«Люди идут в кинотеатр за сказкой»: режиссёр фильма «Движение вверх» об успехе картины, исторической правде и баскетболе
«Мы возвысили победу»
— Баскетбол — не самый популярный вид спорта. Почему вы взялись за экранизацию этой истории?
— Если честно, с самого начала к идее отнёсся скептически, подумал, что это точный повтор «Легенды №17». Лишь после того, как появился первый вариант сценария, я посмотрел саму игру, увлёкся судьбами игроков и понял, что это нужно сделать. Интуитивно почувствовал, что если хотя бы частично передать энергетику того матча на экране, то это произведёт эффект разорвавшейся бомбы. Так что за дело было необходимо браться.
— На ваш взгляд, эмоции удалось передать?
— Думаю, да. То, что видят и переживают зрители, очень похоже на то, что чувствовали непосредственные свидетели того исторического события. Возможно в каких-то местах мы даже возвысили победу. Экран широкий, акценты расставлены ярко, таким образом, в реальную историю удалось внедрить драматургические ходы, которые держат внимание зрителя на протяжении всей картины.
— Вы сами с головой погрузились в атмосферу Олимпиады-1972, а как передавали её актёрам? Ведь многие из них тогда ещё даже не родились.
— Такова актёрская работа. Главный секрет успеха и заключается в детальном погружении в разные эпохи и мизансцены. Что касается Олимпиады-1972, то это действительно было очень интересно. На мой взгляд, все ребята отлично поймали и прочувствовали дух тех дней и удачно передали его на экране.
— Была ли для вас важна историческая достоверность в фильме? Ведь вы много работали именно с историческими картинами и циклами телепередач.
— Да, я действительно очень долго проработал на телевидении, но никогда не мог допустить, что этот опыт так пригодится мне в художественном кино. Понимаете, телевидение даёт чёткое понимание того, что правда, а что ложь. Телевизионщики всегда видят, где постановка и всё шито белыми нитками. Поэтому при работе над фильмом я вспоминал этот опыт, стараясь максимально приблизить кадры к реальности.
«Никто не мог гарантировать, что люди пойдут в кино на баскетбол»
— Ожидали ли вы такого успеха картины в прокате?
— Многое стало понятно при монтаже мюнхенского матча. Когда я работал над ним, люди, заглядывая в монтажку, останавливались, начинали сопереживать. Поэтому уже тогда допустил, что успех будет. Но о таких масштабах не помышляли — ведь никто не мог гарантировать, что люди пойдут в кино о баскетболе.
— Вслед за успехом пришли и споры. Многие ищут в картине исторические неточности, начинают искать данные о том матче и сравнивать с фильмом. Вы были к этому готовы?
— Я не сомневался, что так и будет. Картины, которые делаются по мотивам реальных событий, всегда так или иначе порождают подобные обсуждения. Многие считают, что художественное кино надо снимать с документальной точностью — миллиметр за миллиметром. Это неправда. Из этого ничего не получится. Человек не ходит в кинотеатр, чтобы увидеть свою реальность, — он идёт туда за сказкой. Более того, если показать ему только эту реальную жизнь, он, скорее всего, встанет и покинет зал. Но сторонники документальности всегда были и останутся, продолжат рассуждать о грани между выдумкой и правдой.
— Вы привлекали к работе игроков сборной СССР, в том числе Ивана Едешко. Какую помощь он оказывал при создании картины?
— Едешко подключился к нам на уровне работы над сценарием. У него были замечания, о чём он, не стесняясь, сообщал нам. Человек он жёсткий и правдивый, так что умеет настоять на своём. Но всё же несмотря на это тонкость восприятия и чутьё Ивана Ивановича позволили ему почувствовать грань между созданием мифа и историческим разбором того времени. Так что на этапе съёмок он уже ощущал себя в роли киношника и полюбил фильм на стадии монтажа.
— Тем не менее не все, кто имел отношение к матчу, обрадовались выходу фильма. Я имею в виду вдов Владимира Кондрашина и Александра Белова. Вы контактировали с ними после выхода картины на экраны?
