до ее официального релиза. Таких треков на виниле просто нет, и когда появятся неизвестно.
Помимо виниловых пластинок и CD есть еще такие варианты как Serato и Final Scratch. При наличии ноутбука и самого звукового модуля эти варианты позволят вам создать визуальное ощущение винила, однако, винилового звучания не заменят.
И так если подвести итоги за и против винила!
(думаю это болезнь, когда слышишь хорошую композицию и постоянно присутствует желание купить ее на виниле… – болен 🙂
(из каждого приведенного здесь минуса есть выход — в скобках приведены варианты)
UPD
Описание технических вопросов взято с сайта Promo DJ Спасибо gribozavr, статья давно валялась сохраненной — не мог найти официальный источник!
Винил и CD: на вкус и цвет [Перевод]
Сохранить и прочитать потом —
В адрес ежегодного чествования виниловых пластинок поступает множество жалоб, связанных с вопросами бизнеса, но это ничто по сравнению с духом дня, который побуждает людей исследовать и покупать новую музыку. Кроме того, винил более привлекателен как формат, чем MP3 или CD. Что-то внутри радуется, когда игла опускается на пластинку, или ты рукой проворачиваешь ее для перемотки. В мире, где на вечеринке кто угодно может поменять плейлист и поставить свою любимую музыку, приятно иметь формат, который не так-то просто подменить.
Однако, давайте не будем обманывать себя. Винил – это отличный музыкальный формат, но мысль о том, что его звучание лучше, чем звучание несжатых цифровых записей сама по себе нелепа. Суть в том, что они звучат по-разному, только и всего.
Чего не может винил
С точки зрения теории нет никаких причин, по которым винил должен звучать лучше. При записи музыки на виниловые пластинки (в видео отлично разъяснены некоторые сложности мастеринга винила) нужно учитывать ряд особенностей, одной из которых является способ кодирования звука, которому нет эквивалента в формате CD. Также, винил ограничен свойствами материала, но при этом должен воспроизводить весь спектр звуковой волны, не вызывая искажений. Это условие ограничивает динамический звуковой диапазон – другими словами, диапазон частот, которые вы можете слышать.
Если вы записываете слишком низкие ноты, это будет означать, что на плоскости пластинки поместится запись меньшей длительности. Если же звуковой тон будет слишком высоким, то возникнут искажения, поскольку создать соответствующую дорожку будет очень тяжело. Поэтому инженеры при создании мастер-диска для виниловой записи часто обрезают излишне высокие или низкие частоты, используя для этого различные методы, каждый из которых влияет на звучание музыки.
Например, простым примером высоких частот на записи являются помехи, возникающие при произношении шипящих согласных, или согласных «с» или «з», которые могут при быстром произношении создавать эффект свиста (например в словах: «zip», «shack», «sap»). Это создает серьезные проблемы для специалистов, работающих с винилом, поэтому они часто вынуждены устранять избытки высоких частот на записи, делая свистящие звуки менее выраженными в процессе редактирования, или же просить вокалистов произносить проблемные места по-другому в процессе записи.
Методы обработки аудио, устраняющие слишком высокие частоты, широко применяются и для других форматов звукозаписи, но при записи на винил они жизненно необходимы. Если вы намерены сохранить громкое шипение по каким-либо эстетическим задумкам, и хотите сделать виниловую пластинку с такой записью, то вам не повезло. Когда же приходится избавляться от высоких частот, перезаписывая вокал, это может сильно повлиять на звучание. Вокалисты вынуждены исполнять композиции менее «сильно», и как результат – теряется уровень экспрессии.
Звукооператор за аудиоконсолью микширует звук. Дания, 2011. Фото автора PYMCA/UIG / Getty Images
Поскольку формат CD – это исходный аналоговый аудиосигнал, который подвергся дискретизации, у него есть некоторые ограничения по частоте. Виниловые записи, в теории, сразу кодируют гладкую аудиоволну, CD же измеряет значение аналоговой величины через определенные промежутки времени в различных точках, и, затем, объединяет их. «Неважно насколько высока частота дискретизации, – как-то писал Элиот Ван Бускирк (Eliot Van Buskirk), сотрудник журнала Wired, – всю информацию, представленную аналоговой записью, закодировать невозможно».
