какой национальности был кутузов

Какой национальности был кутузов

Дворянский род Голенищевых-Кутузовых ведёт своё происхождение от «мужа честна» Гавриила, по сказаниям древних родословцев, выехавшего «из Прус» в Новгород в княжение Александра Невского в 1-й половине XIII века.
Правнук его — Александр Прокшич (по прозванию Кутуз) — стал родоначальником Кутузовых, а внук Кутуза — Василий Ананиевич (прозванием Голенище) — был новгородским посадником в 1471 году и родоначальником Голенищевых-Кутузовых. Сын его Иван Васильевич был воеводой московского великого княжества (1506). В XVII веке Голенищевы-Кутузовы служили стольниками, стряпчими, дворянами московскими и бывали на второстепенных воеводствах.

Дед М. И. Кутузова дослужился до капитана, отец до генерал-поручика, а Михаил Илларионович заслужил потомственное княжеское достоинство. Илларион Матвеевич похоронен в деревне Теребени Опочецкого района в особом склепе. Сейчас на месте захоронения стоит церковь, в подвальных помещениях которой в XX веке обнаружен склеп. Экспедиция телепроекта «Искатели» выяснила, что тело Иллариона Матвеевича мумифицировалось и благодаря этому хорошо сохранилось.[32]

Флашечка, это Зазеркалье. Лучше не лезть в эти дебри.

По лицу могу сказать, что в нëм есть грузинская кровь, возможно, тюрская.

Просто надо сперва определиться с тем что чьихбы он не был в его ГЕНАХ есть осадок смеси кровей трехсотлетия прибывания в МонголоТатарском Иге,как и у всей России по сей день а РУССКим считаеться даже Пушкин

Пушкин был еврей. Посмотрите на его надгробие

Да тогда Араб Петра великого ГАНИБАЛ чистокровный РУСАК прадедом являющегося Пушкину

Это Зазеркалье, бро

В 13-м веке его пращур Гавриил из Пруссии в Новгород перебрался. Давно русский род.

На что намекаете? Может хватит копаться в дерьме?

Его национальность дерьмо? Ты антисемитка?

Для меня он РУССКИЙ ДВОРЯНИН и великий полководец и нечего трогать его грязными руками!

А он раненых на сжигание в Москве не оставил?

Источник

Биография Михаила Илларионовича Кутузова

В 1759 году окончил с отличием Дворянскую артиллерийскую школу и был оставлен при ней преподавателем математики.

В 1761 году Кутузов был произведен в офицерское звание инженер-прапорщика и направлен для продолжения службы в Астраханский пехотный полк.

С марта 1762 года временно состоял адъютантом ревельского генерал-губернатора, с августа был назначен командиром роты Астраханского пехотного полка.

В 1764-1765 годах служил в войсках, находившихся в Польше.

С марта 1765 года продолжил службу в Астраханском полку командиром роты.

В 1767 году Михаил Кутузов был привлечен для работы в Комиссии по составлению нового Уложения, где приобрел обширные знания в области права, экономики и социологии.

С 1768 года Кутузов принимал участие в войне с польскими конфедератами.

В 1770 году он был переведен в 1-ю армию, находившуюся на юге России, и принимал участие в начавшейся в 1768 году войне с Турцией.

В период русско-турецкой войны 1768-1774 годов Кутузов, находясь на строевых и штабных должностях, принимал участие в сражениях при урочище Рябая Могила, реках Ларга и Кагул, где проявил себя храбрым, энергичным и инициативным офицером.

В 1772 году он был переведен во 2-ю Крымскую армию, где выполнял ответственные поручения по разведке, командуя гренадерским батальоном.

В июле 1774 года в бою близ деревни Шумы (ныне Верхняя Кутузовка) к северу от Алушты Михаил Кутузов был тяжело ранен в левый висок пулей, вышедшей у правого глаза. За мужество Кутузов был награжден орденом Святого Георгия IV класса и отправлен на лечение за границу. По возвращении ему поручили формирование легкой кавалерии.
Летом 1777 года Кутузов был произведен в полковники и назначен командиром Луганского инженерного полка.

В 1783 году он командовал Мариупольским легкоконным полком в Крыму. За успешные переговоры с крымским ханом, уступившим России свои владения от Буга до Кубани, в конце 1784 года Кутузов был произведен в генерал-майоры и возглавил Бугский егерский корпус.

