что делали французы в москве 1812 года

Как французы грабили Москву в 1812 году

В марте 1814 года после непродолжительного штурма Париж был взят. Союзные войска вступили на улицы города. Во главе победителей в поверженный город въехал русский император Александр I на жеребце Эклипс, который был подарен ему Наполеоном в 1807 году в честь Тильзитского мирного договора.

Парижане с ужасом ждали мести со стороны русских за московский пожар 1812 года, но этого не случилось. Русские войска вошли в Париж с миром, – так повелел император. В отличие от солдат наполеоновской армии, осквернявших русские святыни, грабивших всё и вся на русской земле, русские вели себя учтиво. Три месяца в Париже находились русские войска, и город совершенно не пострадал от их присутствия. Город продолжал работать все эти месяцы, были открыты лавки, выступали артисты, улицы были заполнены парижанами…

В.В. Верещагин. Перед Москвою. Ожидание депутации бояр. Наполеон на Поклонной горе

Где ключи от города?

Но вернёмся на два года назад. 14 сентября 1812 года после знаменитого Бородинского сражения Наполеон прибыл на Поклонную гору. В те времена она находилась от города в трёх верстах. Время прошло в ожидании, что из Москвы прибудет делегация, и завоевателю, как принято в европейских городах, принесут символические ключи от города. Ничего такого не произошло, и Бонапарт приказал идти дальше. У Дорогомиловской заставы, у Камер-Коллежского вала он ещё немного подождал, но результат был тот же. Императору доложили, что русская армия и жители покинули город. Такое сообщение сначала вызвало недоумение, которое позднее переросло в уныние и огорчение. Только через час Наполеон въехал в Москву и расположился в Кремле.

Пожар Москвы в 1812 году

Московский пожар

14 сентября в разных местах Москвы начались поджоги. Французы были уверены, что Москва поджигается по приказу московского губернатора графа Фёдора Ростопчина. Сам граф впоследствии высказывал различные гипотезы, согласно которым он то отдавал приказ для поджога, то не отдавал. Русские обвиняли в поджогах, естественно, французов. Тем не менее только в подозрении на совершение поджогов французским военно-полевым судом было расстреляно 400 москвичей.

В ночь с 15 на 16 сентября поднялся сильный ветер, и Москва заполыхала ещё сильней. Начались пожары в центре, вблизи Кремля, в Замоскворечье, на Лубянке. В самый разгар пожара Наполеон покинул Кремль и переехал в Петровский путевой дворец. В одном из писем очевидец тех событий сообщает о том, что сгорело, что осталось; в частности, из 30 тысяч московских домов осталось только 5 тысяч.

Наполеон наблюдает за пожаром с кремлевской стены

Современные вандалы

Несмотря на то, что пожар продолжался до 18 сентября и выжег большую часть города, добыча досталась захватчикам огромная. 200 лет Москва не подвергалась разграблениям, она строилась и богатела. Она была самой настоящей сокровищницей. Московский Кремль, церкви и монастыри хранили серебро, золото и воинские трофеи. Уникальными сокровищами были наполнены усадьбы знати, особняки купцов. В Москве были сосредоточены богатейшие коллекции живописи, скульптуры и прикладного искусства. Покидая город, хозяева богатств просто физически не успевали всё это вывезти.

И началось…. С подобным разграблением наше Отечество не сталкивалось со времён нашествия поляков в начале XVII века. Историки спорят, что мог и чего не сделал Наполеон, чтобы остановить своих славных солдат и не менее славных своих союзников. Всего пять недель были войска Наполеона в городе, и все пять недель шёл непрекращающийся грабёж. Уже вскоре в сторону границы потянулись обозы с московскими сокровищами.

Французы бесчинствуют в Москве

Сокровища Кремля

В Кремле находился Наполеон, но это не помешало осквернению храмов. Все церкви были ограблены. Рассказывают, что в Успенском соборе вместо паникадила были установлены большие весы, на которых взвешивали выплавленное золото и серебро из награбленных церковных сокровищ, риз, окладов. Здесь же французы установили плавильные печи и стойла для лошадей французского императора. Цивилизованная Франция воровала в промышленных масштабах. Когда русские вернулись, они были вынуждены опечатать Успенский собор, чтобы народ не увидел учинённых бесчинств.

Наполеон покидает Москву

С колокольни Ивана Великого сняли громадный крест. Как французы ни старались, его при демонтаже всё равно раскололи. С него сняли серебряные плиты, которыми он был облицован.

