Как пережить предательство близких и обуздать жажду мести?
В понедельник, 1 марта, на телеканале «МИР» стартует остросюжетный сериал «Знахарь». Главный герой – молодой перспективный врач, счастливый муж и баловень судьбы – в один миг лишается всего. Он обвиняется в убийстве, которого не совершал, и попадает за решетку. Но даже там он остается верен своей профессии и лечит людей, за что получает кличку Знахарь. Уже в тюрьме он узнает, что все случившееся – это не просто злой рок, а результат предательства самых близких людей. Не в силах простить тех, кого любил, он отрекается от прошлой жизни и начинает новую, цель которой – месть.
Смотрите с понедельника по четверг в 18:00 на телеканале «МИР» сериал «Знахарь».
В жизни действительно бывает так, что самые родные люди, которых человек любил и верил им, оказываются предателями или кажутся нам таковыми. О том, как пережить подобную трагическую ситуацию, простить близких и отказаться от мести, рассказали в интервью «МИР 24» психологи и психотерапевты.
Депрессия или месть? Ни то, ни другое!
«По-настоящему близкий человек всегда значим и ценен, и поэтому в случае предательства с его стороны у вас могут возникнуть психологические состояния, характеризующиеся широким диапазоном различных эмоциональных реакций депрессивного типа: от подавленности, печали, апатии до чувств обиды, разочарования», – говорит клинический психолог, ведущий авторских курсов и тренингов, коуч Борис Кононов. По словам психолога, могут сработать и механизмы психологической защиты в форме фантазирования на тему мести, но, как правило, со временем происходит обесценивание предателя и ослабление агрессивного фантазирования.
«В случае же предательства близкого по отношению к лицу, чье собственное «Я» стоит выше, как правило, со стороны последнего возникают всевозможные насильственые проявления, начиная от словесных форм агрессии и заканчивая нанесением физического ущерба обидчику, вплоть до мести в форме убийства, – говорит клинический психолог. – Например, петербуржский историк, специалист по военной истории Франции, Олег Соколов, удовлетворяя свое «наполеоновское Эго», хладнокровно и с особым цинизмом лишил жизни свою студентку, соавтора научных работ, с которой возникли разногласия в личных и интимных отношениях».
Возникает закономерный вопрос: как не свалиться ни в одну из крайностей и пережить кризисную жизненную ситуацию, простить близким их предательство и отказаться от «симметричного ответа»?
«Разумеется, каждая история предательства по-своему уникальна, и, к сожалению, идеального рецепта нет, но есть общие рекомендации, которые смогут помочь самостоятельно пережить психотравмирующую ситуацию без особого вреда для собственного психологического здоровья», – говорит Борис Кононов. Вот его рекомендации:
«Чтобы понять феномен мести необходимо обратиться к более простым аффектам, которые правят бал психики, – говорит психолог Александр Скуртул. – Нападение одного живого существа на другого нередко продиктовано агрессией для защиты. Логика примерно такая: «Кто-то желает меня уничтожить (лишить благ, понизить в иерархии, прогнать), поэтому я должен побороться за свою жизнь». Дело в том, что предательство также воспринимается человеком как нападение на его Я. Предательство унижает нас, самоценность падает, мы испытываем комплекс неприятных чувств, лишающих нас оптимизма и веры в светлое будущее. Чтобы восстановить самоценность, хочется нанести обидчику не меньший урон – что и считается в первобытной культуре восстановлением справедливости».
Однако, если в животном мире каждый акт унижения действительно напрямую сопрягался с дальнейшими шансами на выживание, то в человеческой цивилизации предательства, по словам специалиста, просто вызывают чувства, призывающие нас забеспокоиться о жизни по эволюционной инерции, но жизни ничто не угрожает.
Если от нас ушел партнер или брат порочит наше имя в кругу друзей, то отместка лишь умножит боль в этом мире и подарит небольшое облегчение нам. Поэтому, по словам психолога, важно сохранять осознанность и понимать чувства, которые нами управляют. Важно трезво оценивать смысл, средства и результат. И, конечно же, задавать себе главный вопрос: «Что мне это даст?». Не лучше ли свои усилия направить в положительное созидательное русло? Постараться абстрагироваться от мыслей о предательстве и сосредоточиться на том, что приносит удовольствие.
А было ли предательство?
Психолог, коуч Лилия Левицкая советует в случае жизненного кризиса для начала остановиться и успокоиться, ведь в состоянии аффекта практически все решения будут неверными и разрушающими личность.
«После этого важно понять, какой опыт именно вам несет эта ситуация, ведь предательство – понятие относительное, – говорит специалист. – Никто никому не принадлежит на 100%, и если в каких то отношениях человеку плохо и его потребности не удовлетворяются, то он будет искать способ быть счастливее. Поэтому «предатель» и «жертва» здесь – всего лишь люди, которые не смогли вместе быть счастливыми и не смогли построить отношения, а значит, оба ответственны за результат. Именно ответственны, а не виноваты».