В 1788 году, во время осады Очакова, отражая вылазку турок, он был вторично тяжело ранен в голову: пуля пробила щеку и вылетела в затылок.

В 1789 году Кутузов принимал участие в сражении при Каушанах, в штурмах Аккермана (ныне город Белгород-Днестровский) и Бендер.

В декабре 1790 года при штурме Измаила, командуя 6-й колонной, Кутузов проявил высокие волевые качества, бесстрашие и настойчивость. Для достижения успеха он своевременно ввел в бой резервы и добился разгрома противника на своем направлении, что сыграло важную роль в овладении крепостью. Суворов дал высокую оценку действиям Кутузова. После взятия Измаила Михаил Кутузов был произведен в генерал-поручики и назначен комендантом этой крепости.

15 (4 по старому стилю) июня 1791 года Кутузов внезапным ударом разгромил турецкое войско при Бабадаге. В Мачинском сражении, командуя корпусом, показал себя искусным мастером маневренных действий, обойдя противника с фланга и атакой с тыла разгромив турецкие войска.

В 1792-1794 годах Михаил Кутузов возглавлял чрезвычайное русское посольство в Константинополе, сумев добиться для России ряда внешнеполитических и торговых преимуществ, значительно ослабив французское влияние в Турции.

В 1798 году Михаил Кутузов был произведен в генералы от инфантерии. Был литовским (1799-1801) и петербургским (1801-1802) военным губернатором.

В 1802 году Кутузов попал в опалу, был вынужден уволиться из армии и уйти в отставку.

Предложенный Кутузовым план действий против Наполеона не был принят Александром I и его австрийскими военными советниками. Несмотря на возражения полководца, фактически отстраненного от руководства русско-австрийскими войсками, союзные монархи Александр I и Франц I дали Наполеону генеральное Аустерлицкое сражение, окончившееся победой французов. Хотя Кутузов сумел спасти отступившие русские войска от полного разгрома, он подвергся опале Александра I и был назначен на второстепенные посты: киевского военного губернатора (1806-1807), командира корпуса в молдавской армии (1808), литовского военного губернатора (1809-1811).

В условиях надвигавшейся войны с Наполеоном и необходимости завершить затянувшуюся войну (1806-1812) с Турцией император был вынужден в марте 1811 года назначить Кутузова главнокомандующим молдавской армией, где Михаил Кутузов создал подвижные корпуса и перешел к активным действиям. Летом под Рущуком (ныне город в Болгарии) русские войска одержали крупную победу, а в октябре Кутузов окружил и взял в плен под Слободзеей (ныне город в Приднестровье) всю турецкую армию. За эту победу он получил титул графа.

Будучи опытным дипломатом, Кутузов добился подписания выгодного для России Бухарестского мирного договора 1812 года, за что получил титул светлейшего князя.

В начале Отечественной войны 1812 года Михаил Кутузов был избран начальником Петербургского, а затем Московского ополчения. После оставления русскими войсками Смоленска в августе Кутузов был назначен главнокомандующим. Прибыв в армию, он принял решение дать генеральное сражение войскам Наполеона под Бородино.

18 (6 по старому стилю) октября Кутузов под селом Тарутино нанес поражение французскому корпусу Мюрата и вынудил Наполеона ускорить оставление Москвы. Преградив под Малоярославцем путь французской армии в южнорусские губернии, он заставил ее отступать на запад по разоренной Смоленской дороге и, энергично преследуя противника, после ряда боев под Вязьмой и Красным окончательно разгромил его главные силы на реке Березине.

Благодаря мудрой и гибкой стратегии Кутузова русская армия одержала блестящую победу над сильным и опытным противником. В декабре 1812 года Кутузов получил титул князя Смоленского и был награжден высшим боевым орденом Георгия I степени, став первым в истории ордена полным Георгиевским кавалером.

Полководческое искусство Кутузова отличалось широтой и разнообразием всех видов маневра в наступлении и обороне, своевременным переходом от одного вида маневра к другому. Современники единодушно отмечали его исключительный ум, блестящие полководческие и дипломатические дарования и любовь к Родине.