В ряде храмов были устроены конюшни. Оконными рамами топили печи. Всё что представляло какую-то ценность, переплавлялось. Мощи святых были изуродованы, гробницы были наполнены нечистотами. Иконы, украшавшие церкви, были перепачканы и расколоты.

Так не доставайся никому…

В Москву Наполеон вошёл с армией в 110 тысяч человек. За время пребывания в городе от пожара, болезней и действий партизан он лишился 30 тысяч.

Французы грабят имущество москвичей

Бонапарт был вынужден начать отступление. 20 октября озлобленный Наполеон издал приказ, повелевавший разрушить Москву. По его распоряжению 22 и 23 октября должны быть преданы огню магазины с водкой, казармы и публичные учреждения, правда, кроме дома для детского приюта. Не правда ли, очень гуманно…

В.В. Верещагин. Поджигатели. Расстрел в Кремле

Куда всё делось

Естественно, самая ценная добыча досталась «атаману разбойников» – Наполеону. Его добыча ехала в специальном «золотом обозе» под охраной гвардии. К сожалению, для французов, дорога домой оказалась совсем несчастливой. Отступать приходилось по старой Смоленской дороге, уже разорённой войной. Со всех сторон отступающие войска подвергались нападениям регулярной русской армии и партизан.

Французские солдаты грабят и пьют

Так вот, трофеи до Парижа не добрались, – они исчезли. В мемуарах французского генерала де Сегюра сообщалось, что отступавшие вынуждены были сбросить в Семлёвское озеро всю вывезенную из Москвы добычу. Ему вторит известный английский писатель Вальтер Скотт, который написал биографию Наполеона, он также в этой связи упоминал Семлёвское озеро. Самое интересное, что точных данных о месте захоронения сокровищ нет и спустя 200 с лишним лет…

Михаил Илларионович Кутузов писал: «Неприятель в бегстве своём оставляет обозы, взрывает ящики со снарядами и покидает сокровища, из храмов божьих похищенных». Голодные и усталые покорители Европы разбросали добычу от Малоярославца до Березины. Поиски сокровищ продолжаются уже практически 200 лет, но особых подвижек пока не предвидится. Сегодняшним и будущим историкам предстоит ещё много сделать, чтобы выяснить, где на самом деле находятся сокровища, утянувшие на дно «великую армию».

Источник

Владимир Казаков: Зверства французов против мирного населения России в 1812 году

Нашествие Наполеона ошибочно считают «легким». Враги уничтожали нашу Веру, культуру, надругались над святынями.

В результате нашествие, в огне пожарищ, погибло величайшее произведение русского народа «Слово о полку Игореве», множество летописей. Причем Запад, всегда декларирует, что несет нам свою «высокую» цивилизация. Очень смешно. Все равно как бомбежки Белграда или Триполи насаждали «права человека» и «общечеловеческие ценности»!

Мы почему то забываем, что неся «факел свободы», Наполеон изуверствовал на нашей земле не меньше Гитлера. Просто у него было меньше времени, всего полгода. Известна фраза этого глашатая европейских ценностей:

«Для победы необходимо, чтобы простой солдат не толь­ко ненавидел своих противников, но и презирал их».

Банальный грабеж начался еще с дальних подступов к Москве. В Белоруссии и Литве солдаты уничтожали сады и огороды, убивали скот, уничтожали посевы. Причем военной необходимости в этом не было никакой, это были просто акции устрашения.

Как писал Е.В. Тарле: «Разорение крестьян проходившей армией завоевателя, бесчисленными ма­родерами и просто разбойничавшими французскими де­зертирами было так велико, что ненависть к неприятелю росла с каждым днем»

Настоящий грабеж и ужас начался 3 сентября 1812 года, на следующий день после входа в Москву, когда официально, приказом, было разрешено грабить город. Дочиста были разорены многочисленные московские монастыри. Они сдирали с икон серебряные оклады, собирали лампады, кресты. Церкви Заиконоспасского, Покровского, Новоспас­ского, Симонова, Крестовоздвиженского, Донского, Рож­дественского и других монастырей были превращены в конюшни.

Для удобства обзора они взорвали стоявшую рядом с Новодевичьим монастырем церковь Иоанна Предтечи. В Высокопетровском монастыре оккупанты устроили скотобойню, а соборный храм превратили в мясную лавку. Весь монастырский погост покрыт спекшейся кровью, а в соборе на паникадилах и на вколоченных в иконостас гвоздях висели куски мяса и внутренности животных.

