hustle culture что это

Почему миллениалы притворяются, будто любят работу

Журналист The New York Times Эрин Гриффит написала для издания колонку о культуре трудоголизма, которая царит среди миллениалов. Редакция AIN.UA опубликовала адаптированный перевод текста.

Одно из доказательств культуры трудоголизма — нью-йоркские коворкинги WeWork. Там на подушках напечатан призыв «Делать то, что любишь», неоновые знаки просят «Поднажать сильнее», а муралы на стенах восхваляют T.G.I.M — хештег #ThankGodIt’sMonday.

Добро пожаловать в hustle-культуру. Здесь поклоняются успеху и бесконечному позитиву. Она лишена юмора и — как только вы это заметите — из нее невозможно сбежать.

Покровителем такого стиля жизни автор называет предпринимателя Гари Вайнерчука, который основал контент-компанию One37pm. Проект воспевает предпринимательство, называя его чем-то «большим, чем просто карьера».

С этой точки зрения, человек не просто не должен прекращать «хаслить» — он никогда не должен покидать состояние дикого восторга от работы. В таком режиме единственной целью занятий спортом или посещения концерта является вдохновение, которое позволит вернуться на рабочее место.

Как пишет Гриффит, сегодня нельзя терпеть или просто ценить работу. Сотрудники должны любить то, чем занимаются, а также распространять эту любовь в социальных сетях, смешивая собственную идентичность с работодателем.

Предполагается, что идеальный клиент так проникнется эстетикой WeWork, что будет спать в апартаментах WeLive, тренироваться в спортзале Rise by We и отправит детей в школу WeGrow.

Гриффит отмечает, что в культуре трудоголизма несложно увидеть надувательство. В конце-концов, тяжелый труд в первую очередь удобен руководству. Ее мысли частично подтверждает сооснователь компании BaseCamp Дэвид Хеннсон:

Большинство людей, кричащих о hustle-мании — вовсе не те, кто исполняет реальную работу. Это менеджеры, финансисты и владельцы бизнеса.

Хеннсон указывает, что миф о пользе переработок существует несмотря на доказательства, что такой режим не способствует ни креативности, ни продуктивности. Единственное его назначение — оправдать богатства, которыми владеют технологические элиты.

Автор материала указывает, что новая культура родилась на сломе тысячелетий. Компании начали предлагать сотрудникам бонусы, чтобы привлечь лучших талантов — а также и затем, чтобы люди оставались на рабочем месте подольше. Но сегодня тренд проникает во все углы делового мира.

Гимны бесконечной работе напоминают мне советскую пропаганду, которая продвигала невероятные подвиги трудяг, чтобы мотивировать остальных. Одно очевидное различие, конечно же, заключается в том, что постеры со Стахановым имели анти-капиталистический уклон и критиковали «толстых котов», зарабатывающих на производстве. Сегодняшние послания восхваляют личный заработок, даже если большую часть прибыли в действительности получают руководители и инвесторы, а не работники.

Как рассказал автору Айда Харпер, основатель европейской кампании по переходу на 4-дневную рабочую неделю, восхваление работы — опасный тренд:

«Создается впечатление, будто наша единственная ценность как людей это продуктивность, возможность работать, а не человечность».

По его мнению, если обосновывать сверхурочную работу изменением мира, как это делает Илон Маск, ситуация станет напоминать культ. Такую точку зрения подтверждает Джонатан Кроуфорд, предприниматель из Сан-Франциско. Из-за работы над своим e-commerce стартапом Storenvy, он разорвал отношения и набрал почти 20 кг веса. Если он и общался, то лишь на нетворк-мероприятиях. Если читал — только бизнес-книги. Его жизнь стала вращаться вокруг ROI, возврата инвестиций для компании.

Осознав, во что превратилась его жизнь, Кроуфорд изменился. Теперь он инвестиционный партнер в компании 500 Start-ups и часто советует коллегам заниматься несвязанными с работой делами: читать художественную литературу, смотреть фильмы или играть в игры.

Чтобы объяснить нынешний культ продуктивности, Гриффит обращается к эссе культурного критика Анны Петерсен для Buzzfeed. В своем рассказе она задается вопросом: «Почему, если миллениалы так ленивы и неопределенны, они с такой озабоченностью хоронят себя на рабочем месте?».

Петерсен уверена, что современное поколение просто старается соответствовать высоким стандартам. Миллиениалы росли со словами о том, что хорошие оценки и достижения вознаградят их престижной работой. Вместо этого они оказались на бессмысленных должностях с гигантскими университетскими долгами за спиной. Желание побольше работать — просто защитный механизм.