Михаил Кутузов был награжден орденами Святого апостола Андрея Первозванного с алмазами, Святого Георгия I, II, III и IV классов, Святого Александра Невского, Святого Владимира I степени, Святой Анны I степени. Он был кавалером большого креста ордена Святого Иоанна Иерусалимского, удостоен австрийского военного ордена Марии Терезии I степени, прусских орденов Черного Орла и Красного Орла I степени. Ему была вручена золотая шпага «за храбрость» с алмазами и дарован портрет императора Александра I с бриллиантами.
Михаилу Кутузову были воздвигнуты памятники во многих городах России и за рубежом.

Читайте также: cbt что это в играх

Во время Великой Отечественной войны 1941-1945 годов были учреждены ордена Кутузова I, II и III степеней.

Именем Кутузова в Москве был назван Кутузовский проспект (1957), а также Кутузовский проезд и Кутузовский переулок. В 1958 году именем полководца была названа станция метро Филевской линии Московского метрополитена.

Михаил Кутузов был женат на Екатерине Бибиковой, дочери генерал-поручика, ставшей впоследствии статс-дамой, светлейшей княгиней Кутузовой-Смоленской. В браке родились пять дочерей и сын, умерший во младенчестве.

Материал подготовлен на основе информации РИА Новости и открытых источников

Источник

Глава 1 Родословная будущего Спасителя Отечества

Родословная будущего Спасителя Отечества

Михаил Илларионович Кутузов [5.IX.1745 (или все же 5.IX.1747, как настаивают некоторые современные исследователи; в силу ряда причин вопрос этот остается открытым) – 16.IV.1813, Бунцлау, Силезия] принадлежал к старинному русскому дворянскому роду Голенищевых-Кутузовых, имевшему родовые корни «по ту сторону реки Вислы, где сейчас Пруссия». По одной из легенд якобы они вели свое происхождение со времен Александра Невского (!) – чуть ли не с 1263 г. (?). Причем чуть ли не от полулегендарного дружинника и боярина культовой фигуры в истории Святой Руси – князя Александра Невского – Гаврилы Олексича, ставшего столь знаменитым после полулегендарной битвы со шведами на Неве в 1240 г. Его предком, скорее всего, был другой Гавриил – не столь знаменитый, а Гатуша, получивший имя «Гавриил» при крещении. На самом деле хитросплетения родословной Михаила Илларионовича настолько непросты, что не представляется возможным их распутать, не скатившись в столь почитаемое современным читательским миром фэнтези. Можно сказать, что предки его служили государям по военной части (оружейная казна, арсенал, осадный воевода и т. п.), порой оказывая Отечеству важные услуги, как, например, в критические моменты Смутного времени.

…Между прочим, то ли праправнук, то ли правнук (?) того самого Гатуша-Гавриилы – Федор Александрович или Александр Прокшич, вероятно, за дородность получил прозвище Кутуз (подушка, на которой плели кружева) – отсюда и пошла фамилия. У Федора Александровича был брат Ананий, сына которого – Василия прозвали Голенищем. Так образовалась новая ветвь – Голенищевы-Кутузовы, из которой собственно и происходил наш герой…

Более или менее конкретные сведения проступают из «тумана преданий» лишь начиная с прапрадеда нашего героя – Ивана Савиновича, ходившего в походы на султана турецкого и хана крымского, в княжество Литовское и Смоленское. Было у него четверо сыновей – Юрий, Семен, Алексей и Иван. Именно Иван Иванович и стал прадедом Михаила Илларионовича. Именно он служил флигель-адъютантом при петровском генерал-фельдмаршале графе Борисе Петровиче Шереметеве и дорос до капитана. Умер он предположительно в 1747 г., т. е. либо спустя два года после рождения своего знаменитого правнука, либо в год его рождения.

У его сына Матвея было четверо детей, старший среди которых – Илларион Матвеевич Голенищев-Кутузов (1717/1718?–1784) – отец будущего полководца – был выпускником Петербургской военно-инженерной школы, весьма известным военным инженером, генералом-поручиком и сенатором. Даже входил в комиссию по погребению императрицы Анны Иоанновны. Активно участвовал в 1-й Русско-турецкой войне 1768–1774 гг.: Рябая Могила, Ларга и Кагул. В общем, отец нашего полководца жил и служил в соответствии с понятиями той эпохи: «ни на что в службе не набиваться и ни от чего не отбиваться». Будучи сведущ не только в военной науке, но и в гражданских делах, он приобрел от современников прозвище «Разумная книга». Рассказывали, что без его взвешенного мнения не решалось ни одно важное дело в Сенате. При его участии был построен знаменитый ныне канал Грибоедова (ранее Екатерининский) в Санкт-Петербурге, ограждавший город от наводнений. Именно за это достижение императрица пожаловала ему золотую табакерку, осыпанную бриллиантами – по тем временам очень редкая и престижная награда. Историки полагают, что императрица, уважая заслуги отца, благосклонно относилась к его сыну – Михаилу Кутузову.