В Андрониевском, По­кровском, Знаменском монастырях французские солдаты кололи на дрова иконы, лики святых использовали как ми­шени для стрельбы. В Чудовом монастыре французы, надев на себя и на своих лошадей митры и облачение духовенства, ездили так и очень смеялись. В Даниловом монастыре ободрали раку князя Даниила и сорвали одежды с престолов.

В Можайском Лужецком монастыре хранящаяся здесь икона святого Иоанна Предтечи имеет следы от ножа — французы использовали ее как разделочную доску, руби­ли на ней мясо. От исторических реликвий находившихся на территории Саввино-Сторожевского монастыря дворца царя Алексея Михайловича почти ничего не осталось. Кровать царя Алексея Михай­ловича была сожжена, дорогие кресла ободраны, зеркала разбиты, печи сломаны, редкие портреты Петра Великого и царевны Софьи похищены.

Иеромонах Знаменского монастыря Павел и священник Георгиевского монастыря Иоанн Алексеев были убиты. Священника церкви Сорока святых Петра Вельмянинова били прикладами, кололи штыками и саблями за то, что не отдал им ключи от храма.

Всю ночь он пролежал на улице, истекая кровью, а утром проходивший мимо фран­цузский офицер пристрелил отца Петра. Монахи Новоспасского монастыря похоронили свя­щенника, но французы потом три раза раскапывали его могилу — увидев свежую землю они думали, что в этом месте зарыли клад.

В самом Новоспасском монастыре старенького, за 70 лет, наместника иеромонаха Никодима избивали на гла­зах братии, требуя показать, где хранятся сокровища. В Симоновом монастыре французы вырубили ворота, избивали архимандрита Герасима и наместника Иосифа, но не могли ничего добиться. В Богоявленском монастыре казначея монастыря Аарона французы таскали за волосы, выдергивали бороду и затем возили на нем грузы, запрягая в телегу.

10-11 октября 1812 года под башни, стены и здания Кремля зало­жили пороховые мины. Если бы все случилось так, как хотел создатель современной Европы Наполеон, то Россия потеряла бы символ своей тысячелетней истории. Но Божьим промыслом ночью пошел дождь, загасил часть фитилей, остальные, рискуя жизнью потушили москвичи.

Однако часть зарядов сработала. До основания была снесена Водовзводная башня, наполовину разрушена Никольская. Частично был разрушен Арсенал, повреждены Грановитая палата, Филаретова пристройка, Комендантский дом. Пострадало здание Сената, а бронзовый Георгий Победоносец, укра­шавший купол Круглого зала, бесследно исчез.

Это только штрихи к поведению оккупантов. Вся правда еще страшнее. Что творили уже обреченные захватчики отступая, вообще не подается здравому смыслу. Но несмотря на это, к больным и ране­ным врагам россияне относились сочувственно. В Ново­девичьем монастыре заболевших французских солдат ле­чили, а в Рождественском делились с голодными оккупан­тами своей пищей. Рассказывая об этом, одна из монахинь пояснила: «Опять же жаль их, сердечных, не умирать же им голодною смертью, а шли ведь они на нас не по своей воле».

Русский человек добр. Иногда, даже излишне. Видимо и поэтому, огромная часть войска Наполеона осталась в России просто жить. По разным причинам. Большинству русские люди помогли просто Христа ради, подобрав их обмороженными и голодными. С тех пор появилось на Руси слово «шаромыжник», французского «шер амии». Они стали дворниками, швейцарами, образованные выбились в преподаватели французского. Они вполне прижились в России, стали совсем русскими.

Мы прекрасно помним их по многочисленным дядькам, гувернерам замелькавшим в русской литературе после 1812 года. Явившись родоначальниками многих известных фамилий, вроде Лурье, Машеров (от mon cher), Машановы, Жанбровы, Берги и Шмидты с многочисленными детьми, тоже в основном из наполеоновских немецких солдат.

Интересна и во многом, одновременно типична судьба Николая Андреевича Савина или Жана Батиста Савена, бывшего лейтенанта 2-го гвардейского полка 3-го корпуса армии маршала Нея, участника Египетских походов, Аустерлица. Последнего солдата той Великой армии. Он умер окруженный многочисленным потомством в 1894 году, прожив 126 лет, преподавая в Саратовской гимназии более 60 лет. Он до конца дней сохранил ясность ума, и помнил, что одним из его учеников был ни кто иной как Николай Чернышевский.