Кроме того, компании по-прежнему не отделались от привычки к преувеличению. Стриминговый сервис Spotify пишет, что его миссия — «раскрыть потенциал человеческой креативности». Облачный сервис Dropbox говорит о цели «высвободить креативную энергию, создав более удобное рабочее пространство».

Как рассказал в своем комментарии Хеннсон, люди не будут верить в такие лозунги бесконечно или «планировать свои походы в уборную». Предприниматель сослался на знаменитое интервью бывшей главы Yahoo Мариссы Майер, которая однажды рассказала о 130-часовой рабочей неделе. Предпринимательница говорила, что такого показателя можно достичь, если «стратегически планировать сон, душ и походы в уборную».

Свой материал Гриффитс заканчивает неутешительным замечанием:

«В некотором смысле, вы должны уважать «хаслеров», которые осознают это порочную систему и понимают, что успех требует полного, бесстыдного погружения. Если мы обречены тянуть лямку до самой смерти, лучше уж притвориться, что нам это нравится. Даже по понедельникам».

Источник

Хасл культура — как продуктивность нас убивает.

Hustle (англ) — суетиться

как из-за работы в 120 часов можно получить сильнейшее выгорание и тогда тот кто работает меньше успеет вас обогнать, пока вы снова найдет силы двигаться дальше. Наверное самое популярное слово в мире предпринимательства сейчас. Некоторые утверждают то хасл — образ жизни. Возможно веяние началось из-за маска — ос­но­ва­тель Tesla и SpaceX, Илон утверждает, что ра­бо­та­ет по 80-90 ча­сов в неде­лю, а иногда, как например перед запуском новой теслы работал по 120 часов в неделю — 17 часов в день (спит он 6 часов в сутки) «Мир пока ни разу не ме­нял тот, кто ра­бо­та­ет по 40 ча­сов», — го­во­рит он!

Если следовать указаниям, то мы должны существовать без отдыха, не выпуская гаджетов из рук и не давая себе сходить в туалет?

Но нужно ли хаслить на самом деле?

Ученые провели много экспериментов (их вы можете найти в интернете), что усиленная работа (Постоянная) не улучшает ни креативность, ни продуктивность

Пре­одо­ле­вать, идти впе­ред, бо­роть­ся — вот де­виз куль­ту­ры hus­tle.

Иногда (часто) работа совершается тоько ради работы. С момента появления соц.сетей, люди стали зависеть от мнения других намного больше. Ученые это давно доказали, и да, как тут можно не согласиться. Ведь вы становитесь классным, и иногда из-за этого страдают другие «обычные» люди, которые хотят быть как маск

Но одно не может не радовать:

Дол­гое си­де­ние в офи­се и усердная, некончаемая работа стали желанны. А долж­ны бы стать при­зна­ком глу­по­сти —ав­то­ры про­шло­год­не­го бест­сел­ле­ра New York Times под на­зва­ни­ем It Does­n’t Have to Be Crazy At Work.

Исследований проведено было немало. И Они, ука­зы­ва­ют на то, что слишком долгая работа — хасл вызывает по­вы­ше­ни­е рис­ка по­яв­ле­ния де­прес­сии А превышение нормы в 40 часов., мо­жет уве­ли­чить риск раз­ви­тия сер­деч­но-со­су­ди­стых за­бо­ле­ва­ний. Amer­i­can Jour­nal of In­dus­trial Med­i­cine дают нам информацию о том, что труд по 61-70 ча­сов в неде­лю уве­ли­чи­ва­ет ве­ро­ят­ность по­яв­ле­ния ко­ро­нар­ной бо­лез­ни на 42%, а 71-80-ча­со­вая ра­бо­чая неде­ля — на 63%. Ученые обьясняют это тем, что у организма не остается времени на накопление энергии сна, необ­хо­ди­мо­го для нор­ма­ли­за­ции ра­бо­ты тела.

А также бесконечная работа не повышает производительность, а наоборот

Inc.com: в про­из­вод­ствен­ных от­рас­лях при увеличение продолжительности рабочего дня на 10%, производительсноть снижается на 2,4%. Ну и куда же без вреда на здоровье.

Одни утверждают, что концентрация не продерживается больше 4-5 часов Дру­гие ис­сле­до­ва­ния и во­все об­на­ру­жи­ли, что кон­цен­тра­ция на од­ной за­да­че осла­бе­ва­ет уже спу­стя 20 ми­нут.

Так как же все-таки действовать

Что­бы пре­успеть в чем-то, сле­ду­ет «из­бе­гать пе­ре­утом­ле­ния» и работать не по 120 часов в неделю, для того чтобы успеть накопить сил и перезагрузиться. Это будет явно лучшим решением в вашей работе, так как из-за работы в 120 часов можно получить сильнейшее выгорание и тогда тот кто работает меньше успеет вас обогнать, пока вы снова найдет силы двигаться дальше.