Мать – урожденная Бедринская Анна Илларионовна (1728 —?), происходила из псковских дворян. (Любопытно, что мать и старшая сестра оказались полными… тезками – обеих звали Аннами Илларионовнами!) Ее отец был опочецким, псковским и гдовским помещиком, отставным капитаном Нарвского гарнизонного полка. Когда она вышла замуж за 26-летнего Иллариона Матвеевича, то ей только-только исполнилось 16 лет, что было возрастной нормой по тем временам. Раньше очень долго считалось, что она была из рода Беклемишевых и приходилась дальней родственницей знаменитому князю Дмитрию Пожарскому, руководителю второго народного ополчения в Смутное время и освободителю Москвы от поляков в самом начале XVII века. Миша Кутузов мог родиться то ли в Санкт-Петербурге, то ли на Псковщине, то ли в сельце Федоровском – вотчине его деда Матвея Ивановича. Родители Михаила, будучи людьми глубоко религиозными, назвали своего мальчика-первенца в честь Архангела Михаила, военачальника всех небесных сил, победившего сатану. Уже став генералом, сам Михаил Кутузов всегда молился своему архангелу, прося у него победу над врагом.

…Кстати сказать, Миша Кутузов был вторым ребенком в семье. Дата его рождения до сих пор остается предметом жарких дискуссий между исследователями: в метрических книгах церквей Северной столицы за 1745–1748 гг. она отсутствует; по формулярным спискам он мог родиться между 1747/1748 гг.; остаются только арифметические вычисления, а они, как известно, не всегда «говорят правду». У него были старшая сестра Анна и младшие брат и сестра – Семен (1752) и Дарья (1755). Брат Семен – выпускник Артиллерийско-инженерного кадетского корпуса – оказался человеком несчастливой судьбы. Он страдал тихим помешательством, хотя и дослужился в армии до чина майора. Но в дальнейшем был вынужден уйти в отставку и остаток жизни тихо доживать в своем селе Федоровское Великолукского уезда. Семен скончался много позже своего знаменитого старшего брата, в 1834 г. в возрасте 82 лет. Еще накануне Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. над его могилой существовал постамент со словами: «Семен Илларионович Голенищев-Кутузов брат Светлейшего князя Смоленского». В последний раз братья, скорее всего, виделись в 1804 г., когда старший брат сильно сокрушался в своем письме к супруге о состоянии ума младшего брата. Судьбы сестер сложились по-разному: Анна вышла замуж и умерла в один год с Михаилом Илларионовичем, а Дарья так и осталась в девках и коротала свой век на государеву пенсию в 2000 рублей, испрошенную для нее Михаилом Илларионовичем. Ввиду заслуг последнего перед Отечеством царь Александр I пошел на такое благодеяние. До конца своих дней Кутузов заботился о своих сестрах и душевнобольном брате, делая для них все, что позволяло его высокое положение в обществе…

Кутузов-то, того, из тюрков будет

«Быстрый», «Рябой», «Черный».

Многие живущие в России тюрки получили фамилии только после революции 1917 года,

Откуда пошли Казаковы?

Помимо имен личных у тюрок есть также родо-племенные, особенно необходимые в условиях кочевого общества. Каждая структурная единица такого общества имела свое особое название: имена родов, родовых объединений, племен, племенных союзов и даже отдельных поколений, если они по каким-либо причинам выделялись из состава рода. С переходом к оседлости многие подобные имена забылись. Но и сейчас старшее поколение знает их. Выведенный А. Н. Островским в весенней сказке «Снегурочка»

Родо-племенное название Берен до сих пор встречается у кыргызов.

По-видимому, к родо-племенному названию восходит и фамилия Ходжаев. Подразделение Ходжа было у казахов Букеевской орды, киргизов, узбеков, туркмен. Возможно, фамилия Сугак также тюркского происхождения. Было средневековое тюркское племя сугдак. При переходе из одного языка в другой сочетание гд могло упроститься. Фамилия Тохтамышев также тюркского происхождения. Родо-племенное подразделение Тохтамышбыло у закубанских ногайцев и сохраняется у кыргызов и туркмен.