Высказывание Элиота Бускирка в целом правдиво: так работает CD-формат – выбирает множество сэмплов из исходной аудиоволны и выстраивает их последовательно. Но такая точка зрения ошибочна по двум причинам. Во-первых, при создании виниловых записей возникают ошибки, из-за которых спрессованная дорожка не получается точной копией аудиоволны, записанной на эталонной пластинке, и не последней причиной этого являются ограничения по частоте. Правда в том, что CD никак не может точно воссоздать эталонную аудиоволну (в большинстве случаев не может – теорема Найквиста-Шеннона утверждает, что такое возможно), но и виниловая запись не может этого тоже.
Еще важнее то, что громкость сэмплов должна быть достаточной, чтобы создать копию, которую человеческое ухо слышит так, словно это оригинальная запись. Частота дискретизации у CD-формата составляет 44,1кГц – это означает, что происходит считывание значений эталонной записи 44 100 раз за секунду в диапазоне звуковых частот до 20кГц — это предел слышимости человеческого уха. Как минимум один эксперимент подтвердил, что слушатели не замечают разницы между записями, в которых есть частоты выше 21кГц и теми, которые таковых не содержат. Вы можете считать, что способны слышать частоты, не поддерживаемые форматом CD, но, скорее всего, это не так.
Спустя некоторое время, инженеры придумали, как выжать большее из 44,1кГц. Скотт Мэткалф (Scott Metcalfe), заведующий кафедрой искусства и науки звукозаписи в Институте Пибоди при Университете Джона Хопкинса, объясняет, что инженеры стали использовать «избыточную дискретизацию» при создании цифровых файлов, значение частоты которой гораздо больше 44,1кГц. Затем запись сжимается обратно до частоты CD-формата. «Сигнал захватывается на гораздо большей частоте дискретизации, которая затем с помощью математических преобразований приводится к частоте 44,1кГц, – говорит Мэткалф, – это позволяет точнее сохранить записываемую информацию».
Мэткалф рассказал о еще одной проблеме, связанной с поступающей критикой в адрес CD-формата. Даже если используемый метод звукозаписи поддерживает частоты выше 20кГц, это бесполезно, если у вас нет микрофона, способного записывать такие частоты, и нет такого динамика, который бы их воспроизводил. У большинства студий нет микрофонов, чувствительных к частотам выше 20кГц, а динамики, их воспроизводящие, встречаются и того реже. В действительности, большинство аудиосистем оснащены фильтрами низких частот, которые обрезают все частоты выше указанной. Факт состоит в том, что CD-формат способен создать еще более точную копию звуковой волны, чем винил.
А что же предпочитают люди?
Жаль, что нельзя провести соревнование между CD и винилом по аналогии с Pepsi и CocaCola. Владелец изображения Pepsi
Известный факт: американцы покупают цифровые копии песен в гораздо большем количестве, чем другие альтернативные музыкальные форматы. В связи с этим можно предположить, что они предпочитают слушать цифровую музыку или CD, а не винил. Если подсчитать продажи как альбомов, так и песен, то окажется, что в прошлом году (2013) было продано 243,5 млн. цифровых альбомов, 165,4 млн. альбомов, изданных на CD, и 6,1 млн. виниловых пластинок. Учитывая, что сжатый цифровой звук значительно хуже по качеству, чем CD или винил, видно, что потребители больше заботятся об удобстве приобретения и использования, чем о качестве звука.
Но сравнивать CD и винил немного неправильно, поскольку разные люди понимают под словом «удобство» разное. Вы не можете уместить тысячу песен на виниловых пластинках в вашем кармане и слушать их на пробежке. Но что, если сравнивать цифровое и аналоговое аудио при равных, контролируемых условиях?