Источник

«Не прекращай работать, даже если ты устал»: как трудоголизм стал модным явлением 21 века

Талантливые молодые люди работают по 18 часов в день и хвастаются этим в Instagram. Когда же трудоголизм успел превратиться в модный стиль жизни? Рассказывает журналистка The New York Times Эрин Гриффит.

Ни разу за всю свою жизнь я не думала в начале рабочей недели «#СлаваБогуСегодняПонедельник». И похоже, что я белая ворона своего поколения. Я поняла это, побывав в некоторых коворкингах WeWork в Нью-Йорке, где всюду висят слоганы вроде «Не останавливайся, даже если ты устал — остановиться можно, только когда ты все сделал».

Так выглядит культура хасла (hustle) — этим модным словом сейчас называют экстремальный трудоголизм. Сейчас его можно услышать повсюду. Например, Nike посвятили этой теме свою рекламную кампанию, есть новостная рассылка Huslte, а Гари Вайнерчук прямо называет хасл образом жизни.

«Сейчас статус предпринимателя — это нечто большее, чем карьера, — написано на информационной странице его компании One37pm. — Это амбиции, тщательная работа и хасл. Это живое выступление, показывающее вашу креативность… усердная серия тренировок, вызывающая прилив эндорфинов… нечто, раздвигающее рамки вашего мышления».

По такой логике нельзя не только переставать хаслить, но и вообще существовать без постоянного усердного труда. В этой новой рабочей культуре недостаточно просто любить свою работу — вы должны ее обожать и сообщать всем о своих чувствах в соцсетях.

Дэвид Хайнемайер Ханссон, сооснователь компании Basecamp, считает эту культуру эксплуататорской. «Большинство людей, пропагандирующих такой трудоголизм, на самом деле ничего не делают. Это обычно менеджеры, финансисты или владельцы компаний», — говорит он. Данные подтверждают, что сверхурочная работа не улучшает ни продуктивность, ни креативность, однако мифы о пользе хасла продолжают жить, поскольку такое отношение сотрудников к работе позволяет больше заработать топ-менеджерам.

Усердный труд и продуктивность превращается в нечто вроде религии. Эйдан Харпер, создатель европейского движения о сокращении рабочей недели 4 Day Week, считает, что идея о том, что главное в жизни человека — это работа, обесчеловечивает нашу суть.

«Получается, что наша единственная ценность в продуктивности и способности работать, а не в человечности, — сказал он. — Илон Маск выступает в роли эдакого священника. Вы каждый день ходите в офис, словно в церковь, и воздаете хвалу труду на алтаре работы».

Для адептов такой Церкви Вечного Хасла заниматься чем-то не связанным с работой считается греховным. Предприниматель Джонатан Кроуфорд признался, что ради своего стартапа Storenvy ему пришлось пожертвовать отношениями и заботой о своем здоровье — в итоге он серьезно набрал вес. Единственное общение у него происходило на мероприятиях по нетворкингу. Если он что-то читал, то это были книги о бизнесе. Он редко занимался чем-либо, что не приносило какую-то выгоду его компании.

Когда Кроуфорд почувствовал, что такая жизнь делает его несчастным, он решил все поменять. Сейчас он активно призывает других предпринимателей отвлекаться от рабочих дел — читать художественную литературу, смотреть фильмы или играть. «Для некоторых такие советы становятся настоящим откровением, поскольку люди не понимают, что превращаются в рабочий ресурс», — прокомментировал Кроуфорд.

В наше время легко привыкнуть к бесконечной конкурентной гонке и стрессу.

«Если у тебя нормальная рабочая неделя, то в глазах сверстников ты выглядишь лентяем, — сказал Берни Клиндер, консультант из одной крупной технологической компании. Однако он старается не переусердствовать. — Я стараюсь не забывать, что если завтра я умру от усталости, то все мои красивые награды полетят в мусорку, а на мое место начнут искать нового сотрудника еще до того, как в газете опубликуют мой некролог».

Любопытно, что больше всего подвержены трудоголизму миллениалы, которых принято считать ленивыми и избалованными. Дело в том, что это поколение стремится соответствовать собственным завышенным ожиданиям. Его представители росли и верили, что хорошие оценки и особые достижения обязательно помогут им получить работу мечты. В итоге большинство оказывается на скучных должностях и выполняет монотонную работу. Вся эта радость от понедельника и активная пропаганда трудоголизма — всего лишь их защитная реакция на неоправданные ожидания.