Он вспоминал, очень характерный эпизод. Как его захватили в плен казаки Платова. Разгоряченный Платов немедленно дал ему в морду, потом велел напоить водкой, чтобы не замерз, накормить и отправить в теплый обоз, чтобы оголодавший и обмороженный солдат не простудился. И потом постоянно справлялся о его здоровье. Вот такое было отношение на Руси к поверженному врагу. Поэтому они и оставались в России десятками тысяч.

Источник

Как вели себя французы в Москве?

Как вели себя французы в Москве?

Первыми в Москву вошли вечером 2 сентября передовые части корпуса Мюрата, который красовался перед своими всадниками в расшитом золотом мундире из фиолетового бархата, белых штанах, жёлтых сапогах и в шляпе с огромным белым плюмажем.

2 сентября в два часа дня штаб императора достиг великого города, превосходившего тогда своими размерами Париж. Раздались крики: «Москва! Ура! Да здравствует Наполеон, да здравствует император!» В едином порыве французы запели «Марсельезу».

Наполеон долго любовался панорамой огромного города с Воробьевых гор. Под лучами осеннего солнца среди зелени садов сверкали купола сотен церквей. «Так вот, наконец, этот знаменитый город! — воскликнул он. — Теперь война окончена!»

Переправившись через реку на белой арабской лошади, он остановился на Поклонной горе в ожидании «делегации бояр», которые должны были поднести ему ключи от города, как ранее — от Брюсселя, Берлина, Вены и других городов Европы. Бежавший король Пруссии даже прислал письмо, спрашивая, всё ли удобно ему в королевском дворце. Император принимал поздравления от своих офицеров. Ему передали письмо от австрийского министра иностранных дел Меттерниха, который писал: «России больше нет. »

Наполеон и его армия на Поклонной горе перед Москвой в ожидании депутации бояр с ключами от города. Художник В. Верещагин. 1891–1892 гг.

Однако бояре всё не шли. За ними отправили Мюрата с кавалеристами, но напрасно. «Эти канальи попряталась, но мы их найдем! — раздражённо воскликнул Наполеон. — Они приползут к нам на коленях!» Понял ли он, что старая русская столица не сдалась ему? Это стало ясно ему уже на следующий день.

Завоеватель отправился в Кремль и расположился в Большом дворце. Погода стояла настолько хорошая, что немногочисленные москвичи удивлялись. Наполеон ездил верхом и с удовольствием повторял: «В Москве осень лучше и даже теплее, чем в Фонтенбло [пригород Парижа]». Он продолжал руководить своей империей и всей Европой, получая сотни депеш и рассылая десятки писем и указов по самым разным вопросам.

Его солдаты разбрелись по городу — голодные, многие оборванные и босые. Дорвавшись до Москвы, они пустились промышлять себе, кому что нужно. Мародёры бродили по городу и отнимали у оставшихся жителей кур, уводили лошадей и коров, заходили в опустевшие дома и брали, что хотели.

Военный интендант Анри Бейль (позднее ставший известным писателем Стендалем) писал 4 октября из Москвы: «Я пошёл с Луи посмотреть на пожар. Мы увидели, как некий Совуа, конный артиллерист, пьяный, бьёт саблей плашмя гвардейского офицера и ругает его ни за что ни про что. Один из его товарищей по грабежу углубился в пылающую улицу, где он, вероятно, изжарился… Маленький г-н Ж. пришёл, чтобы маленько пограбить вместе с нами, начал предлагать нам в подарок всё, что мы брали и без него. Мой слуга был совершенно пьян, он свалил в коляску скатерти, вино, скрипку, которую взял для себя, и ещё всякую всячину».

Кто-то сказал им, что большой крест на кремлёвской колокольне Ивана Великого сделан из чистого золота. Выломали крест и сбросили на землю, уже потом при отступлении казаки нашли его во французском обозе. В кремлёвском Успенском соборе сняли огромное серебряное паникадило, и на его место подвесили весы для взвешивания похищенного в церквах.

