«Это все придумал Черчилль…» – легенда о 50-градусном коньяке «Двин»
Сэр Уинстон Черчилль, известный политик XX века, премьер-министр Великобритании, – был человеком незаурядным. С ним связано много занимательных историй, одна из которых – «Легенда о том, как Черчилль спас жизнь Маргара Седракяна, главного инженера-технолога Ереванского коньячного завода».
Содержание легенды
Есть несколько вариантов легенды. Согласно первому, во время Ялтинской конференции, проходившей с 4 по 11 февраля 1945 года, Иосиф Сталин предложил Черчиллю попробовать 50-градусный армянский коньяк «Двин». Премьер-министр пришел в такой восторг, что стал употреблять его ежедневно, а Вождь народов регулярно отправлял на Туманный Альбион по разным данным от 1 до 20 ящиков напитка. Якобы отсюда и пошла приписываемая Черчиллю фраза: «Никогда не опаздывайте к обеду, курите гаванские сигары и пейте армянский коньяк».
По второму варианту коньяк был преподнесен премьер-министру в подарок еще на Тегеранской конференции 1943 года. По непонятным причинам напиток не был оценен и ожидал своего часа почти год. Случайно обнаружив бокал «Двина» в руках своего мажордома, Черчилль открыл для себя божественный купаж коньяка. А после регулярно получал посылки с ним из Советского Союза.
В 1951 году премьер-министр посетовал Сталину на снижение качества любимого напитка, чем вызвал его недоумение и гнев. Вождь народов поручил разобраться в причинах. Выяснилось, что инженер-технолог Ереванского коньячного завода Маргар Седракян уже год в ссылке, а заводские дегустаторы не могут создать прежний купаж коньяка.
Седракян был восстановлен в должности и в партии, а позднее удостоен звания Героя Социалистического Труда.
Нестыковки в легенде
Документального подтверждения легенд так и не нашлось. Историки, работавшие с биографиями и мемуарами Черчилля, не зафиксировали пристрастия премьер-министра к «Двину». Настораживают и противоречащие друг другу сведения источников.
Не очень верится в то, что Сталин регулярно отправлял партии хорошего коньяка бывшему союзнику. Особенно после знаменитой Фултонской речи Черчилля. Тем более непонятно, зачем это было нужно последователям Сталина.
И самое главное, Седракян был бессменным технологом Ереванского коньячного завода с 1948 года до самой своей смерти в 1973. Он не мог находиться в ссылке в 1951. А во время Ялтинской конференции «Двин» производился без его участия, что не портило купаж коньяка.
Поскольку «Двин» стали производить в 1945 году, его не могли подарить Черчиллю на Тегеранской конференции в 1943. Так что история со слугой, открывшим премьер-министру вкус настоящего коньяка, скорее фантастика.
Подлинная биография Седракяна
Что правда в этой красивой истории, так это личность Маргара Седракяна. Именно он, по словам Б. Пастернака, заставил коньяк «говорить на армянском языке». «Юбилейный», «Праздничный», «Ахтамар», «Отборный», «Наири», «Арарат”, «Армения» – его знаменитые на весь мир произведения, завоевывавшие призы на всесоюзных и мировых конкурсах.
Седракян был основателем новой технологии коньячного производства. Раннее по стандарту бралась дистиллированная вода, Седракян же получил разрешение на использование воды из Крбулахского источника. Секрет успеха он видел в уникальных природных условиях Армении и в контроле качества.
Что на самом деле пил Черчилль
Сэр Уинстон Черчилль с большим уважением относился к хорошим спиртным напиткам. По словам историков, коньяк он употреблял каждый день. Излюбленной маркой же была «Hine». При этом премьер-министр был большим знатоком виски, особенно шотландского. Любил шампанское. Обычным явлением был бокал пива во время ланча. Кроме того, Черчилль был пристрастен к хорошему кофе.
История о решающей роли Черчилля в судьбе армянских коньяков и в жизни Маргара Седракяна, скорее всего, относится к ряду легенд. Крепких и терпких, как сам «Двин».
Как Уинстон Черчилль спас от уничтожения армянский коньяк и его создателя
Его элитные напитки пользовались неслыханным успехом на дипломатических приемах, а сэр Уинстон Черчилль однажды посоветовал: «Никогда не опаздывайте к обеду, курите гаванские сигары и пейте армянский коньяк».
Так получилось, что именно знаменитый британский политик, даже не зная об этом, спас «отца армянских коньяков» Маркара Сердракяна от печальной участи в 40-е годы.
Особый талант
Переживший геноцид армянского народа Маркар Седракян родился в 1907 году в находившемся на территории Османской империи селе Хараконис. А вырос в ереванском детском доме, куда его удалось доставить с сотнями других детей, лишившихся родителей.