Хайнемайер Ханссон считает, что скоро такому отношению придет конец. Сотрудники некоторых крупных компаний уже выходят на протесты из-за нарушений условий труда, а со временем придет черед и возмущений насчет культуры трудоголизма. «Люди не станут терпеть эту глупость, — сказал он. — И не будут верить в то, как прекрасно контролировать свои походы в туалет, лишь бы поработать побольше». Последние слова были отсылкой к фразе бывшей руководительницы Yahoo Мариссы Мейер, которую она сказала в одном интервью в 2016 году. Тогда она заявила, что работать по 130 часов в неделю вполне реально, «если стратегически распланировать время на сон, принятие душа и походы в туалет».

Источник

Погоня за Илоном Маском — из офиса в могилу. Почему полезного трудоголизма не бывает

Доводы ученых против культуры hustle

Но­во­сти о лю­дях, ко­то­рые из-за по­сто­ян­ных пе­ре­ра­бо­ток по­до­рва­ли здо­ро­вье или во­все по­гиб­ли, в по­след­ние годы встре­ча­ют­ся по­сто­ян­но. Пре­успе­ва­ю­щий ад­во­кат из Крем­ни­е­вой до­ли­ны ра­бо­тал по 60 ча­сов в неде­лю, под­сел на нар­ко­ти­ки и умер в сво­ем доме от пе­ре­до­зи­ров­ки — на­шу­мев­шая ис­то­рия, опуб­ли­ко­ван­ная в New York Times в 2017 году. У 35-лет­ней гла­вы от­де­ле­ния боль­ни­цы, ра­бо­тав­шей по 60-75 ча­сов еже­не­дель­но, по­яви­лась силь­ная хро­ни­че­ская боль в жи­во­те и ощу­ще­ние экс­тре­маль­ной уста­ло­сти, она по­те­ря­ла кон­троль над упо­треб­ле­ни­ем пищи и ал­ко­го­ля. Жур­на­лист­ка от­ка­за­лась от вы­ход­ных, за ме­сяц на­бра­ла 159 ча­сов пе­ре­ра­бот­ки и умер­ла от сер­деч­ной недо­ста­точ­но­сти в 31 год.

Это ка­жет­ся стран­ным в де­ся­ти­ле­тие, ко­гда идея, что че­ло­век дол­жен за­бо­тить­ся о себе и стре­мить­ся быть счаст­ли­вым, транс­ли­ру­ет­ся по­все­мест­но. Но факт оста­ет­ся фак­том: на­ря­ду со все­лен­ной well-be­ing су­ще­ству­ет дру­гая — в ко­то­рой по­ощ­ря­ет­ся ра­бо­тать на из­нос для до­сти­же­ния мак­си­маль­но­го ре­зуль­та­та. Это куль­ту­ра hus­tle (hus­tle — мно­го­знач­ное ан­глий­ское сло­во, ко­то­рое пе­ре­во­ди­лось как «су­е­та», «афе­ра», «хал­ту­ра», а те­перь — и как «бе­ше­ная де­я­тель­ность»). В ней че­ло­век не спит. Не де­ла­ет пе­ре­ры­вов на обед. Не бе­рет от­пуск. По­па­да­ет до­мой бли­же к ночи, что­бы ран­ним утром вер­нуть­ся к ра­бо­те. Пе­ре­ста­ет счи­тать суб­бо­ту и вос­кре­се­нье вы­ход­ны­ми. Не вспо­ми­на­ет о ба­лан­се лич­ной и про­фес­си­о­наль­ной жиз­ни. Пре­одо­ле­вать, идти впе­ред, бо­роть­ся — вот де­виз куль­ту­ры hus­tle.

От Эди­со­на до Jay-Z

По­сто­ян­ный труд во имя ре­зуль­та­та не но­вая мысль. Го­су­дар­ствен­ные де­я­те­ли и пред­при­ни­ма­те­ли про­шло­го так же вос­пе­ва­ли ра­бо­ту и сво­им при­ме­ром по­ка­зы­ва­ли, что упор­ство при­во­дит к успе­ху. Вы­ра­же­ние То­ма­са Эди­со­на «Я не по­тер­пел неуда­чу, я про­сто на­шел 10 ты­сяч спо­со­бов, ко­то­рые не ра­бо­та­ют» ста­ло кры­ла­тым для мно­гих по­ко­ле­ний биз­не­сме­нов. Но по­хо­же, что мил­ле­ни­а­лы ока­за­лось осо­бен­но вос­при­им­чи­вы­ми к этой идее — в том чис­ле из-за раз­ви­тия тех­но­ло­гий.