Учитесь на боли, а не усиливайте ее с помощью мести, советует коуч. И очень хорошо изучите Декларацию принятия реальности, ведь реальность такова, какова она есть. Вот эта Декларация в изложении Лилии Левицкой:
Как пережить предательство?
Что болезненнее всего переживает человек? Наверное, на этот вопрос может быть немало ответов — все мы очень разные. Но тем не менее мало что причиняет такую боль, как предательство близкого (или казавшегося какое-то время таковым) человека. Да-да, именно близкого, все ведь, скорее всего, сегодня знакомы с таким расхожим присловьем: «Предают всегда свои». Конечно, свои — потому что чужие как могут предать? На них мы и не надеялись, им не доверялись, не открывали своих сердечных тайн, не думали о них и о себе как о частях единого целого.
А свои. Как же это тяжело бывает, когда ты сталкиваешься с обманом со стороны того, кому, казалось, всецело верил. Или узнаешь, что твой друг выступает заодно с твоими врагами против тебя. Или выясняешь неожиданно, что он метит на твое место, интригует, клевещет, ведет нечистую и нечестную игру.
Дело не в том, что «свой» имеет возможность ударить в спину — чужих-то мы редко пускаем в тыл. Не в том, что он может нанести максимальный урон. Намного важней другое. Кажется, что земля уходит из-под ног, непонятно даже становится, как жить-то дальше, если тут такое.
«Не надейтеся на князи, на сыны человеческия, в нихже несть спасения» (Пс. 145, 3). И паки: «Проклят всяк надеющийся на человека» (Иер. 17, 5). И еще: «Благо есть надеятися на Господа, нежели надеятися на человека, благо есть уповати на Господа, нежели уповати на князи» (Пс. 117, 8-9).
Но ведь уже понадеялись, уже возуповали. И теперь не просто разочаровались, обманулись, а именно что проклятию подверглись! И как справиться с обуревающими нас чувствами, как исцелить сердечные раны, как, в конце концов, простить?! Ведь точно ждет от нас Господь, чтобы примирились мы внутренне — и с происшедшим, и с людьми, чтобы не осталось в нас ни удрученности, подавленности пережитым, ни озлобленности, ни ожесточения.
Мне кажется, что в подобных случаях мы практически всегда совершаем одну и ту же ошибку, в основе которой, конечно же, наше неправильное отношение к своему «я». Откуда это ощущение — предательства, измены? Оттуда, вероятно, что мы прежде считали, что нас связывают с человеком те отношения, которые налагают и на нас, и на него определенные обязательства. Но на самом деле — разве имеем мы право требовать от него – другого — того же, чего требуем от себя? От себя — пожалуйста! А от другого — нет. Это же не бизнес, не договорные отношения с подписанием вороха бумаг, штампами и печатями. Это живая жизнь, в которой мы должны поступать по своей христианской совести и не быть арбитрами в отношении совести чужой.
И почему мы вообще воспринимаем то, что человек делает, непременно как имеющее отношение к нам? Он-то, скорее всего, думает о нас менее всего. Он думает о себе — о своих обстоятельствах, проблемах, интересах, нуждах и так далее. Он не ставит перед собой цели предать нас, причинить нам боль, досадить, уязвить, просто поступает так, как ему удобней и выгодней, только и всего.
Горько нам от того, что мы переживаем как предательство, неуютно на душе. Но хорошо бы разобраться все же — отчего именно. Если оттого, что нас предали, нам не были верны, то есть ли у нас на самом деле основания требовать этой верности и осуждать того, в ком ее не обрели? Пожалуй, что и нет: люди и Богу верности не хранят, что уж о нас говорить. Если же оттого горько, что обманулись в человеке, думали о нем лучше, чем он оказался, а теперь узнали его и словно потеряли, то что ж. Он свободен быть таким, каким хочет, а нам остается лишь отойти в сторону, но опять же — не осуждая.
Трудно это? Да не то слово! Настолько, что вообще редко когда удается сразу так настроиться и так поступить. Трудно, но возможно — с помощью Того, Кто и подлинные предательство и отступничество так часто прощает, и наши — в том числе. И если не растравлять намеренно в сердце рану, не превращать ее в медленно, мучительно разъедающую его язву, а прибегнуть к бесконечное число раз Преданному и Оставленному, но никого не Предающему и не Оставляющему, то Он, конечно, научит нас, как и из этой беды и скорби извлечь пользу для своей души. И больше того — как через это приблизиться к Нему, стать хоть чуть-чуть похожим, хотя бы немного сродниться.