— Нет, последний наш контакт был летом 2016 года, когда мы разбирали сценарий. Тогда меня не покидало ощущение, что мы пришли к пониманию и достигли всех договорённостей. Всё остальное происходило вне поля моего зрения…
— После работы над фильмом вы стали больше интересоваться баскетболом?
— Не могу назвать себя болельщиком, так как смотреть соревнования не люблю. Но к профессиональным спортсменам отношусь с глубоким уважением. Это суперлюди, умеющие концентрироваться изнутри и побеждать. Я бы даже частично отнёс их к философам, только с одним отличием: атлеты выражают свою философию силой, а не словом.
«Движение вверх»: ложь с первых кадров. История финала, рассказанная очевидцем
Спортивный блокбастер «Движение вверх» стал самым кассовым фильмом за всю историю российского кинематографа, о чем сообщил портал kinobusiness.com. Стал ли он самым лживым, судить не берусь, поскольку недостаточно хорошо знаком с российским кинематографом, но, не исключено, что может претендовать в лауреаты и в этой категории. Правда искажается с первых же кадров.
Александр Гомельский, смещенный с поста тренера сборной СССР после третьго места на чемпионате мира в Любляне (Югославия) в 1970 году, прощается с игроками сборной, и, как только он покидает зал, где выстроились баскетболисты, парням представляют нового тренера – Владимира Кондрашина (в фильме – Гаранжин). На лицах баскетболистов – недоумение: мол, что за хмырь? Да и Гаранжин будто бы неуверен в себе: мол, убрали великого, которому я и в подметки не гожусь.
Это неправда. Точнее – прямая ложь. Каждый из игравших в сборной Гомельского знал: Кондрашин – прекрасный тренер. В 1968 году он вывел ленинградский «Спартак» на третье место в чемпионате СССР, в 1969-м и 70-м «Спартак» был вторым – сразу после ЦСКА, составлявшего костяк сборной. Кондрашин был хорошо знаком игрокам. Сергея Белова называл Серега, Модестаса Пауласкаса – Модя. «Меня зовут не Модест, а Модестас», – говорит киношный Паулаускас киношному Кондрашину, и, повернувшись к нему спиной, уходит возмущенный из зала, в котором игроки будто бы впервые в жизни видят нового тренера сборной.
«Но да ведь это ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ фильм, не документальный!» – слышу я. – «Авторы имеют право на вымысел!»
Художественность позволила превратить в антисоветчика капитана сборной литовца Паулаускаса, которого советская власть награждала орденами. Баскетболистов сборной, приехавших в Америку на тренировочные матчи, отправить в фильме погулять в негритянских трущобах и сыграть в баскет с местной шпаной. Во время подготовки к турниру послать баскетболистов – с разрешения тренера! – в Грузию на грузинскую свадьбу.
И не может, разумеется, быть художественный фильм без постельной сцены! Авторам художественного фильма дано право сделать зрительницей финального матча с американцами киношную любовь Саши Белова. Только почему она в форме сборной СССР – дело-то происходит в 1972 году, а женский баскетбол включили в программу Олимпийских игр только в 76-м?
О’кей, я понял: что не позволено документалистам, разрешено авторам художественного фильма. Но если бы картина «Движение вверх» ограничилась только этими – и подобными им – выдумками. Если бы.
Цель авторов фильма однозначна: представить героев патриотами, готовыми жертвовать своей жизнью ради победы на Олимпийских играх над американцами, которые за всю историю олимпийского баскетбола не потерпели ни одного поражения. И в 1971 году, на пресс-конференции после победы на чемпионате Европы, Гаранжин объявляет: его команда будет сражаться в Мюнхене за первое место. Дескать, раньше, в гомельские времена, команда ехала за серебром, но теперь поедет за золотом.
Так мог говорить Гаранжин. Но так никогда не говорил Кондрашин. Он говорил совершенно иное.