К сожалению, никто не проводил тест на сравнение винила и CD, но есть результативный эксперимент Джона Геринджера (John Geringer) и Патрика Дуннигана (Patrick Dunnigan) из штата Флорида, в котором сравнивались CD и высококачественные кассетные записи. Хотя кассеты, продаваемые покупателям, и обладают худшим качеством звука, чем виниловые записи, к магнитной ленте не предъявляются особые требования при производстве, и сам формат не страдает от ограничений частоты, которые навязывает виниловый формат во избежание звукопотерь. Конечно, данный эксперимент не совсем годится для использования в нашем контексте, но понимание того, как люди воспринимают высококачественный аналог цифрового звука, должно пригодится в рамках данного материала.
Геринджер и Дунниган использовали одинаковые микрофоны и настройки микшерных пультов, чтобы записать 4 различных концерта, используя цифровую запись и высококачественный аналоговый кассетный рекордер (модель MR-3 марки Nakamichi широко известна среди меломанов). Затем они попросили 40 испытуемых прослушать записи. Участникам эксперимента позволялось пользоваться наушниками и аудиоколонками и в любой момент переключаться между цифровой и кассетной записью. Испытуемые не знали, какая запись является цифровой, а какая – аналоговой. Затем их попросили написать о выборе, который они сделали.
Как оказалось, большинство склонилось в пользу цифровой записи. «Участники эксперимента дали гораздо более высокие оценки качеству низких и высоких частот цифровой записи», – отчитались Геринджер и Дунниган. Результаты оценки цифровых записей оказались хуже по некоторым пунктам (записи струнных оркестров были практически одинаковыми) по сравнению с аналоговыми записями, но их средний балл всегда превышал средний балл аналоговых. Большинство приличных аналоговых записей были исключены из эксперимента, поскольку сами эти записи содержали музыку таких жанров, которые не пришлись испытуемым по вкусу. Однако нашлось и несколько людей, выказавших ярко выраженное предпочтение «цифре» (вне зависимости от жанра).
За что же люди любят винил?
Энтузиасты быстро просматривают коробки с виниловыми записями в день открытия ежегодной ярмарки звукозаписи, проводимой некоммерческой радиостанцией WFMU из города Джерси (22 ноября 2013, Нью-Йорк). Фото Спенсера Платта (Spencer Platt) / Getty Images
Возможно, самым замечательным в звучании винила является именно то, что пластинки изменяют звучание оригинальных записей. Множество фанатов говорят о «теплом» звучании винила, в особенности в области низких частот. Но, как выразился Марк Ричардсон (Mark Richardson), журналист электронного издания Pitchfork: «Тот «теплый» звук, который множество людей ассоциируют с виниловыми пластинками, может быть описан просто как неаккуратно записанный бас». Сложности при точном воспроизведении баса на виниловой пластинке связаны с тем, что канавки не должны быть слишком большими, поэтому инженеры вынуждены проделывать множество сложных операций для изменения звучания баса, чтобы пластинка звучала нормально, что, по всей видимости, пришлось массам по вкусу.
Так называемая «теплота» также является эффектом, возникающим из-за дефектов проигрывателей. Стэнли Липшиц из Университета Ватерлоо как-то объяснил журналу Popular Science, что звук динамика и колебания высоты иглы могут вызывать вибрации в звучании записи, которые иголка считывает и воспроизводит как, якобы, «теплый» звук.
Считается ли неправильным любить этот «теплый» звук? Разумеется, нет! Было бы нелепо судить об этом как об истинно правильной оценке эстетического вкуса. Это как упрекать расстроенные струны за то, что они «не соответствуют» звуку настроенной гитары. Искажения звука могут быть прекрасны, и нет ничего плохого в том, чтобы любить их. Но также важно упомянуть, что именно из-за этого «теплого» звучания виниловые записи отличаются от звука, записанного музыкантами на студии.