В 23-летнем возрасте Маркар окончил сельскохозяйственный институт, а всего через пять лет разработал купаж первого советского коньяка высшего сорта. Он очень хотел дать новому напитку название «Армения», но знающие люди убедили остановиться на нейтральном названии «Юбилейный». И правильно сделали: в 1937-38 годах вполне можно было стать фигурантом уголовного дела о национализме.
Почтовая марка, посвященная Маркару Сердракяну
К 1940 году совсем молодой 33-летний мужчина уже считался лучшим дегустатором коньяков в Советском Союзе, став главным инженером-технологом Ереванского коньячного завода.
Он изобрел новую технологию приготовления коньячных спиртов, подарив миру коньяки «Отборный» (1939) и долгожданную «Армению» (1940).
Лишил фронтовых «ста грамм»
Начавшаяся в 1941 году Великая Отечественная война могла поставить жирный крест на всем коньячном производстве Советского Союза. Товарищ Сталин лично распорядился, чтобы все заводы, выпускающие спиртные напитки, перешли в разряд военных.
Главный дегустатор страны совершил еще одно должностное преступление. Дело в том, что все простые спирты полагалось отправлять на фронт, где они выдавались солдатам перед атакой. Коньячные спирты выдавались офицерам и генералам. На заводских складах должны были оставаться только ранее выпущенные готовые коньяки.
Маркар Седракян использовал все свое обаяние, чтобы убедить сотрудницу Центральной дегустационной комиссии товарища Снеговскую незаконно напечатать 1000 этикеток якобы выпускавшегося с марта 1941-го, но реально не существующего коньяка «Арташат». Под этим названием удалось сохранить лучшие коньячные спирты СССР, что впоследствии сыграло огромную роль для повышения престижа нашей страны.
Напиток для премьер-министра
В 1942 году Маркар Седракян создает уникальный 50-градусный коньяк «Двин», который впервые был представлен на Тегеранской конференции 1943 года. Его в качестве подарка преподнесли Уинстону Черчиллю, который в те дни отмечал свое 69-летие. Когда британский премьер попробовал этот напиток, то заявил, что больше не прикоснется к другим коньякам.
Вплоть до самой смерти в 1965 году он ежеквартально получал из СССР посылки с 10 ящиками (каждый по 20 бутылок) этого, как он говорил, «божественного напитка».
Историки утверждают, что, когда на 75-летие Уинстона Черчилля Сталин прислал ему в подарок 75 бутылок «Двина», уже лишившийся своего поста премьер Великобритании сильно сокрушался, что ему исполнилось не 100 лет.
Заграница нам помогла
В конце 1940-х годов Уинстон Черчиль попросил передать Сталину, что качество присылаемого ему коньяка «Двин» резко ухудшилось. Любитель сухих вин Иосиф Виссарионович, периодически позволявший себе опрокинуть рюмку-другую хорошего коньячка, потребовал немедленно разобраться.
Служебное расследование показало: проблема возникла из-за того, что дегустаторы не знают правильной технологии создания нужного купажа, а Маркар Седракян в Ереване больше не работает. За нарушения приказов и «махинации» 1941 года его арестовали и выслали в Сибирь.
Но в Сибири его тоже не было! Выяснилось, что Анастас Микоян, работавший министром внешней торговли СССР, вместо Сибири перенаправил своего друга в Одессу, поставив задачу поднять местный коньячный завод. Когда сотрудники НКВД разыскали Маркара Седракяна, он уже успел создать местные коньяки «Украина» и «Одесса».
Достаточно неожиданно он категорически отказался возвращаться в Ереван, пока его ссылку не засчитают как командировку и не выплатят причитающиеся денежные средства. Деваться было некуда. Власти пошли на все условия лучшего дегустатора страны.
Бог коньячного искусства
После возвращения в Ереван мастер восстановил купаж армянских коньяков, создав такие марки элитных напитков, как «Ереван», «Арарат», «Праздничный» (Десертный), «40 лет», «Наири», «50 лет». Только в 1967 году появился существовавший 26 лет лишь на бумаге «Ахтамар», а уже после смерти мастера – «Васпуракан». За высокий профессионализм и огромные заслуги перед Родиной в 1971 году Маркару Седракяну присвоили звание Героя Социалистического труда.
Великий мастер прожил 66 лет, а созданные им коньяки еще долгие годы получали наивысшие награды на международных выставках. Маркара Седракяна в Армении чтут как народного героя, а в 2007 году к его столетию даже выпустили специальную почтовую марку.
Что пил Черчилль
Я не знаток алкогольных напитков и почти все наименования коньяков, виски, вин, шампанского, которые будут упомянуты ниже, даже не слышал. Был период, примерно до 30 лет, когда я вообще не брал в рот алкоголь. Но потом мой родственник, работник КГБ, дал совет. Мол, алкоголь на пьют только больные и стукачи, ты на больного не похож, и могут подумать, что стукач. Так что выпивай понемногу за компанию, чтобы не выделяться, что я и делал всю последующую жизнь.