По сло­вам Дже­ре­ми Лит­тау, до­цен­та жур­на­ли­сти­ки и ком­му­ни­ка­ций Ли­хай­ско­го уни­вер­си­те­та (США), циф­ро­вые ме­диа дра­ма­ти­че­ски из­ме­ни­ли по­ни­ма­ние об­ще­ния с окру­жа­ю­щи­ми, и это, в свою оче­редь, дало кон­цеп­ции hus­tle но­вую жизнь. «Циф­ро­вые ме­диа со­зда­ют об­щее ощу­ще­ние при­вя­зан­но­сти к сред­ствам свя­зи и сти­му­ли­ру­ют идею, что мы долж­ны не вы­пус­кать наши де­вай­сы из рук, — по­яс­ня­ет он. — Эта мысль про­ни­ка­ет в ра­бо­чую сфе­ру, и ваш на­чаль­ник ждет, что вы все­гда бу­де­те в пре­де­лах до­ся­га­е­мо­сти, что­бы сра­зу же ре­шить про­бле­му, если она воз­ник­нет».

Со­ци­аль­ные сети тоже вно­сят свой вклад. Они не толь­ко дают нам воз­мож­ность транс­ли­ро­вать имидж луч­шей вер­сии себя (ко­то­рый обыч­но не от­ра­жа­ет всей ре­аль­но­сти), но и со­зда­ют сре­ду, в ко­то­рой мы, бу­дучи по­сто­ян­но на свя­зи, срав­ни­ва­ем себя с дру­ги­ми и неиз­беж­но пы­та­ем­ся ка­зать­ся не хуже, то есть кон­ку­ри­ру­ем. Как от­ме­ча­ет Лит­тау, люди все­гда ис­ка­ли спо­соб де­мон­стри­ро­вать осталь­ным соб­ствен­ный успех, и со­ци­аль­ные сети предо­ста­ви­ли нам бес­пре­це­дент­ный до­ступ к ауди­то­рии. Если рань­ше че­ло­век срав­ни­вал себя с несколь­ки­ми со­се­дя­ми и дру­зья­ми, то в вир­ту­аль­ном мире «со­се­дя­ми» ста­ли сот­ни и ты­ся­чи лю­дей.

По­жа­луй, са­мый за­мет­ный по­сле­до­ва­тель и про­по­вед­ник куль­ту­ры hus­tle — ос­но­ва­тель Tesla и SpaceX Илон Маск. Пред­при­ни­ма­тель за­яв­ля­ет, что ра­бо­та­ет по 80-90 ча­сов в неде­лю, а пе­ред вы­пус­ком Tesla Model 3 тру­дил­ся и по 120 ча­сов. Он спит 6 ча­сов в сут­ки и про­пус­ка­ет зав­трак, «что­бы на­чать ра­бо­чий день как мож­но рань­ше». С та­ким ре­жи­мом при­дет­ся сми­рить­ся, если хо­чешь чего-то до­бить­ся, счи­та­ет Маск. «Мир пока ни разу не ме­нял тот, кто ра­бо­та­ет по 40 ча­сов», — го­во­рит он.

По­ми­мо гла­вы Tesla в спис­ках «хасле­ров», ко­то­рые неслож­но най­ти он­лайн, нема­ло дру­гих су­перуспеш­ных лю­дей изо всех сфер биз­не­са: от Ген­ри Фор­да и Уо­л­та Дис­нея до рэпе­ра Jay-Z, пред­при­ни­ма­те­ля Ричар­да Бр­эн­со­на, те­ле­ве­ду­щей Опры Уин­фри и ис­пол­ни­тель­но­го ди­рек­то­ра Face­book Ше­рил Сэнд­берг. Их ме­дий­ное вли­я­ние огром­но. К при­ме­ру, если мож­но счи­тать их ауди­то­ри­ей под­пис­чи­ков в Twit­ter, то сум­мар­ный охват все­го трех зна­ме­ни­тых се­го­дняш­них сто­рон­ни­ков hus­tle (кро­ме Jay-Z, с недо­ве­ри­ем от­но­ся­ще­го­ся к соц­се­тям) — 55 млн че­ло­век; вме­сте с Ило­ном Мас­ком — свы­ше 80 млн.