«Как инженер звукозаписи, могу сказать, что при работе с цифровыми форматами ты получаешь ровно то, что изначально планировал, – объясняет Мэткалф. – Но когда работаешь с аналоговым звуком, результат может отличаться от первоначальных установок».
Должен ли я перестать слушать винил?
Нет! Ради всего святого, нет. Каждый формат имеет свой определенный шарм, и все их различия в качестве чаще всего перекрываются качеством звукозаписывающей аппаратуры, устройств воспроизведения и подходом к звукозаписи. Но если вы коллекционируете пластинки, вам не следует постоянно твердить своим друзьям о том, насколько чище звучит винил. Во-первых – это абсолютно свинское поведение, но важнее то, что это ложь. Цифровые записи гораздо точнее воспроизводят звуковую волну. Это не единственная мысль, над которой стоит задуматься, но она показывает всю несостоятельность аргументов некоторых приверженцев винила.
Все за сегодня
Политика
Экономика
Наука
Война и ВПК
Общество
ИноБлоги
Подкасты
Мультимедиа
Что делает винил таким особым
Но есть один формат, у которого остается множество преданных фанатов, и который превосходит все остальное. Это виниловые пластинки. На протяжении века с лишним любители музыки любят их за физические качества и то тепло, которое дает звук винила, не говоря уже о волнении, связанном с поисками пластинок.
Но отбросим в сторону романтику и поговорим о грубой механике. Почему винил до сих пор обладает такой неуловимой притягательностью в наш век утилитарности и быстрых удобств? Ответ на этот вопрос мы можем получить в кратком техническом наставлении по «черному золоту», чьи премудрости нам помогут разъяснить два высококлассных инженера виниловой грамзаписи. Это Кристоф Гроте-Беверборг (Christoph Grote-Beverborg) из берлинской компании Dubplates and Mastering и Лори Данстер (Lawrie Dunster) из лондонской Curved Pressings.
Аналоговый звук
Но в чем же заключается то легендарное «тепло», которое приписывают винилу? Кристоф Гроте-Беверборг сделал тысячи пластинок со всего электронного спектра (и за его пределами тоже) для таких лейблов как Tresor, Honest Jons и Ostgut Ton, и у него на сей счет такое мнение:
«Если сравнивать несжатое цифровое аудио с винилом, то я могу лишь повторить то, что уже говорили ранее: в оцифрованном звуке разрешение более ограниченное, чем в аналоговом. То же самое можно сказать и о частотном диапазоне. Но реально то, что вы слышите. Винил дает определенную насыщенность и дополнительные гармоники, каких нет в цифре. У звука есть плотность, и он получается более материальным».
«Однако есть один важный аспект, о котором никто не говорит в дискуссиях диджеев на тему винила и цифры. Он заключается в том, что все может быть хорошо и прекрасно, если вы не увеличиваете и не замедляете скорость записи, используя плавную регулировку на проигрывателе. Как только вы меняете скорость (а это происходит с музыкой в клубах в 90% случаев), цифровой звук становится шероховатым, потому что отрезки разбивки либо добавляются, либо пропускаются».
Кристоф также указывает на недорогое оборудование с высокой точностью воспроизведения как на еще один фактор, способствующий снижению качества звука.
«Трудно найти приличные проигрыватели, которые может себе позволить среднестатистический любитель музыки, особенно сейчас, когда прекратили производство Technics SL-1200. Кроме того, очень плохо обстоят дела с головками звукоснимателей. Здесь просто нет середины. Если не считать звукосниматели диджеев, которыми по вполне очевидным причинам не следует пользоваться, когда вы хотите послушать запись у себя дома, существуют лишь очень дешевые головки, звучащие не очень хорошо, и очень дорогие».