Французы надругались над православными святынями: они заходили в церкви, обдирали золотые и серебряные оклады с икон, всего награбили 320 пудов серебра и около 20 пудов золота (все это потом у них отбили казаки). Было разграблено и разгромлено 127 церквей. Церковные престолы они превратили в обеденные столы, священные одежды использовались в качестве попон для лошадей. Маршал Даву спал в алтаре Пудового монастыря, а в Архангельском соборе дохлая лошадь валялась в алтаре. Кощунство европейских варваров поражало: они кололи иконы на дрова, святые мощи святителя Алексия и святителя Филиппа выбросили на пол, многие церкви превратили в конюшни, они всячески ругались над всем священным, забывая, что Господь поругаем не бывает…

Читайте также

1.2.3. Один принёс себя в жертву, пронзил себя копьём и висел на древе

1.2.3. Один принёс себя в жертву, пронзил себя копьём и висел на древе Сообщается, что «ОДИН САМ СЕБЯ ПРИНОСИТ В ЖЕРТВУ, КОГДА, ПРОНЗЁННЫЙ СОБСТВЕННЫМ КОПЬЁМ, ДЕВЯТЬ ДНЕЙ ВИСИТ НА МИРОВОМ ДРЕВЕ Иггдрасиль, после чего утоляет жажду священным мёдом из рук деда по матери —

Как сионисты вели террористическую войну

Как сионисты вели террористическую войну Они же вели террористическую войну с британцами в Палестине. Трудно назвать точное количество британских солдат, чиновников и офицеров, убитых сионистами в 1910–1940 годы. Чаще всего говорят о 300–400 человек. Британцы казнили 37

Французы «освобождают себя»

Французы «освобождают себя» Слезы радости и облегчения, которыми встречали жители Нормандии союзные войска в июне 1944 года, лучше всего передавали реальную историю Освобождения. Только вот не видел их один человек: Шарль де Голль.Из соображений безопасности ему

Маргарита Лобовская ПУТЕВОДИТЕЛЬ ПО ЕВРЕЙСКОЙ МОСКВЕ[1] Евреи в Москве: исторический очерк

Маргарита Лобовская ПУТЕВОДИТЕЛЬ ПО ЕВРЕЙСКОЙ МОСКВЕ[1] Евреи в Москве: исторический очерк Пролог В канун субботы встретился им старичок, спешивший куда-то с двумя букетами из миртовых веток в руке. Спрашивают они: — Для чего, дедушка, собрал ты эти ветки? — В честь

Владимир Земцов Французы в Москве, или история о том, как просвещенные европейцы превратились в скифские орды

Владимир Земцов Французы в Москве, или история о том, как просвещенные европейцы превратились в скифские орды Никакое другое событие не вызывает столь глубокие перемены в быте, культуре и сознании народов, как война. Вопреки воле и желанию человека, импульсы, вызванные

XI. Как «рыцари свободы» вели себя во время восстания

XI. Как «рыцари свободы» вели себя во время восстания «Толпа кричала: «Ура, Константин!», «Ура, Конституция!», но ничего не предпринимали, потому что ждали вожаков».К великому счастью, вожаков у масонско-дворянского бунта не оказалось.В решительный момент главари заговора

XII. Как «рыцари свободы» вели себя во время следствия

XII. Как «рыцари свободы» вели себя во время следствия IНиколай Первый взял в свои руки следствие о заговоре декабристов, чтобы узнать самому лично цели и размах его. После первых же показаний ему стало ясно, что здесь не имеет место простой акт непослушания. Заговор не был

Французы в Москве, или история о том, как просвещенные европейцы превратились в скифские орды Владимир Земцов

Французы в Москве, или история о том, как просвещенные европейцы превратились в скифские орды Владимир Земцов Никакое другое событие не вызывает столь глубокие перемены в быте, культуре и сознании народов, как война. Вопреки воле и желанию человека, импульсы, вызванные

Куда они вели дело?

Куда они вели дело? Имел я с Шульцем несколько встреч и бесед и до Мадрида и после. Они, конечно, были иного содержания и иной тональности.Когда он в первый раз пришел для встречи со мной в советское представительство в Нью-Йорке во время сессии Генеральной Ассамблеи ООН, у

«МЫ ВЕЛИ МАШИНЫ…»

«МЫ ВЕЛИ МАШИНЫ…» Известная песня о военных шоферах («Эх, путь-дорожка, фронтовая, не страшна нам бомбежка любая») особенно дорога Свободе Павловне Ивановой (Дроздовой) как память о юности, друзьях, память о великих испытаниях и великом единстве, сплочении советских людей

Планы статей «Кровавые дни в Москве» и «Политическая стачка и уличная борьба в Москве»[124]

Планы статей «Кровавые дни в Москве» и «Политическая стачка и уличная борьба в Москве»[124] 1 События в Москвепятница – суббота – воскресенье – понедельник – вторник 6–7–8–9–10. X. 1905 н. ст. (27. IX.).Стачка наборщиков + булочников + начало всеобщей стачки.+ Студенчество. 154 Речь

Источник

Как долго армия Наполеона шла в Москву?