Ра­бо­та ради ра­бо­ты

«Тру­до­го­лизм стал сти­лем жиз­ни», кон­ста­ти­ру­ет де­ло­вой жур­на­лист NYT Эрин Гриф­фит. В со­вре­мен­ной куль­ту­ре по­сто­ян­ная ра­бо­та пе­ре­ста­ла быть про­сто сред­ством про­дви­же­ния по ка­рьер­ной лест­ни­це, она пре­вра­ща­ет­ся в глав­ную со­став­ля­ю­щую лич­но­сти. Осталь­ные же ак­тив­но­сти, ко­то­рые кто-то вос­при­ни­ма­ет как рав­но­цен­ные ра­бо­те, слу­жат вто­ро­сте­пен­ны­ми и вспо­мо­га­тель­ны­ми. Он­лайн-ре­сурс One37pm, став­ший од­ним из гла­ша­та­ев hus­tle, объ­яс­ня­ет: «жи­вой кон­церт под­пи­ты­ва­ет вашу кре­а­тив­ность, тре­ни­ров­ка обес­пе­чи­ва­ет по­ток эн­дор­фи­нов, вдох­нов­ля­ю­щий ли­дер рас­ши­ря­ет гра­ни­цы мыш­ле­ния». Дру­ги­ми сло­ва­ми, смысл по­се­ще­ния кон­цер­та или спорт­за­ла — по­лу­чить но­вые сти­му­лы для даль­ней­шей ра­бо­ты.

В этой но­вой ра­бо­чей куль­ту­ре вам недо­ста­точ­но про­сто по­лу­чать удо­вле­тво­ре­ние от про­фес­си­о­наль­ной де­я­тель­но­сти. Ее нуж­но го­ря­чо лю­бить, де­мон­стри­руя эту лю­бовь в соц­се­тях, та­ким об­ра­зом сли­ва­ясь во­еди­но с ком­па­ни­ей, в ко­то­рой ра­бо­та­ешь. Без­раз­ли­чие к сво­ей ра­бо­те в этом кон­тек­сте бо­лее не яв­ля­ет­ся чем-то со­ци­аль­но при­ем­ле­мым, а лю­бой че­ло­век дол­жен по­ни­мать: если он не нач­нет пре­не­бре­гать зав­тра­ком (и всем осталь­ным) во имя тру­да, как Илон Маск, его шан­сы до­стичь успе­ха по­стра­да­ют.

Мень­ше, да луч­ше

Без­услов­но, та­кое от­но­ше­ние вы­зы­ва­ет мно­го спо­ров. Мно­гие счи­та­ют, что за­ста­вить це­лое по­ко­ле­ние смот­реть на ра­бо­ту в та­ком све­те — меч­та ра­бо­то­да­те­лей, ко­то­рая не про­сто не вы­год­на, но и ток­сич­на для их со­труд­ни­ков. Даже стран­но, что по­кло­не­ние тру­ду вы­жи­ва­ет по­сле ис­сле­до­ва­ний, по­ка­зы­ва­ю­щих, что ни про­из­во­ди­тель­ность, ни кре­а­тив­ность не за­ви­сят от про­дол­жи­тель­но­сти ра­бо­че­го дня. Дол­гое си­де­ние в офи­се, чрез­мер­ные на­груз­ки и нехват­ка сна ста­ли зна­ка­ми по­че­та для со­вре­мен­ных про­фес­си­о­на­лов. А долж­ны бы стать при­зна­ком глу­по­сти — на этом на­ста­и­ва­ют ав­то­ры про­шло­год­не­го бест­сел­ле­ра New York Times под на­зва­ни­ем It Does­n’t Have to Be Crazy At Work.

Ис­сле­до­ва­ний, под­твер­жда­ю­щих та­кую точ­ку зре­ния, на­ко­пи­лось бо­лее чем до­ста­точ­но. Они, в част­но­сти, ука­зы­ва­ют на то, что слиш­ком дол­гие ра­бо­чие дни ас­со­ци­и­ру­ют­ся с по­вы­ше­ни­ем рис­ка по­яв­ле­ния де­прес­сии, склон­но­стью к зло­упо­треб­ле­нию ал­ко­го­лем и та­ба­ком. Даже неболь­шое пре­вы­ше­ние «нор­мы», за ко­то­рую взя­ли 40-ча­со­вую ра­бо­чую неде­лю, мо­жет за­мет­но уве­ли­чить риск раз­ви­тия сер­деч­но-со­су­ди­стых за­бо­ле­ва­ний. Пуб­ли­ка­ция в Amer­i­can Jour­nal of In­dus­trial Med­i­cine сви­де­тель­ству­ет, что труд по 61-70 ча­сов в неде­лю уве­ли­чи­ва­ет ве­ро­ят­ность по­яв­ле­ния ко­ро­нар­ной бо­лез­ни на 42%, а 71-80-ча­со­вая ра­бо­чая неде­ля — на 63%. Как объ­яс­ня­ют уче­ные, про­дол­жи­тель­ная на­груз­ка озна­ча­ет, что у ор­га­низ­ма не оста­ет­ся вре­ме­ни на вос­ста­нов­ле­ние по­сле ис­пы­тан­но­го стрес­са, а так­же со­кра­ща­ет­ся вре­мя сна, необ­хо­ди­мо­го для нор­ма­ли­за­ции ра­бо­ты тела.