Недавно мне попалась заметка об английском политической деятеле Уинстоне Черчилле. До этого я посмотрел несколько фильмов о нем, и видел, сколько горячительных напитков употреблял это человек. В одном из фильмов показан его обед с королем Великобритании, во время которого король удивился, как много выпил шампанского Черчилль и, в общем, не захмелел. Уинстон ответил, что помогает тренировка. Так что тренировался Чирчилль каждый день с утра до позднего вечера.
Пожалуй, ни об одном мировом политике не ходит столько легенд, сколько о сэре Уинстоне Черчилле. Чем больше слушаешь бренд-амбассадоров различных марок, тем больше кажется, что британский премьер-министр пил все, что горит. Разбираемся, какой коньяк любил Черчилль и как пил виски.
Сэр Уинстон Леонард Спенсер Черчилль прожил долгую и богатую событиями жизнь. Он происходил из старинного дворянского рода, к которому принадлежала, кстати, и принцесса Диана, и воспитывался в аристократической среде.
По свидетельствам современников, любимым напитком премьер-министра был коньяк. Он отдавал предпочтение знаменитому дому Hine, коньяки которого всегда подавались в Чартвелле, его доме в Кенте. В последние годы Черчилль пристрастился к мифической сегодня марке R;serve Des H;ritiers de Jean Fremicourt. На конференции в Потсдаме он угощал участников коньяками от одного из старейших домов региона Prunier.
Нельзя не упомянуть и о легенде, связанной с Уинстоном Черчиллем и армянским бренди Арарат. Судя по историческим документам, британский премьер впервые попробовал его на конференции в Ялте. Говорят, что Сталин позднее продолжал посылать Черчиллю полюбившийся напиток.
Однако надежных свидетельств таких презентов не существует, да и отношения между Великобританией и СССР после окончания войны начали стремительно ухудшаться, что ставит под сомнение достоверность истории.
Во времена Черчилля виски не считался аристократическим напитком, и у премьер-министра были с ним сложные отношения. Черчилль писал, что научился пить виски во время службы в Индии. Вода там была настолько неприятной на вкус и не безопасной для здоровья, что спасти ее могла только добрая порция виски.
Уже позднее, в статусе крупного чиновника, Черчилль начинал прихлебывать виски с самого утра. Однако речь шла не о чистом напитке, а об очень слабой смеси виски и содовой, которой дети премьер-министра даже придумали название Papa cocktail. Сам же Черчилль называл свой фирменный микс «ополаскивателем для рта».
Черчилль порой поражал своих визави способностью употреблять крепкий алкоголь даже за завтраком. В книге Ситы Стелцер «Ужин с Черчиллем» описана поездка премьер-министра в поезде с американским дипломатом Эвереллом Харримэном, во время которой Черчилль роскошно позавтракал холодным лобстером, запивая его скотчем, чем немало удивил заокеанского коллегу.
Шампанское было слабостью Черчилля. Широко известна его любовь к великому дому Pol Roger. Говорят, она зародилась во время ужина у британского посла в Париже после освобождения города от нацистов. Подавали шампанское Pol Roger урожая 1928 года, за столом присутствовала сама хозяйка дома Одетт Поль-Роже, с которой у Черчилля зародилась дружба, не угасавшая до самой его смерти.
Помимо Pol Roger Черчилль благоволил домам Pommery, Mo;t & Chandon и Giesler. По расчетам биографов, за всю жизнь премьер-министр выпил около 42.000 бутылок шампанского, что не удивительно, ведь выпивал он в среднем по 2 бутылки в день. Справедливости ради нужно отметить, что шампанское в Великобританию тогда поставлялось не в стандартных сегодня 750-миллилитровых бутылках, а в пинтах, содержавших приблизительно 0,5 л вина. Экстравагантен был Черчилль и в выборе посуды: престижное шампанское он предпочитал пить из серебряной кружки.
В «райдере» Черчилля для главного дворецкого американского Белого дома значился стакан «хереса в комнату перед завтраком». Биографы предполагают, что премьер-министр имел доступ к двум распространенным в то время маркам испанского крепленого вина – Lustau и Delgado Zuleta.
Из портвейнов Черчилль предпочитал Graham’s и пил его в основном после ужина, сопровождая непременной сигарой. Их, кстати, Черчилль выкуривал по 8-10 штук в день.
Пристрастия премьер-министра в сухих красных винах во многом остаются загадкой. Историки предполагают, что для своего домашнего погреба он мог закупать бордоское Ch;teau Bellevue, представленное в портфеле одного из поставщиков Черчилля, известного до сих пор лондонского негоциантского дома Berry Bros & Rudd.