Перед Олимпийскими играми тренеры всех советских команд – не только баскетбольной – докладывали в Спорткомитет (тогдашнее министерство спорта), какое место они займут. Кондрашин поставил начальство в известность: второе место. «Почему вы всегда говорите о втором?» – спросил его председатель Спорткомитета Павлов («румяный комсомольский вождь», как назвал его Евтушенко). «Сергей Павлович, когда вы организуете в Сочи питомник по выращиванию негров, команда будет играть за первое место!» – ответил реальный Кондрашин. Вероятно, он не был патриотом, поскольку не удосужился вступить в партию; был единственным(!) не членом партии среди всех главных тренеров советских команд в Мюнхене. И ехал за вторым местом. В отличие от патриота Гаранжина, поехавшего за первым..
Патриотизм киношного Кондрашина проявляется не только уверенностью, что его команда выиграет олимпийское золото. Он собирает деньги на лечение сына за границей, но когда становится известно, что будущий герой финального матча Александр Белов смертельно болен, то решает все собранные деньги отдать на лечение Белова. Здесь все абсолютная ложь. К началу 70-х Кондрашин знал, что сына Юру вылечить нельзя, никаких денег он не собирал. И в 1972 году Саша Белов был совершенно здоров, заболел спустя шесть лет и вскоре скончался.
А спросите-ка любого выходящего из российского кинотеарта зрителя: с кем играла в Мюнхене сборная СССР? Восемь из десяти, а, может быть, и девять, а то и все десять, ответят: с профессионалами. И у зрителей есть основание так считать.
Во-первых, большинство россиян вряд ли знают, что профессионалы НБА были допущены к международным турнирам только в 1992 году. Во-вторых, фильм, который они только что посмотрели, дает основание считать, что в Мюнхене советская команда встречалась с профессионалами.
Вспомните-ка, как Гаранжин говорит своему помощнику, что перед Олимпийскими играми следовало бы сыграть «со студентами или любителями». Такого сказать настоящий Кондрашин не мог, поскольку прекрасно знал, что студенты – это и есть любители. Но сказанное Гаранжиным позволяет зрителю уразуметь: тренировочные матчи «со студентами или любителями» должны стать проверкой для более трудного испытания – поединка с профессионалами НБА.
Конозрителю невдомек, что в Мюнхене советские зрелые мужчины, большинство в возрасте от 25 до 28 лет (некоторые из них – отцы семейств), встречались со студентами, старшему из которых было 23, а большинству 19-20. И зрителю не дано, конечно, знать, что в американской команде не было даже всех звезд студенческого баскетбола – в частности, центрового Билла Уолтона из Калифорнийского университета, который отказался играть, протестуя против войны во Вьетнаме. Кстати, а был ли он патриотом?
Что же касается фильма «Движение вверх», то он может спососбствовать воспитанию только лжепатриотов.
Несколько слов о патриотизме Владимира Петровича Кондрашина. Он был патриотом Питера, и, будучи патриотом своего родного города, делал все, что в его силах, чтобы Саша Белов оставался игроком ленинградского «Спартака». Офицер советской армии коммунист Гомельский хотел мобилизовать Белова в армию. Кондрашин сражался за спартаковца Белова.
Я был дружен с Кондрашиным не один год и однажды сказал ему: «Мне легче представить Медного Всадника на Красной площади, чем Сашу в форме ЦСКА».
За себя и за Сашку!
В фильме «Движение вверх» очень хорошо показаны тренер Александр Гомельский и женская сборная СССР по баскетболу. История любви между спортсменами обеих сборных сыграна и поставлена так, что в нее веришь, независимо от того, как все было на самом деле.
Актер Иван Колесников, которого зритель знает по ролям Довлатова в картине Станислава Говорухина «Конец счастливой эпохи», Облонского в «Анне Карениной» Карена Шахназарова, сыграл в фильме «Движение вверх» баскетболиста Александра Белова. Заслуженный мастер спорта СССР, Белов был легендарной личностью. Знаменитый советский тренер Александр Гомельский сказал, что «…он был украшением всего советского, да и, пожалуй, мирового баскетбола». Александр Белов как раз и вошёл в историю мирового баскетбола своим победным, решившим исход поединка броском на последней секунде финального матча на Олимпиаде в Мюнхене в 1972 году, когда СССР стал впервые в истории олимпийским чемпионом. Обозреватель «РГ» расспросила актера Ивана Колесникова об его новой работе.
