Флейта Неба
Даосская притча
Цзы-Ци из Наньго сидел, облокотившись на столик, и дышал, внимая небесам, словно и не помнил себя. Прислуживавший ему Яньчэн Янь почтительно стоял рядом.
— Что я вижу? — воскликнул Яньчэн. — Как же такое может быть?
Тело — как высохшее дерево,
сердце — как остывший пепел.
Тот, кто сидит ныне передо мной, —
не тот, кто сидел здесь прежде!
— Ты хорошо сказал, Янь! — похвалил Цзы-Ци. — Ныне я похоронил себя. Понимаешь ли ты, что это такое? Ты, верно, слышал флейту человека, но не слыхал ещё флейты земли. И даже если ты внимал флейте земли, ты не слыхал ещё флейты Неба.
— Объясни, что это значит, учитель! — попросил Яньчэн.
— Великое Единое выдыхает воздух, зовущийся ветром, — отвечал Цзы-Ци. — Он пребывает в покое, но иной раз приходит в движение, и тогда вся тьма отверстий откликается ему. Разве не слышал ты его громоподобного пения? Вздымающиеся гребни гор, дупла исполинских деревьев в сотню обхватов — как нос, рот и уши, как горлышко сосуда, как винная чаша, как ступка, как омут, как лужа. Наполнит их ветер — и они завоют, закричат, заплачут, застонут, залают. Могучие деревья завывают грозно: «У-у-у!» А молодые деревца стонут им вслед: «А-а-а!» При слабом ветре — гармония малая, при сильном ветре — гармония великая. Но стихнет вихрь, и все отверстия замолкают. Не так ли раскачиваются и шумят под ветром деревья?
— Значит, флейта земли — вся тьма земных отверстий, — сказал ученик. — Флейта человека — полая бамбуковая трубка с дырочками. Но что же такое флейта Неба?
— Десять тысяч разных голосов! — воскликнул Цзы-Ци. — Кто же это такой, кто позволяет им быть такими, как они есть, и петь так, как им поётся?
О музыке Кришны и Его игре на флейте
Именно в Голоке и создавалась любимая флейта Кришны Силой Духа самой Музыки Его Сердца. Потом она была опущена на земной план. Кришна чувствовал всегда большое блаженство и счастье играя на своей небесной флейте. Ведь он мог с помощью игры на флейте выражать всю Любовь и Музыку Своего Сердца и тем давать несравненное счастье всем, кто его слышал.
О, это была волшебная Музыка! С ее помощью Кришна Мог делать практически все, что угодно прямо на глазах зачарованных людей. Он знал, что нужно людям! Он знал,что нужно животным, которых он пас, и цветам, и лугам, и ручьям, и водопадам, и рекам, и лесам и всей природе…
Он знал, что всем им, и конечно в первую очередь людям, нужна Божественная Любовь! Ибо только живая осязаемая, ощущаемая, вибрирующая тончайшими переживаниями Любовь и Милость Бога Живого делает всех счастливыми и пробужденными в Свете Сияющей Музыки Божественной Любви! Всё далеко вокруг, а часто и вся Земля и Космос получали этот Нектар для страждущих Душ из чистейшего Источника, каким является Великое Сердце Кришны в своей Беспредельности и Могуществе Любви, Мудрости и Силы –, которое Он отдавал всем, и которое на всех Одно!
Кришна – это Бог Божественной Любви! Для человека это высочайший идеал любви. Когда Божественная Любовь входит в человека, Она наполняя собой всё его существо и душу, и сердце, и сознание и все клетки, и атомы его тела. Но если сердце наполнено всеми образами внешнего мира, оно не пустое в нем нет пространства, нет места для любви.
Флейта должна быть полой внутри! Так же когда сердце чистого духовного человека становится пустым, оно становится флейтой Бога Любви! И тогда Кришна приходит чтобы наполнить его своей Божественной Любовью и Музыкой.
Сердце человека – это музыкальный инструмент для Бога. Первый земной музыкальный инструмент был создан по образу сердца. Но никакой инструмент на земле не может сравниться с чистым Духовным Сердцем и создавать такую музыку, какую может создавать только Бог Живущий в Сердце, неся всей Вселенной чистейшую Благодать Музыки Любви.