От чего зависела скорость перемещения частей Великой армии, решившей захватить Россию?

Вкратце. Скорость перемещения войск зависела от наличия припасов, действий противника и — в меньшей степени — качества дорог. Если посчитать среднюю скорость, с которой французские войска шли к Москве, то получится немногим более 10 км в день, но это с учетом дней отдыха и больших сражений.

Дивизия генерала Пино на марше (четвертый корпус Великой армии на пути в Россию). Акварель Альбрехта Адама. 1812 год napoleon1812.wordpress.com

Отечественная война 1812 года — в зарубежной историографии ее, как правило, называют русской кампанией Наполеона — была беспрецедентной по расстоя­ниям, которые пришлось преодолеть воюющим армиям. Русская армия начинала войну на своей территории, а вот частям Великой армии Наполеона Так принято называть все воинские части, собранные для войны с Россией. пришлось пройти очень значительные дистанции только для того, чтобы попасть в точки сбора в Великом герцогстве Варшавском Великое герцогство Варшавское — государ­ство, образованное после Тильзитского мира 1807 года из территорий бывшей Речи Поспо­литой, которые по условиям ее разделов во второй половине XVIII века отошли Прус­сии. Варшавское герцогство формально являлось частью королевства Саксония, но при этом находилось под протекторатом Наполеона. В 1809 году территория герцог­ства была увеличена за счет польских земель, отторгнутых у Австрийской империи. и Пруссии.

Французские войска вторгаются в Россию, пересекая Неман в 1812 году. Литография с рисунка одного из офицеров. 1816 год © Historica Graphica Collection / Heritage Images / Getty Images

Скорость перемещения воинского соединения Воинское соединение — временное формирование, в состав которого входят части различных родов войск. зависела от того, по чьей территории оно движется, а также от состава конкретного корпуса, отряда или дивизии. Важным ограничивающим фактором было наличие продовольствия и фуража Фураж — корм для лошадей. в землях, по которым двигались войска. Поскольку солдатам, в зависимости от рода войск, требовалось разное количество провианта, скорости их передвижения тоже были разными, а перемещались они отдельно друг от друга.

После начала кампании скорость Великой армии сильно зависела от действий противника — русской армии. Продовольствие и фураж солдаты пытались добывать на месте, хотя это удавалось далеко не всегда. Обоз с пропитанием для людей и лошадей, а также военными грузами не мог двигаться с той же скоростью, что и передовые части: в результате воины, находившиеся на переднем крае событий, могли рассчитывать только на те припасы, которые можно собрать на захватываемой территории. При этом времени на сбор провианта и фуража у них было мало: нужно было постоянно следить за дей­ствиями противника. В иной день передовые части совершали форсированные марши до 50 и даже 60 км, но такую скорость невозможно было выдерживать ежедневно. После одного-двух столь быстрых переходов войскам требовался отдых, да и противник не позволял перемещаться с такой скоростью постоян­но. За один день могло происходить несколько столкновений. Например, 14 августа в районе города Красный под Смоленском отряд генерала Дмитрия Неверовского проделал отступление длиной в 20 кило­метров, постоянно вступая в схватки с противником, который, несмотря на численное превос­ходство, так и не смог опрокинуть русскую пехоту. Перемещать резервы в тылу французов можно было с более или менее постоянной скоростью. Так, корпус маршала Виктора, представлявший собой резерв Великой армии, шел от гра­ницы до Смоленска, где он встретился с основными силами императора, со скоростью 25–30 километров в день.

Подвиг генерала Неверовского под Красным 2 августа 1812 года. Литография с картины Петера Гесса. После 1839 года Смоленский государственный музей-заповедник

Совсем иной была скорость перемещения курьеров с депешами для импе­ратора, которые, благодаря отлаженной системе организации эстафет, могли покрыть расстояние от Москвы до Парижа за 14–15 дней. Но на этом расстоя­нии курьеры менялись на территории России через каждые 30–40 км, а на тер­ритории Западной Европы — через каждые 170 км. Когда после операции на Березине Наполеон решит покинуть армию и спешно вернуться в Париж, он проделает путь в почти 2500 километров за 15 дней.

Источник