Известно также, что Черчилль благоволил красной риохе Vi;a Pomal от Bodegas Bilbainas. В 1952 году винодельня, одни из первых испанцев, вышедших на международный рынок, отправила Черчиллю ящик этого вина с запиской: «От испанского поклонника». Красные вина премьер-министр также нередко разбавлял содовой или обычной негазированной водой.
Историки до сих пор спорят, была ли у Черчилля алкогольная зависимость. Вероятно, все же нет. В 1936 году он даже выиграл пари, которое предполагало воздержание от крепких напитков в течение года. Элеонора Рузвельт, жена 32-го президента США, принимавшая британского министра в Белом доме, восхищалась, что «кто-то может так много курить, так много пить и так прекрасно держаться». Ее мужу после посиделок с Черчиллем требовалось восстанавливать силы и спать не менее 10 часов в день на протяжении трех дней. Невероятная роскошь для президента!
Вот таким был Уинстон Черчилль, на первый взгляд выпивоха и заядлый курильщик, но это не помешало ему прожить до 90 лет. Кстати, он вел совершенно нездоровый образ жизни и в плане физической активности. Сам он говорил, что никогда не стоял, если можно было сидеть, и никогда не сидел, если можно было лежать…
Пил или не пил: что стоит за легендой о любви Черчилля к армянскому коньяку
По бутылке в день
Легенда о том, что британский премьер-министр Уинстон Черчилль был большим поклонником армянского коньяка и регулярно употреблял его на протяжении многих лет, крепко укоренилась в народном сознании ещё в советское время.
Согласно наиболее часто встречающейся версии, во время Ялтинской конференции стран-союзников в 1945 году Иосиф Сталин на одном из обедов угостил Уинстона Черчилля новым десятилетним армянским коньяком «Двин». Напиток настолько понравился британскому премьеру, что вождь народов распорядился снабжать им Черчилля до конца жизни, присылая по ящику ежемесячно.
Британец каждый день выпивал по бутылке 50-градусного напитка. В 1949 году к 75-летию Черчилля Сталин якобы послал 75 бутылок коньяка «Двин». Подарок очень понравился Черчиллю, о чём свидетельствует сказанная им ответная фраза: «Как жаль, что мне исполнилось не 100 лет».
Вторая, весьма популярная и распространённая в народе часть этой легенды, гласит, что благодаря пристрастию Черчилля к армянскому коньяку была спасена жизнь его создателя — главного технолога ереванского коньячного завода Маркара Седракяна. Однажды Черчилль якобы заметил, что вкус любимого коньяка изменился в худшую сторону. Политик пожаловался на это Сталину. Вождь народа поручил разобраться с проблемой. Оказалось, что создавший купаж «Двина» Седракян по некоему обвинению на тот момент был отправлен в Сибирь. После этого по приказу Сталина его вернули обратно в Ереван, где он, на радость Черчиллю, восстановил прежний вкус «Двина» и много лет плодотворно трудился на заводе, создав множество знаменитых армянских коньяков.
В связи с вышеперечисленным нельзя не упомянуть и расхожее высказывание, приписываемое Черчиллю: «Никогда не опаздывайте к обеду, курите гаванские сигары и пейте армянский коньяк». Первоисточник этой цитаты неизвестен, поэтому её достоверность вызывает большие сомнения.
Одним из невольных популяризаторов легенды о Черчилле и армянском коньяке мог стать известный советский писатель и журналист Юлиан Семёнов.
Именно в снятом по его одноимённому произведению знаменитом телефильме «Семнадцать мгновений весны», вышедшем на экраны в 1973 году, миллионам советских людей рассказали о вкусовых пристрастиях британского премьер-министра. Так, в ходе одной из бесед со Штирлицем Генрих Мюллер в исполнении Леонида Броневого произносит фразу: «Не считайте себя фигурой, равной Черчиллю. Только о нём я знаю, что он любит русский коньяк больше всех остальных».
В 1989 году был опубликован очередной роман Семёнова со Штирлицем в главной роли — «Экспансия-III». Там есть яркий эпизод, весьма схожий с распространённой легендой о постоянных поставках коньяка Черчиллю. Правда, в книге Семёнова речь, видимо, идёт о напитке из Грузии.