Иван, как получилось, что вы попали в этот проект? Из-за высокого роста?
А каким видом спорта занимались?
Как долго и где вы тренировались?
Как вам работалось с профессиональными баскетболистами? Было ли вам тяжело, потому что они вас, актеров, наверное, «забивали» на площадке?
Иван Колесников: Тяжело не было. Но мы же снимали кино! Поэтому, как мне кажется, более неуютно могли чувствовать себя спортсмены. Хотя нам было с ними комфортно. И им, я уверен, с нами тоже. Мы до сих пор дружим. Теперь я, например, стал фанатом баскетбола, хожу смотреть матчи.
За какую команду болеете?
Иван Колесников: Я болею за игру! Я так же болею, например, за футбол. Вот сейчас буду болеть на чемпионате мира. Просто это красивая игра.
А вы баскетболистам помогали с актерским мастерством? Им же, наверное, тяжело было в этом плане?
Вы играете Александра Белова. Его давно уже нет в живых….
Иван Колесников: В этом и сложность работы над моим персонажем. К сожалению, он умер всего через несколько лет после этой победной игры в Мюнхене.
Из-за проблем с сердцем, показанных в картине?
Как работали над образом? На фильме были консультанты, например, Иван Едешко. Они вам про Александра Белова рассказывали?
А история любви? Впервые в больших потенциальных блокбастерах последнего времени она удалась. Она же не придумана? Была самом деле, а вы в нее просто вдохнули жизнь?
А вы сами фильм уже видели?
Иван Колесников: Нет, я специально отказался от предварительного просмотра. Жду премьеры.
*Это расширенная версия текста, опубликованного в номере «РГ»
Рецензия на фильм «Движение вверх»
Замечательная спортивная драма о трудном пути советской баскетбольной сборной к олимпийскому золоту 1972 года
В 1970 году советские спортивные чиновники увольняют прежнего тренера мужской сборной по баскетболу и берут на его место тренера «Спартака» Владимира Гаранжина (Владимир Машков), известного тактическим мастерством и трудным характером. Сколотив новую команду и проверив ее в деле, Гаранжин на международной пресс-конференции неожиданно объявляет, что планирует обыграть американцев на Олимпиаде 1972 года. Журналисты смеются ему в лицо, так как американцы не проиграли ни одного баскетбольного матча за всю историю игр. Советские игроки и чиновники тоже не верят, что их сборной по силам сломить команду страны, где баскетбольные кольца висят в каждой подворотне. Но у Гаранжина есть стратегия, и он ее придерживается, хотя со всех сторон на него и на его парней валятся напасти – медицинские, политические, криминальные.
Кадр из фильма «Движение вверх»
В нашей стране выходит так мало удачных лент, что трудно вспомнить блокбастеры, которые бы шли по стопам предшествующих успешных картин. В Голливуде это обычное дело, а у нас – экзотика. Поэтому приятно было увидеть в кино «Движение вверх», которое снято благодаря успеху хита 2013 года «Легенда № 17», воспевшего хоккеиста Валерия Харламова и победу его сборной над канадцами. Как и «Легенда», «Движение вверх» создана на студии Никиты Михалкова «ТриТэ», и она тоже с драматичным напором напоминает о восхитительном достижении советских спортсменов.
Правда, на сей раз в центре повествования не великий чемпион, а великий тренер и его команда. Картина начинается с бурного обсуждения кандидатуры Гаранжина (экранный псевдоним – в реальности тренера звали Владимир Кондрашин) на коллегии Госкомспорта, и дальше она показывает, как мэтр ведет своих парней к олимпийскому триумфу, преодолевая одно препятствие за другим.