Вли­я­ние недо­стат­ка сна на здо­ро­вье — от­дель­ная об­ласть для изу­че­ния, и ре­зуль­та­ты ис­сле­до­ва­ний убе­ди­тель­но до­ка­зы­ва­ют, что нехват­ка от­ды­ха ока­зы­ва­ет чрез­вы­чай­но се­рьез­ный эф­фект. Она вли­я­ет на ка­че­ство па­мя­ти, мо­жет вы­зы­вать пе­ре­па­ды на­стро­е­ния, нега­тив­но ска­зы­ва­ет­ся на кре­а­тив­но­сти, спо­соб­но­сти кон­цен­три­ро­вать­ся на те­ку­щих за­да­чах и при­ни­мать ре­ше­ния. По­сколь­ку сон необ­хо­дим для по­вы­ше­ния эф­фек­тив­но­сти им­мун­ной си­сте­мы, его недо­ста­ток ска­зы­ва­ет­ся на им­му­ни­те­те. У тех, кто мало спит, по­вы­ша­ет­ся со­дер­жа­ние са­ха­ра в кро­ви (вме­сте с риском раз­ви­тия диа­бе­та II типа), рас­тет кро­вя­ное дав­ле­ние, уве­ли­чи­ва­ет­ся ве­ро­ят­ность на­бо­ра лиш­не­го веса.

Ка­че­ство, а не ко­ли­че­ство

По­ми­мо все­го это­го, су­ще­ству­ет мас­са под­твер­жде­ний того, что бес­ко­неч­ная ра­бо­та во­все не кор­ре­ли­ру­ет с по­вы­ше­ни­ем про­из­во­ди­тель­но­сти тру­да. «Идея, что сек­рет про­фес­си­о­наль­но­го успе­ха за­клю­ча­ет­ся в дол­гом ра­бо­чем дне, невер­на, — за­яв­ля­ет вице-пре­зи­дент Twit­ter в стра­нах Ев­ро­пы Брюс Дэйс­ли. — Сред­ний со­труд­ник си­дит в офи­се доль­ше, но в дей­стви­тель­но­сти до­сти­га­ет мень­ше­го. Сле­ду­ет ста­рать­ся до­би­вать­ся боль­ше­го в те­че­ние бо­лее ко­рот­ких про­ме­жут­ков вре­ме­ни».

Дей­стви­тель­но, пи­шет Inc.com, в про­из­вод­ствен­ных от­рас­лях 10-про­цент­ное уве­ли­че­ние про­дол­жи­тель­но­сти ра­бо­че­го дня при­во­дит к сни­же­нию про­из­во­ди­тель­но­сти на 2,4%, а сре­ди офис­ных со­труд­ни­ков, ра­бо­та­ю­щих свы­ше 60 ча­сов в неде­лю, про­дук­тив­ность па­да­ет на 25%. В свою оче­редь, по­вы­шен­ная на­груз­ка на ор­га­низм вли­я­ет на здо­ро­вье, и в ком­па­ни­ях, где пе­ре­ра­бот­ки — нор­маль­ная прак­ти­ка, пер­со­нал чаще бе­рет боль­нич­ный.

Из­вест­ный швед­ский пси­хо­лог Ан­дерс Эрикс­сон, спе­ци­а­ли­зи­ру­ю­щий­ся на изу­че­нии пи­ко­вой про­из­во­ди­тель­но­сти ор­га­низ­ма, утвер­жда­ет, что даже наи­бо­лее успеш­ные пред­ста­ви­те­ли боль­шин­ства про­фес­сий — от спор­та до му­зы­ки — не спо­соб­ны под­дер­жи­вать необ­хо­ди­мую для ра­бо­ты кон­цен­тра­цию доль­ше 4-5 ча­сов за раз. А на са­мом деле, кон­ста­ти­ру­ет он, боль­шин­ство экс­пер­тов и уче­ных от­во­дят себе на наи­бо­лее на­пря­жен­ную ум­ствен­ную ра­бо­ту лишь пару ча­сов в день, обыч­но утром. Дру­гие ис­сле­до­ва­ния и во­все об­на­ру­жи­ли, что кон­цен­тра­ция на од­ной за­да­че осла­бе­ва­ет уже спу­стя 20 ми­нут.