По сюжету, в 1947 году к Черчиллю в Лондон приезжает американский дипломат и разведчик Аллен Даллес:
«Когда пришли в дом к обеду, Черчилль кивнул на ящики, стоявшие в холле:
— Раз в две недели секретарь русского посольства привозит мне подарок от генералиссимуса — 12 бутылок отборного грузинского коньяка… В 42-м, когда я впервые прилетел в Москву, мы рассорились со Сталиным, я уехал в резиденцию, решив, что надо возвращаться на Остров, — без помощи Рузвельта мы не сговоримся. Сталин позвонил мне вечером, пригласил в Семёновское, на свою «ближнюю дачу»: «Не будем говорить о делах, господин Черчилль, я хочу угостить вас скромным грузинским ужином». Он хитрец, этот Сталин, он накачал меня коньяком, я пустился в воспоминания, он говорил, что во мне пропадает дар великого писателя авантюрных романов, я сказал, что в нём пропадает талант виночерпия, коньяк поразителен, застолье великолепное; с тех пор вот уже пять лет, даже после отставки, русский дипломат привозит мне два ящика коньяка; я как-то спросил: «Сколько это будет продолжаться?» Мне ответили: «Пока вы живы, сэр». Я ждал, что будет после Фултона. Почему-то мне казалось, что «дядя Джо» прекратит свои поставки. Представьте себе моё удивление: когда я вернулся от вас, в холле стояло шесть ящиков, вполне можно открывать винную торговлю».
Архив Сталина
RT отправился в Российский государственный архив социально-политической истории (РГАПСИ), где хранится вся личная переписка Сталина, в том числе с британским премьером, чтобы проверить, есть ли там документальные подтверждения самого факта употребления Черчиллем коньяка и, возможно, каких-либо жалоб от него на его качество.
Черчилль и Сталин встречались пять раз: в ходе визита британского премьера в Москву в 1942 и 1944 годах, а также в рамках трёх конференций руководителей стран-союзников: Тегеранской в 1943-м, Ялтинской и Потсдамской — в 1945-м. И до, и после них между двумя лидерами шла активная переписка, но в этих посланиях почти никогда не обсуждались личные вопросы, и никакого упоминания об армянском коньяке в них обнаружить не удалось.
В марте 1946 года, когда после Фултонской речи Черчилля СССР и страны Запада оказались разделены железным занавесом, общение британца со Сталиным практически сошло на нет.
В сталинском архиве есть лишь несколько коротких поздравительных телеграмм в 1946—1947 годах, а также обмен краткими посланиями после назначения Черчилля премьер-министром в 1951 году.
Судя по переписке, за все годы своего письменного общения Сталин и Черчилль вообще никогда не заводили разговор о каких-либо бытовых вещах. Речь шла исключительно о государственных и военных делах, где каждый отстаивал свои интересы, что нередко вызывало плохо скрываемое недовольство у другого.
Шампанское вместо коньяка
В иностранных источниках никаких достоверных сведений о любви Черчилля к армянскому коньяку нет.
В 2012 году в газете The Evening Standard появилась публикация, посвящённая началу продаж коньяка «Двин» в Великобритании, где без всяких документальных отсылок повторялась расхожая история о том, что Черчиллю понравился армянский коньяк, которым на конференции в Ялте в феврале 1945 года его угостил Сталин, после чего советский лидер снабжал своего британского визави 400 бутылками напитка ежегодно.
Публикацию заметили историки. В частности, сотрудник Центра архивов Черчилля в Кембридже Линси Дарби, просмотрев ряд документов архива и изучив книгу Киты Штельцер «Ужин с Черчиллем», сделал вывод, что Черчиллю нравился целый ряд первоклассных коньяков.
В книге Штельцер есть упоминание, что в 1942 году Черчилль, будучи с визитом в Москве, взял бутылку армянского коньяка во время встречи со Сталиным. Приводятся в ней и названия других коньяков, которые нравились Черчиллю, однако отмечается, что часто в бумагах политика название конкретного коньяка не упоминалось.
Чаще всего в публикациях зарубежных историков на тему алкогольных пристрастий Черчилля в качестве его любимого коньяка фигурирует Hine.
«Один лондонский виноторговец, нанятый для оценки погреба в Чартвелле (поместье, где жил Черчилль. — RT) в 1950-х годах, назвал его хаотичным. Единственным достойным упоминания содержимым была коллекция винтажного Hine и, конечно же, шампанское Pol Roger», — пишет американский писатель и историк Ричард Лэнгворт, более полувека изучающий историческое наследие Уинстона Черчилля.
При этом западные историки сходятся во мнении, что коньяк как таковой не был любимым алкоголем Черчилля. Исследователи и хорошо знавшие его люди отмечают, что политик любил и регулярно употреблял самые разные напитки.
В частности, в первой половине дня он пил воду, в которую было добавлено немного скотча. Это был отголосок пребывания молодого Черчилля в Индии и Южной Африке, где таким нетривиальным способом англичане боролись с болезнями и обеззараживали воду. Дочь политика называла этот напиток «папиным коктейлем».
По утрам британец мог выпить лёгкого вина, вечером часто пил портвейн, но наибольшее предпочтение, как считается, он отдавал всё-таки шампанскому.