Кристоф продолжает: «У многих людей сегодня паршивые системы объемного звука, и неважно, что вы на них слушаете: МР3 или винил. Основная часть стереоаппаратуры сегодня, включая усилители и колонки, это полное дерьмо. Даже те компании, что раньше делали хорошую аппаратуру, сейчас производят дешевые жестянки с отвратительным звуком. Так что либо вы ищете старую аппаратуру, либо покупаете дорогие новинки».
Мастерство на грани искусства
Процесс изготовления винилового диска также очень важен для того, как будет звучать запись на готовой пластинке. И было бы неправильно полагать, что музыка автоматически зазвучит прекрасно просто из-за того, что ее записали на винил.
«Например, в Германии есть большой завод грампластинок. Они начинали с CD/DVD, и лишь позднее перешли на винил… Они купили режущие станки, купили оборудование гальванопластики (на нем изготавливается металлическая копия оригинального лакового диска, или матрица, на которой вместо бороздок с углублениями бугорки), а также пресс для штампования пластинок. Они работали с крупными лейблами, делали промо-версии записей Мадонны и всякое такое. Они сотрудничали только с крупными компаниями. Когда музыкальная отрасль вошла в полосу кризиса, они отказались от излишеств, и заводу пришлось искать новых заказчиков. А ими оказались маленькие независимые лейблы, которыми сейчас и мы занимаемся».
«Но внезапно у них возникла проблема: все пластинки им стали возвращать как брак из-за низкого качества. Такого в предыдущее десятилетие не случалось ни разу, потому что их предыдущие заказчики даже не слушали те пластинки, которые заказывали! Так что проблему эту никто не замечал долгие годы. В такой ситуации могло произойти следующее. Кто-то покупает пластинку повторного выпуска и приносит ее домой к другу, у которого CD. Они сравнивают записи и приходят к выводу, что винил звучит не так уж и здорово. А это плохо для всей отрасли».
Директор лондонского штамповочного предприятия и завода по изготовлению грампластинок Лори Данстер также страстный сторонник винила, хорошо знающий опасности некачественного изготовления оригиналов диска.
Говорит Кристоф: «Это трудно, потому что пластинка должна хорошо звучать в любой среде, в любой ситуации. Поэтому мы стараемся и добиваемся нужного результата. Когда понятно, что определенную запись будут проигрывать только в клубе, мы учитываем ту большую громкость, на которой будут проигрывать пластинку, средние характеристики аппаратуры в клубе и типичную акустику помещения. У опытного инженера звукозаписи весь этот набор выгравирован в мозгу. Когда ты сидишь в студии, то думаешь не о том, хорошо ли звучит музыка там. Ты думаешь, хорошо ли она будет звучать в клубе. А имея опыт, ты просто знаешь, ты «слышишь» клубную акустику в студии. Для гостиной таких соображений нет, поскольку там все будет звучать хорошо, лишь бы аппаратура была более-менее приличная. Там все гораздо проще, чем с клубной акустикой, потому что звук не очень громкий, и в комнатах он гасится коврами, шторами, диванами».
Кристоф добавляет: «При этом, если делать матрицу с упором на какое-то одно помещение или ситуацию, в другом окружении звук будет иным. Поэтому здесь надо действовать внимательно».
А как насчет будущего?
Говорит Кристоф: «У пластинки есть своя магия, с которой цифра не может соперничать. Когда диджей вынимает винил из упаковки, ставит его на проигрыватель, а потом микширует звук, танцпол приходит в такое веселье, обретает такую энергию, что даже те, кому винил безразличен, кто не смотрит на диджея широко раскрытыми глазами, могут это почувствовать. Есть ли какое-то другое оборудование или технология, которая мгновенно дает такое веселье и наслаждение? Я ничего подобного не знаю…»
Лори завершает разговор: «Это будет единственный материальный формат, и никакого другого не будет. Затраты на исследования и разработки по поиску нового физического формата будут настолько велики, что этого никогда не произойдет. А поскольку большинство будет довольствоваться качеством цифры, винил непременно выживет».
Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.