Кадр из фильма «Движение вверх»
Вопреки имиджу «Красной машины», баскетболисты оказываются строптивыми и проблемными подчиненными. Они не ладят друг с другом, попадают на карандаш к КГБ, безответственно ведут себя за границей, ложатся в больницы, ставят личные дела выше государственных… Один из героев даже пытается сбежать на Запад. У Гаранжина же проблемы дома – ему нужно найти деньги и получить разрешение на операцию для сына-колясочника, которого могут поставить на ноги только на Западе.
Кадр из фильма «Движение вверх»
Все это подается отчасти трагически, отчасти комически, в типичном для блокбастеров разноплановом стиле. В фильме находится место и для мелодраматичных переживаний, и для грузинского юмора, и для антисоветских и просоветских разговоров в раздевалке, и даже для задорного уличного матча с чернокожими «гопниками». Колоритные актеры, представляющие разные народы, не дают запутаться в многочисленных персонажах, и к тому времени, когда начинается финальная схватка с американцами, мы знаем главных героев как облупленных и болеем за них как за родных. Мы видим, какой большой духовный, жизненный и спортивный путь они прошли за два года, и мы чувствуем, что они заслужили победу.
Кадр из фильма «Движение вверх»
Как честно признают авторы фильма, за что им большое спасибо, они сгустили краски и придумали некоторые затруднения, которых на самом деле не было. Но откровенного вымысла в «Движении вверх» немного, и реальный путь спортсменов к финальному матчу в самом деле был нелегким. Так что поставить в упрек сценаристам нечего. Они действовали так, как положено действовать авторам байопиков, – рассказали подлинную историю и добавили драматизма, чтобы публике проще было прочувствовать переживания персонажей.
Главное, однако, в фильме начинается, когда на табло загорается «0:0». Матч с американцами за золотую медаль в 1972 году длился 40 минут чистого времени, и это позволило показать его почти целиком, без обычной для спортивных лент демонстрации лишь ключевых моментов. Поэтому в кадр попали не только эффектные попадания в корзину, но и, например, постоянные тактические перестановки, превратившие матч в шахматную партию между великими тренерами. Хотя Гаранжин и его визави Генри Айба на площадку не выходят, они бьются вместе со своими парнями, подбирая ответы на стратегию противника. Придумано и снято это так, что мы не просто наслаждаемся мастерским баскетболом, а и понимаем замыслы и контрзамыслы мэтров. Трудно вспомнить другое спортивное кино, где продолжительный матч был бы показан столь полно и столь внятно.
Кадр из фильма «Движение вверх»
Осмысленность баскетбола в «Движении вверх» соседствует с его красотой и мощью. Планировавшие финальный матч спортивные консультанты намеренно использовали в нем все современные баскетбольные трюки, включая те, которые в 1972 году не применялись или запрещались. Они стремились не воссоздать в точности реальный матч, а помочь зрителям фильма ощутить то, что чувствовали зрители у телеэкранов 45 лет назад. Тогда публика видела блистательный и зрелищный баскетбол, и то же самое показано в «Движении вверх» – на нынешнем техническом уровне. Смотрится это превосходно, и свою художественную задачу такой баскетбол выполняет. Ну, а пуристам можно лишь порекомендовать подлинную запись олимпийского матча, которую нетрудно найти на просторах Сети.
Если ли в «Движении вверх» к чему придраться? Да. Прежде всего, у Александры Ревенко, которая сыграла девушку героя Олимпиады Александра Белова, такой суровый взгляд, что как романтическая героиня она совершенно не смотрится. Возможно, выдающаяся баскетболистка, которую актриса изображает, должна выглядеть именно так, но в фильме у нее любовная, а не спортивная функция. В результате эта часть картины проваливается. К счастью, личная жизнь Александра лишь малая толика сюжета, и фильм в целом почти не страдает.