Некоторые британские исследователи в вышедшей несколько лет назад книге подсчитали, что Черчилль с 1908 по 1965 год выпил 42 тыс. бутылок шампанского, что составляет две бутылки в день.
Правдивость легенды о любви Черчилля к армянскому коньяку в своей книге Armenian Food: Fact, Fiction & Folklore пытаются проверить Ирина Петросян и Дэвид Андервуд.
«Не бойся, России я не пропью»
Попытки авторов найти достоверное подтверждение этой легенды в независимых, в данном случае не армянских источниках, окончилась ничем. Петросян и Андервуд без труда нашли информацию о любимых напитках политика, среди которых они также упоминают коньяк Hine, но никакой информации о привязанности Черчилля к армянскому коньяку, в том числе в его воспоминаниях, им найти не удалось.
Кроме того, авторы книги сделали любопытное наблюдение: после формирования легенды другие производители коньяков в СССР, в частности в Тбилиси и Кизляре, тоже стали создавать свои маркетинговые истории, утверждая, что Черчилль питал слабость к напитку, произведённому у них, например к грузинскому коньяку «Энисели».
Отметили они и то, что легенда о Черчилле и армянском коньяке стала широко распространяться после выхода на экраны фильма «Семнадцать мгновений весны».
Подытоживая, они приходят к выводу, что для тех, кто любит факты, основанные на твёрдых доказательствах, ответ на вопрос, действительно ли Черчилль любил армянский коньяк, будет отрицательным.
Отечественные источники по этой теме, которые внушают доверие и претендуют не на художественную ценность, а на историческую достоверность, можно пересчитать по пальцам.
Одним из самых ярких документальных свидетельств употребления Черчиллем армянского коньяка являются мемуары Главного маршала авиации Александра Голованова.
Во время первого визита британского премьера в Москву в августе 1942 года он присутствовал на одном из неформальных ужинов с участием Черчилля и Сталина и красочно описал свои впечатления.
Что ещё более ценно — Голованов едва ли не единственный, кто говорит не только о самом факте употребления Черчиллем армянского коньяка, но и делает однозначный вывод, что этот напиток действительно пришёлся англичанину по душе.
«В один из августовских дней я был вызван Сталиным с фронта, что случалось нередко. Прибыв в штаб АДД (Авиация дальнего действия. — RT), я, как всегда, занялся накопившимися делами. Раздался телефонный звонок. Сняв трубку, я услышал голос Сталина. Поинтересовавшись, как идут дела, он сказал: «Приведите себя в порядок, наденьте все ваши ордена и через час приезжайте».
В Кремле вместе с узким кругом советских руководителей Сталин представил Голованова Черчиллю, после чего гостей пригласили на ужин.
«. Тем временем я увидел в руках британского премьера бутылку армянского коньяка. Рассмотрев этикетку, он наполнил рюмку Сталина. В ответ Сталин налил тот же коньяк Черчиллю. Тосты следовали один за другим. Сталин и Черчилль пили вровень. Я уже слышал, что Черчилль способен поглощать большое количество горячительных напитков, но таких способностей за Сталиным не водилось. Что-то будет.
. Тосты продолжались. Черчилль на глазах пьянел, в поведении же Сталина ничего не менялось.
Судя по всему, Черчилль начал говорить что-то лишнее, так как Брук (глава британского Генштаба. — RT), стараясь делать это как можно незаметнее, то и дело тянул Черчилля за рукав. Сталин же, взяв инициативу в свои руки, подливал коньяк собеседнику и себе, чокался и вместе с Черчиллем осушал рюмки, продолжая непринуждённо вести, как видно, весьма интересовавшую его беседу.
Встреча подошла к концу. Все встали. Распрощавшись, Черчилль покинул комнату, поддерживаемый под руки. Остальные тоже стали расходиться, а я стоял, как заворожённый, и смотрел на Сталина. Конечно, он видел, что я всё время наблюдал за ним.
Подошёл ко мне и добрым, хорошим голосом сказал: «Не бойся, России я не пропью. А вот Черчилль будет завтра метаться, когда ему скажут, что он тут наболтал. »
Немного подумав, Сталин продолжил: «Когда делаются большие государственные дела, любой напиток должен казаться тебе водой и ты всегда будешь на высоте. Всего хорошего». И он твёрдой, неторопливой походкой вышел из комнаты.
Из различных рассказов о Черчилле я знал, что у него на службе находится некое лицо по фамилии, по-моему, Томпсон, главной обязанностью которого было пить вместе с Черчиллем, когда это на него находило, ибо не всякий человек мог с ним пить. В этот приезд к нам британский премьер жил на даче Сталина, имел в своём распоряжении достаточное количество армянского коньяка, после употребления порядочной дозы которого устраивал борьбу на ковре со своим партнёром.