Если изучать и дальше сборник «Общий Гербовник Дворянских Родов Всероссийской империи», то мы увидим и другие удивительные вещи. Так, князья Куракины на Руси появились при Иване III, род сей идет от Ондрея Курака, который был отпрыском ордынского хана Булгака, признанного родоначальника великорусских князей Куракиных и Голицыных, а также дворянской фамилии Булгаковых.

Дворяне Дашковы — тоже выходцы из Орды. И Сабуровы, Мансуровы, Тарбеевы, Годуновы (от мурзы Чета, выехавшего из Орды в 1330 году), Глинские (от Мамая), Колокольцевы, Талызины (от мурзы Кучука Тагалдызина). О каждом роде желателен отдельный разговор — много, очень много сделали они для России. Об адмирале Ушакове слышал каждый, а о том, что он тюрок, знают лишь единицы. От ордынского хана Редега идет этот род.

Князья Черкасские происходят от ханского рода Инала. «В знак подданства,— записано в их родословной,— отправил к государю сына своего Салтмана и дщерь княжну Марию, которая потом была в супружестве за царем Иоанном Васильевичем, а Салтман по крещению назван Михаилом и пожалован в бояре».

Казаков — вообще фамилия особенная. Она образована от имени или прозвища Казак, распространённого в России в разных слоях общества.

Сравните: Казак Скрипицын, послух, XV в.; Казак Захаров, стародубский крестьянин, 1539 г.; Иванко Казак, крестьянин Лосского погоста, 1539 г.; Казак, холоп в Холмском погосте, 1495 г.

Карауловы, Ахматовы, Бакаевы, Гоголь, Бердяевы, Алмазовы (от Алмазы, по крещению названного Ерифеем, приехал он из Орды в 1638 году), Урусовы, Тухачевские (их родоначальником в России был Индрис, выходец из Золотой Орды), Кожевниковы (идут от мурзы Кожая, с 1509 года на Руси), Быковы, Иевлевы, Кобяковы, Шубины, Танеевы, Шуклины, Тимирязевы (был такой Ибрагим Тимирязев, приехавший на Русь в 1408 году из Золотой Орды).

Здесь тоже тюркское начало

А вот еще вроде русские фамилии, в которых, несомненно, присутствует тюркское нчало (Унбегаун Б. О. Русские фамилии. C. 292).

Адашев Ад-, как Адам или Адриан
Азначeев

Источник

О фельдмаршале – потомке выходцев из Золотой Орды

Лидия Ивченко. «Кутузов». М., «Молодая гвардия», 2012, 494 стр. («Жизнь замечательных людей»).

Победитель в Отечественной войне 1812 года в канун ее 200-летнего юбилея удостоился новой биографии в серии ЖЗЛ. Автор труда – известный специалист по истории Наполеоновских войн Лидия Ивченко поставила своей целью показать жизнь Кутузова так, как мог бы ее изобразить сам Михаил Илларионович, который, как известно, до написания мемуаров не дожил.

Ряд неясностей

В книге равномерно прослежен весь жизненный путь фельдмаршала. С одной стороны, это хорошо, поскольку читатель узнает о многих событиях из жизни князя Смоленского, которые традиционно оставались в тени «грозы двенадцатого года». Но с другой – в историю Кутузов вошел как победитель Великой армии императора Франции и этой кампании стоило бы уделить в исследовании больше места. Ведь если бы Михаил Илларионович, допустим, умер не в 1813-м, а в 1811 году, мы бы вряд ли вспоминали о нем больше, чем вспоминаем сегодня, например, о фельдмаршале графе М. Ф. Каменском, убитом собственными крепостными за несколько лет до наполеоновского нашествия. Лидия Ивченко о первой Отечественной войне, на мой взгляд, рассказала слишком сжато, и это приводит к ряду неясностей.

Автор указывает, что мы не знаем ни год, ни место рождения полководца. Он появился на свет то ли в Петербурге, то ли где-то в Псковской губернии и то ли в 1745-м, то ли в 1747 году. Ивченко, основываясь на том, что в 1845-м отмечали столетний юбилей Кутузова, склоняется к первой дате, уверяя, что дочери и вдова фельдмаршала знали подлинную дату рождения (что совсем не обязательно). Вторая высчитывается по формулярным спискам. Тогда службу из карьерных соображений стремились начать как можно раньше и отцу Михаила Илларионовича не было смысла лишних два года держать сына дома.