Тому, кто си­дит в офи­се 10 ча­сов под­ряд, это мо­жет по­ка­зать­ся ни­чтож­ным от­рез­ком, но ис­сле­до­ва­ния по­ка­зы­ва­ют, что непо­сред­ствен­но ра­бо­та от­ни­ма­ет у сред­не­го че­ло­ве­ка мень­ше 3 ча­сов из 8 ра­бо­чих — осталь­ное вре­мя ухо­дит на чте­ние но­во­стей, про­вер­ку соц­се­тей, пе­ре­ку­ры, пе­ре­ку­сы и про­кра­сти­на­цию. Ве­ро­ят­но по­это­му ком­па­нии в раз­ных стра­нах, от Но­вой Зе­лан­дии до Ве­ли­ко­бри­та­нии и США, про­во­дят экс­пе­ри­мен­ты по со­кра­ще­нию ра­бо­чей неде­ли до 30-32 ча­сов и ра­пор­ту­ют о по­зи­тив­ных ре­зуль­та­тах.

Ра­бо­ты Эрикс­со­на, из­дан­ные в 90-х, по­слу­жи­ли фун­да­мен­том для зна­ме­ни­то­го «пра­ви­ла 10 ты­сяч ча­сов» Мал­коль­ма Гла­ду­эл­ла, ко­то­рое гла­сит, что что­бы в со­вер­шен­стве овла­деть на­вы­ком, необ­хо­ди­мо прак­ти­ко­вать­ся в нем ука­зан­ное ко­ли­че­ство вре­ме­ни. Но Эрикс­сон с кол­ле­га­ми под сло­вом «прак­ти­ка» под­ра­зу­ме­ва­ли ак­тив­ность, ко­то­рую мож­но под­дер­жи­вать лишь огра­ни­чен­ное вре­мя в те­че­ние дня. Что­бы пре­успеть, от­ме­ча­ли они, сле­ду­ет «из­бе­гать пе­ре­утом­ле­ния» и ра­бо­тать столь­ко, что­бы вы смог­ли пол­но­стью вос­ста­но­вить силы в кон­це дня и неде­ли. Дру­ги­ми сло­ва­ми, если прак­ти­ки слиш­ком мно­го, воз­рас­та­ет ве­ро­ят­ность трав­мы, «пе­ре­го­ра­ния» или ум­ствен­но­го ис­то­ще­ния. Это мож­но при­ме­нить и к офис­ной ра­бо­те.

Ищи, кому вы­год­но

Воз­мож­но, со­вре­мен­ная вер­сия hus­tle-куль­ту­ры вы­рос­ла из ис­крен­не­го стрем­ле­ния ра­бо­то­да­те­лей при­влечь луч­шие та­лан­ты и сде­лать жизнь со­труд­ни­ков мак­си­маль­но удоб­ной и эф­фек­тив­ной. Что­бы до­бить­ся это­го, ком­па­нии на­ча­ли пред­ла­гать не толь­ко обе­ды и ме­ди­цин­скую стра­хов­ку, но и спорт­за­лы, тре­не­ров по йоге, вра­чей, при­смотр за детьми и даже пра­чеч­ные — все в од­ном зда­нии, что­бы со­труд­ни­ки мог­ли про­во­дить в офи­се мак­си­мум вре­ме­ни. Но те­перь, кон­ста­ти­ру­ет Гриф­фит, все это боль­ше по­хо­же на обыч­ную про­па­ган­ду об­ра­за иде­аль­но­го со­труд­ни­ка.

Мно­гие вра­чи и пред­при­ни­ма­те­ли при­зы­ва­ют по­ло­жить ко­нец куль­ту­ре, вос­пе­ва­ю­щей бес­ко­неч­ный бег в ко­ле­се, срав­ни­вая тру­до­го­лизм с за­ви­си­мо­стью. В лю­дях, без­услов­но, при­ро­дой за­ло­же­но стрем­ле­ние кон­ку­ри­ро­вать. Но ко­гда каж­дый стре­мит­ся по­бе­дить каж­до­го, это стрем­ле­ние вниз — к вы­го­ра­нию, ухуд­ше­нию ре­зуль­та­тов и про­бле­мам со здо­ро­вьем. Или хуже. «Если в ва­ших кол­ле­гах есть дух со­пер­ни­че­ства, вы со сво­ей „нор­маль­ной ра­бо­чей неде­лей“ бу­де­те вы­гля­деть ха­ляв­щи­ком, — го­во­рит со­труд­ник круп­ной тех­но­ло­ги­че­ской ком­па­нии Бер­ни Клин­дер, ра­бо­та­ю­щий по 11 ча­сов 5 дней в неде­лю. — Но я ста­ра­юсь не за­бы­вать, что если зав­тра я сва­люсь за­мерт­во, объ­яв­ле­ние о ва­кан­сии на мою долж­ность по­явит­ся в га­зе­те рань­ше, чем некро­лог».

Источник