Кадр из фильма «Движение вверх»
Также было бы неплохо хотя бы кратко представить и показать американскую сборную до ее выхода на площадку, чтобы зрители могли осознанно предвкушать и представлять финальный матч. Разве, например, в «Рокки» мы впервые видим Аполло Крида лишь тогда, когда он выходит против заглавного героя? Правда, из-за продолжительности кульминационной схватки мы успеваем в полной мере разобраться, с кем играют наши. Но без предвкушения финальное блюдо слегка теряет во вкусе. Можно было бы, например, показать кусочек из полуфинального матча американцев или из их предшествующих выступлений на Олимпиаде.
Можно предъявить к фильму и другие, более мелкие претензии. Но не будем копаться в деталях. Главное – кино получилось. Оно захватывает, развлекает и учит, а еще проходит по тонкой грани между безответственным воспеванием СССР и очернительским принижением нашей прежней страны. Мы видим недостатки Союза, но видим и его достижения, и нам напоминают, что даже за высокими столами и в компетентных органах сидели живые люди, а не тоталитарные роботы. Благодаря этому в СССР можно было не только выживать, но и жить, любить, надеяться, многого добиваться – и побеждать непобедимых противников.
Что «Движение вверх» говорит о нас самих и о современной России
Мы любим кино про историю и спорт, но не очень разбираемся в спорте или истории.
Давайте проведем краткий ликбез по историчности «Движения вверх» и проверим, какие из конфликтов в фильме действительно имели место быть. Если хотите более детальный разбор – читайте, например, статью из «Аргументов и фактов» «Не верьте глазам. 7 исторических несоответствий в фильме «Движение вверх» или материал «Что вы должны знать, если собираетесь смотреть «Движение вверх».
Если вкратце – на один правдивый факт приходится примерно пять «исторических неточностей». У Жармухамедова были проблемы со зрением, но история с линзами случилась уже после мюнхенского финала. Паулаускас был капитаном и душой команды, а не озлобленным козлом-антисоветчиком, каким он изображен в фильме. История про то, как его пытались вывезти из олимпийского городка какие-то литовские сепаратисты – курам на смех. Проигрыш черным ребятам из гетто и последующий дебош в какой-то пивнухе – это вообще за гранью добра и зла. Намек на то, что дружественные Союзу кубинцы сдали полуфинал и СССР выиграл полуфинал у очень мощной на тот момент сборной без вмешательства главного тренера – это уже попахивает глумлением над историей. Но история Александра Белова меня укольнула больнее всего.
В фильме показано, что Белов играет чуть ли не при смерти из-за проблем с сердцем и вообще ему остается жить от силы год. На самом деле проблемы Белова с сердцем всплыли только пять лет спустя после Олимпиады, поэтому вся его линию можно рассматривать либо как очень вольную трактовку жизни реального человека, либо как оскорбление памяти великого игрока. И проблема в том, что если убрать из сюжета фильма болезнь Белова, то тогда рассыпается и любовная линия, и сюжет с деньгами, которые Гаранжин-Кондрашин копил на лечение сыну, и значительная доля мотивации объединения персонажей
В 2012-м году мне пришло в голову сходить в кино на американскую экранизацию «Анны Карениной» (ту, где Кира Найтли) в компании моей тети-школьной учительницы русского языка и литературы с 30-летним стажем. Это был один из худших походов в кино в моей жизни. Тетя ворчала, ерзала в кресле, кусала ногти, ругалась на экран, охала и хаяла Джо Райта и вообще всех, кто приложил руку к этому «оскорблению классики».
Примерно так же я чувствовал себя, когда увидел, как выглядит баскетбол в фильме «Движение вверх». 80% всех очков игроки набирают бросками сверху, а в особо выдающихся случаях – слэм-данками мельницей/с разворотом на 180 или 360 градусов после фантастических пасов из-за спины/из-за головы/из-под ноги. Когда разыгрывающий Коркия вдолбил данк со штрафной линии через двоих соперников, я даже как-то выпал в осадок. Наверное, почувствовал себя то ли занудой, то ли каким-то баскетбольным пуританином. Для меня такая «зрелищность» в фильме про баскетбол 70-х – это все равно, как если бы в фильме про Великую Отечественную были бластеры и световые мечи.