Отметим, что родословная военачальника возводит его к легендарному предку Гавриилу, пришедшему в XIII веке к Александру Невскому «из Прус», что предполагает прусское происхождение семейства Кутузовых. Однако те пращуры фельдмаршала, которые достоверно существовали, носили тюркское прозвище Кутуз, означающее бешеный, вспыльчивый, и тюркские имена – Булыга, Бурдук и другие. Это скорее указывает на то, что Кутузовы – потомки выходцев из Золотой Орды.

Войны и сражения

В книге хорошо показан быт той эпохи, личная жизнь Кутузова. Много внимания уделено деятельности полководца во главе Дунайской армии, когда ему удалось, применяя «стратегию измора», одержать победу над турками и заключить Бухарестский мир перед самым вторжением Наполеона в Россию. В главе о взятии Измаила признается, что действительная численность гарнизона была 10–15 тысяч, а не 35 тысяч, как говорилось в рапорте о взятии крепости, и потому русские имели двукратный численный перевес. Однако потери сторон в результате штурма не приводятся.

Между тем как раз урон при Измаиле породил немало легенд, в том числе суворовскую сентенцию об убитых турках: «Пиши в рапорте поболе, чего их, бусурманов, жалеть». При этом хорошо показаны мужество Михаила Илларионовича и его решающая роль в овладении турецкой крепостью. В связи с обвинениями в адрес Кутузова, П. С. Потемкина и де Рибаса, что до приезда Суворова они не ладили между собой и это не позволяло захватить Измаил, Ивченко замечает, что не следует предъявлять «к отдельно взятому лицу претензий, не обусловленных историческим контекстом времени». В том смысле, что все высокопоставленные военные того времени были не без греха и нечего пенять на одного Кутузова.

По поводу Аустерлица в книге говорится, что «подобно эрцгерцогу Карлу Кутузов не рассчитывал на успех при встрече с Наполеоном». Поэтому он предлагал отступить в Галицию, где соединиться с пруссаками и войсками Л. Л. Бенигсена и лишь тогда дать сражение ослабевшему Бонапарту. Но российский и австрийский императоры настояли на сражении. К сожалению, подробного изложения и анализа хода Аустерлицкой, равно как и других битв, в книге нет. Нет и ни одной карты-схемы с расположением войск и ходом боевых действий.

А ведь бои и битвы – это главное, что осталось после Кутузова. Ивченко приводит слова Михаила Илларионовича, сказанные князю Волконскому и объясняющие, почему он подписал диспозицию Аустерлицкого сражения, составленную австрийским генералом Вейротером: «Ты знаешь, что я баталии не хочу давать, потому что она не может быть нам выгодна, но они сего требуют, так я подписываю». Если это было действительно так, данный эпизод не красит военачальника. Если он нисколько не сомневался в том, что битва будет проиграна, ему надлежало убедить обоих монархов, что надо продолжать отступление, пригрозив в случае необходимости собственной отставкой. В конце концов русский и австрийский императоры себя полководцами не считали и, разумеется, совсем не хотели проигрыша генерального сражения, а потому к рекомендации главнокомандующего, выраженной в самой резкой форме, вероятно, прислушались бы. Но Кутузов не рискнул использовать крайние средства, чтобы переубедить царя. Недаром впоследствии Александр I упрекал фельдмаршала, что тот недостаточно настойчиво отговаривал его не затевать баталию под Аустерлицем.

Война 1812 года и особенно Бородинская битва изложены в книге уж очень конспективно. Раздел про Бородино вообще кажется невнятным и плохо отредактированным. А ведь Лидия Ивченко – автор кандидатской диссертации «Бородинское сражение: историография, источники, проблемы исторической реконструкции». Ей, казалось бы, и карты в руки. Как, например, понимать эту загадочную фразу, касающуюся «адского дела при Шевардине»: «Армия Багратиона упорно сдерживала натиск неприятеля, по-видимому, из-за того, что была атакована во время перемены фронта: из-за явных недостатков позиции левое крыло по приказу Кутузова сдвинулось на юго-восток от деревни Шевардино к деревне Семеновское». Хорошо известно, что для обороняющихся подвергнуться атаке во время перегруппировки – одно из самых невыгодных положений. Абсолютно неясно, какое отношение это имеет в данном случае к упорному сопротивлению.