Привожу это я лишь для того, чтобы подчеркнуть, как непросто было состязаться с таким человеком и всё же оставить его опростоволосившимся.
Сколь велико было пристрастие британского премьера к нашим спиртным напиткам, можно судить и по тому, что посланные Сталиным через Черчилля различные подарки Рузвельту — чёрная икра, балык, рыба — были доставлены в целости, а вот водка и коньяк были выпиты в пути, о чём сам Черчилль и сообщил Сталину, присовокупив свои извинения».
Кремлёвский презент
Пробовал армянский коньяк Черчилль и в 1943 году на конференции в Тегеране. Легендарная советская разведчица Зоя Зарубина, которая в качестве прикомандированного сотрудника тогда работала с делегацией США, в своих прижизненных воспоминаниях вполне определённо писала, что от имени Сталина ко дню рождения британского премьера, который пришёлся на дни конференции, преподнесли белую бурку, папаху и ящик армянского коньяка.
В Тегеране Черчиллю был преподнесён только что созданный Маркаром Седракяном коньяк «Двин», хотя официальной датой рождения этого напитка считается 1945 год, когда он был утверждён центральной дегустационной комиссией.
Сведения о том, что Черчилль пил армянский коньяк в Москве в 1942 году, а также о преподнесённом ему подарке в Тегеране в беседе с RT подтвердил и помощник руководителя ФСО РФ доктор исторических наук Сергей Девятов.
«Но впервые армянский коньяк был преподнесён Черчиллю не в Ялте, как многие ошибочно считают, и даже не в Тегеране, а ещё осенью 1941 года. Среди официальных подарков британскому министру иностранных дел Энтони Идену, который тогда посещал Москву с визитом, был и армянский коньяк, — рассказал Девятов. — Но достоверных сведений, какой именно это был коньяк, нет».
С большой долей вероятности в Англию с Иденом уехал коньяк «Юбилейный», первый из созданных в Ереване мастером Маркаром Седракяном. Он был выпущен ещё в 1937 году и сразу снискал заслуженную популярность, в том числе закупался Кремлём и МИД СССР для протокольных подарков.
По словам Сергея Девятова, эти протокольные подарки иностранным политикам обычно подбирались индивидуально, после изучения предпочтений конкретного человека. «Такая дипломатическая практика всегда существовала — считалось, что Черчилль любит хорошие коньяки», — рассказал он, отметив, что поставщиками Кремля в то время был как Ереванский завод, так и коньячный завод в Кизляре, который существует ещё с 1885 года.
«Марки закупаемых коньяков всегда менялись, причём у Кремля были свои закупки, а у управделами МИД — свои. Что именно там закупали, я не интересовался. Скорее всего, Черчилль похвалил какой-то конкретный коньяк — и отсюда пошла вся эта легенда. Причём сделал это искренне — британский премьер был человеком прямолинейным. В первой половине 40-х годов он был на вершине своей политической карьеры, и не думаю, что он мог отметить коньяк, просто желая сделать приятное Сталину. Что касается рассказов о том, что ему чуть ли не до конца жизни ящиками регулярно отправляли армянский коньяк, то такого просто не могло быть по определению. После того как он произнёс знаменитую Фултонскую речь в 1946 году (тогда он был уже частным лицом), какие-либо контакты, в том числе и неофициального свойства, практически исчезли. Он своей речью задал новую идеологию и перестал быть в поле зрения официального Кремля. Подводя итог, можно сказать, что в период с 1941 по 1945 год Черчилль действительно неоднократно пробовал отечественный коньяк, в том числе армянский, и ценил его. В 1945 году прямо во время Потсдамской конференции он проиграл парламентские выборы, и от Великобритании конференцию заканчивал уже новый премьер — Клемент Эттли, поэтому потом, особенно после Фултона, поставок ему уже не было», — отметил Девятов.
«В этой истории есть немало пробелов»
На коньячном заводе в Ереване к легенде о пристрастии Черчилля к продукции предприятия относятся с осторожностью.
«Коньяк «Двин» был окончательно оформлен мастером Маркаром Седракаяном в 1945 году. И почти сразу он снискал эпитет «дипломатический». Он был создан как один из официальных напитков Ялтинской конференции», — рассказала PR-менеджер завода Заруи Сарибекян.
По её словам, никаких конкретных архивных фактов об употреблении «Двина» на Ялтинской конференции на заводе не нашли, если не считать частных высказываний людей, которые работали на конференции.