Мы утратили всякую идентичность
Если бы я был большим циником, то вообще наверняка назвал бы «Движение вверх» клюквой. Ведь этот фильм такой и есть. Раньше советское наследие в эстетике Голливуда непременно превращалось в нечто, вызывающее разве что любопытство из-за собственной несуразности. А теперь, получается, что мы превратились в клюкву сами, ведь снимаем про себя по чужим правилам.
В каком-то смысле, «Движение вверх» – отличная демонстрация того, что мы потеряли всякую идентичность. Как в фильмах про войну мы утратили понимание, что такое война и какая страна ее выиграла, так и в фильмах про советский баскетбол мы держимся в рамках стереотипных представлений о том, что должно быть в фильме про Советский Союз (скользкие чиновники, дефицит и подвиг вопреки).
Запрос на советское присутствует во всех сферах российской жизни, как бы Юрий Дудь не пытался смазывать всю нашу историю в некую абстрактную мешанину понятием «русский». Проблема в том, что кино про советское, например, превращается в некое абстрактное полотно, написанное буйной кистью безымяннного художника. Фильмы про СССР сегодня – это уже какая-то своеобразная эксплуатация, погоня за сенсацией. Высоцкий – наркоман! Цой – гей! Яшин! Харламов! ВОВ! ВОВ! ВОВ!
В этом смысле для оказались очень показательными титры «Движения вверх». В них сначала показывается хроника тех самых трёх секунд (я даже пустил слезу, когда услышал тот самый искренний и звонкий комментарий Нины Ереминой), а после нее – нарезку знаменитых спортивных моментов из истории нашей страны: открытие Олимпиады-80, победы Александра Карелина уже в российской форме, Алексей Немов, успокаивающий трибуны в 2004-м, победа волейбольной сборной в 2012-м. Только вот как эти кадры относятся к победе баскетбольной команды в Мюнхене? Никак. Но нам очень хочется, чтобы они были как-то связано, потому что…
Нам нечем гордиться, кроме спорта и истории
Третьего дня я узнал, что в 2018-м году на экраны выйдет фильм про трагедию подводной лодки «Курск». Но снимает его не Россия, а датчанин Томас Винтерберг на французские и бельгийские деньги. В главных ролях – Леа Сейду и Колин Фёрт. И наверняка в момент выхода фильма Винтерберга на экраны окажется очень важным то, что француженка Сейду как-то раз играла лесбиянку, а британец Ферт – гея. Но сам факт того, что одна из величайших трагедий России 21 века будет трактоваться Европой, а не Россией – вполне себе показатель полной профнепригодности всей нашей культурной политики.
История 21 века – под замком. Идеальная формула для кино сегодня – чтобы было пафосно и желательно про ту эпоху, которую помнит как можно меньше людей. Кино про современную Россию – чернуха и артхаус, а про вчерашнюю – крупнобюджетно и с размахом. Победы в войнах, космосе и спорте – наше все. А раз из этого триумвирата, воплощающего мощь государства, остался худо-бедно только последний пункт, то и нет ничего удивительно, что за последние несколько лет вкладываются большие деньги в производство и продвижение именно таких фильмов, как «Легенда №17», «Поддубный», «Воин», «Чемпионы» и «Чемпионы: Быстрее. Выше. Сильнее».
В 2018-м нас порадует «Лед» про фигурное катание и «Тренер» про Данилу Козловского, так что улыбаемся и машем дальше.
(Очень забавно, что значительная доля показанного в трейлере материала «Тренера», который приурочен к чемпионату мира, была снята на стадионе в Краснодаре, который, как известно, матчи чемпионата мира принимать не будет).
«Движение вверх» – это кино по реальным событиям, в котором очень мало что соответствует реальности. Кино про Советский Союз, который дышит антисоветчиной. Кино про баскетбол, в котором нет ни капли правдивости изображения игры.