Ивченко повторяет мысль группы американских историков, что после 1806 года качество французской армии упало из-за гибели ветеранов, которых заменили неопытные новобранцы, и Наполеон уже не одерживал прежних громких побед. Но в войнах конца XVIII века французы несли не меньшие потери, чем в кампаниях 1805–1807 годов, что, однако, не подрывало боеспособности их войск. Дело было скорее в усилении сопротивления противников Франции, которые реформировали свои армии и переняли многие элементы французской тактики.

Автор книги признает, что в Бородинском сражении русские имели численный перевес, но потеряли больше, чем неприятель. Уточним, что 155 тысяч русских солдат и ополченцев противостояли 135 тысячам французов и их союзников. Урон Наполеона составил 28 тысяч человек, Кутузова – 45,6 тысячи (Ивченко считает русские потери 45–50 тысяч, а французские – 35 тысяч).

По поводу действий фельд-маршала в ходе сражения существуют разные мнения. Тактически Наполеон переиграл Кутузова, везде при своих атаках создавая превосходство в людях и в артиллерии. Кое-кто из исследователей доказывает, что если бы не М. Б. Барклай-де-Толли, по своей инициативе пославший подкрепления П. И. Багратиону, русским пришлось бы еще хуже, тогда как Кутузов держался пассивно. Ни подтверждения, ни опровержения этой версии в книге нет. Но Ивченко права в том, что проиграв при Бородине тактически, Кутузов выиграл стратегически. Французам труднее было восполнить потери, чем русским, а вступив в Москву, неприятель угодил в подлинный капкан.

Московский пожар как плата за победу

Поразительно, но автор практически ничего не говорит о сожжении Первопрестольной. Есть только глухой намек на то, что главноначальствующий в Москве граф Ф. В. Ростопчин собирался превратить город в пепел в случае, если его придется оставить французам, и поэтому Кутузов до последнего не хотел сообщать ему о предстоящем уходе из «сердца России». А потом упоминается, что Наполеон покинул «пепел Москвы». А вот кто именно, как и почему превратил стольный град в пепелище, неясно.

Между тем в книге неоднократно повторяется, что Кутузов хотел заманить Наполеона в Москву, как в ловушку. Но такая стратегия имела смысл только в том случае, если заранее предполагалось, что город и все сосредоточенные в нем запасы погибнут в огне пожара, поставив Великую армию Наполеона на грань голодной смерти. Иначе это была бы не ловушка, а вполне приличные зимние квартиры для войск повелителя Европы.

Версия, которую выдвинул Лев Толстой: мол, Белокаменную подпалили французские мародеры, не выдерживает критики. До Москвы армия Наполеона не раз занимала европейские столицы, но ни Вена, ни Берлин, ни Мадрид в результате не сгорели. Так что, надо думать, солдаты императора Франции к московскому пожару никакого отношения не имели. Впрочем, французское командование поначалу действительно подозревало, что он вспыхнул по вине своих мародеров, пока не были пойманы несколько русских поджигателей и не выяснилось, что средств пожаротушения в Москве нет.

Как отмечает российский историк Н. А. Троицкий, организацией поджогов в городе занимались Ростопчин и Кутузов, причем они позаботились вывезти из столицы все средства борьбы с огнем, предпочтя оставить в Москве 156 пушек и 22,5 тысячи раненых, которые почти все погибли в пожаре, уничтожившем три четверти московских зданий. Правда, уцелевших домов хватало для расквартирования французских войск, благо, город не покинули лишь шесть тысяч жителей из 275, но у Великой армии не было достаточно продовольствия и фуража для зимовки во второй в ту пору российской столице.

Намерение Ростопчина спалить Москву Кутузов знал и одобрял, поскольку без этого пожара вся его стратегия теряла смысл. Михаил Илларионович говорил французскому посланнику генералу Лористону, что русские жгли город, «проникнутые любовью к родине и готовые ради нее на самопожертвование». Но Первопрестольную предали огню все-таки не горожане, а высшие начальники, сделав то, на что не решились европейские монархи. В России меньше уважали частную собственность и считали, что подданные русского императора должны быть счастливы отдать имущество и жизнь за победу над супостатом. Пожар Москвы был необходимой платой за победу в Отечественной войне 1812 года.

Источник

какой национальности был кутузов