«Мы делали запросы в разные архивы Армении и России. В частном порядке нам разные лица объясняли, что есть вещи, которые не протоколируются, например закрытые обеды. Но люди, которые занимались обслуживанием, охраной в разных местах в разное время, это где-то говорили — и это стало притчей во языцех. В целом в этой истории есть немало пробелов и белых пятен, которые, к сожалению, по разным объективным причинам восстановить невозможно. Каких-либо документов о поставках коньяка Черчиллю после 1945 года у нас тоже нет. То есть мы очень часто сталкиваемся с этой легендой, но говорим на эту тему осторожно. Фактическую основу в ней мы можем подтвердить только с точки зрения биографии мастера Маркара Седракяна. Она вполне достоверна. Мы в прекрасных отношениях с его семьёй, и если оперировать историями, которые транслируются от них, то мы понимаем, что в этой части легенды есть документальная основа. Седракян действительно, будучи большим патриотом Армении, какое-то время вынужденно работал на коньячном заводе в Одессе. Думаю, тут можно говорить о принудительной ссылке, которая в какой-то степени была для него во спасение», — подытожила Сарибекян.
«По большей части это уже миф»
Дмитрий Блинцов, старший научный сотрудник Ливадийского дворца-музея, в котором проводилась Ялтинская конференция, считает «историю любви» Черчилля и армянского коньяка легендой.
«Мне кажется, по большей части это уже миф, созданный вокруг Черчилля и его пребывания в СССР. В документах и материалах, которые я изучал, информации на этот счёт точно не прослеживается. Страсть к коньяку Черчилль питал задолго до знакомства со Сталиным и Советским Союзом — к тому времени, я думаю, какие-то свои вкусовые пристрастия у него уже сформировались», — заявил он RT.
По словам Блинцова, если говорить конкретно о Крымской конференции 1945 года, то в имеющихся исторических материалах ни разу не фигурирует название конкретного армянского коньяка. Упоминается лишь то, что в Ялте политики употребляли грузинское шампанское и «коньяк из Кавказского региона».
«Всё это уже больше похоже на маркетинг, основанный на мифе, который, в свою очередь, возник на основе того, что Черчилль действительно умел и любил выпить и встретил в лице Сталина если не соперника, то такого же знатока и ценителя алкогольных напитков. Поэтому можно уверенно говорить, что британский премьер действительно был знаком с отечественными коньяками, но о какой-то любви речь, на мой взгляд, идти не может. Когда-то родился этот миф, который просто упал в благодатную почву: вот как он нас уважал и любил, что даже армянский коньяк пил и не мог без него обходиться», — отметил Блинцов.
Учёный считает, что Черчилль действительно вполне мог на правах почётного гостя сказать комплимент в адрес принимающей стороны по поводу напитка и таким образом как-то её морально простимулировать.
«Это такой элемент дипломатии. Возможно, он публично как-то поощрил этот коньяк, проявил интерес. Но говорить, что он как-то заполнил его жизнь и он не мог без него обходиться, оснований нет», — отметил он.
Примечательно, что в своих воспоминаниях один из соратников Сталина, нарком пищевой промышленности Анастас Микоян, отмечал, что во время конференции в Ялте Черчилль особенно оценил советское шампанское.
«Надо сказать, что Сталин всегда был высокого мнения о нашем шампанском. И в такой оценке он был не одинок. Английский министр иностранных дел Иден (впоследствии премьер-министр) очень похвально отозвался о нашем шампанском и даже попросил ящик этого вина для английского короля, что, конечно, и было сделано (помимо прочего, это была неплохая реклама нашего шампанского). Очень понравилось наше шампанское и Черчиллю, и поэтому во время известной встречи руководителей глав правительств в Крыму ему было послано несколько ящиков Советского шампанского. Правда, Сталин предпочитал полусладкое и сладкое шампанское. Сухое и брют он не любил, предлагал даже прекратить их производство. С трудом я отстоял эти сорта, сославшись на требования экспорта», — писал Микоян.
Дипломатический напиток
Таким образом, факт неоднократного употребления Черчиллем армянского коньяка разных сортов подтверждается самыми разными источниками и не вызывает сомнений. Регулярных поставок коньяка для Черчилля со стороны СССР, особенно после 1946 года, по всей видимости, не было.
Отсутствие каких-либо сведений на этот счёт в западных архивах, где содержится исчерпывающая информация о других алкогольных пристрастиях Черчилля, косвенно свидетельствует о том, что армянский коньяк был для Черчилля больше дипломатическим напитком, чем личным. В связи с этим вопрос истинного отношения британского политика к этому напитку остаётся открытым. Но уже скоро может появиться дополнительная информация об этом.
По данным RT, в настоящее время близкими Маркара Седракяна готовится книга о его жизни. В ней будет подробно описана не только вся его деятельность по созданию легендарных ереванских марочных коньяков, но и на основе малоизвестных материалов из архива МИД СССР и семейных документов будет подробно рассказана история их взаимоотношений с Уинстоном Черчиллем. Книга должна выйти в Москве в конце 2021 года.