«Я люблю всех вас!» Такими словами еще с детства Кришна каждое утро приветствовал все растения и цветы в саду. И счастливые и благодарные растения отвечали ему: «Мы тоже любим Тебя, Кришна».
Однажды Кришна, вошел в сад, подошел к прекрасному бамбуку и сказал: «Я хочу попросить тебя о чем-то, но сделать это для тебя будет очень трудно». Бамбук ответил: «Скажи, что я могу для тебя сделать? Я постараюсь». Кришна сказал: «Можешь ли ты отдать мне свое тело, я хочу сделать из него флейту? Бамбук подумал и ответил: «Здесь много других бамбуковых деревьев, но ты выбрал меня. Это большая честь стать флейтой в твоих руках. Возьми мое тело, сделай из него флейту и твори свою музыку на радость всем»!
Кришна сделал из бамбука чудесную флейту. Он носил ее всегда с собой, относясь к ней как к своему преданному. Даже гопи (пастушки и подружки Радхи и Кришны) ревновали Кришну к флейте. Они думали, что хотя они и проводят некоторое время с Кришной, но он и ночью спит с флейтой. И вот однажды гопи спросили у флейты: «Скажи нам, в чем причина того, что Господь дорожит тобой, будто ты сокровище?» Бамбуковая флейта ответила: «Причина в том, что внутри я пуста. И Господь играя на мне делает со мной всё, что пожелает».
А Кришна объяснил гопи: «Если они избавятся от своего эго и станут подобны полой тростниковой флейте, тогда Он придет к ним и начнет вдыхать в них сквозь отверстия их сердца свою Музыку! И тогда польются чарующие мелодии, дающие всем великое наслаждение и счастье. Но если они будут эгоистичными, гордыми, полными самости, неприязни или ненависти, то Он отдалится от них, так как они будут непригодны для Его Божественной Музыки».
Мощь игры Кришны была такова, что звуки флейты Кришны могли двигать облаками, останавливать ураганы, двигать реки вспять, поднимать и передвигать горы, усыплять целые армии, исцелять болезни души и тела, приводить в экстаз всех слушающих существ, давая им божественное наслаждение. Еще юношей играя на флейте Кришна мог сделать так, что посреди зимы наступала весна, расцветали цветы и деревья, текли ручьи, пели и веселились птицы. Своей игрой Кришна приводил в восторг богов, богинь, великих святых Риши, людей, всю природу, Солнце и все планеты вместе с их обитателями и все были счастливы и чувствовали себя вознесенными еще выше своего прежнего состояния.
Это пример высочайшего проявления Силы Духа в Божественной Музыке Кришны.
‘Волшебная флейта’ – гениальный сюжет второго обращения*
В долине находятся три храма: Разума, Природы и Премудрости (в центре). Зарастро предлагает Тамино и Памине чудесный путь совершенного сочетания в храме Премудрости.
После этого героям предлагается пройти испытания, каждому в отдельности. Тамино должен перестать слушать женщин, поскольку раньше он послушал Царицу ночи и трех дам, настроивших его против Зарастро. Он побеждает и помогает одолеть испытание более слабому Папагено.
Другое испытание: Тамино должен хранить обет молчания – не говорить даже со своей возлюбленной. Памине так же, как Эвридике, кажется, что он не хочет с ней говорить, потому что разлюбил ее. Она хочет покончить жизнь самоубийством.
Но гении храма путеводят их обоих и, в конце концов, соединяют около врат, которые они должны пройти вместе, чтобы родиться свыше – врата смерти.
Они входят этими вратами, чтобы пройти огонь и воду – страшную пылающую пещеру и водопад, который не может пересечь ничто живое. Волшебная флейта помогает влюбленным выдержать это последнее испытание. После чего они сочетаются в храме Премудрости в присутствии Зарастро и всего священства.
ТОЛКОВАНИЕ СЮЖЕТА В ДУХОВНО-ЭЗОТЕРИЧЕСКОМ КЛЮЧЕ
Глубочайший, гениальный сюжет второго обращения!
Согласно многим комментаторам Царица ночи – супротивница, лжецерковь, Рим.
Откуда у Царицы ночи золотые флейта и колокольчик? Исхищенные дары. (‘Моя дочь Памина’ – говорит она. Мол, святые происхождением от нее, супротивницы).
Она царица, но ее царство – мировой тьмы, Кали-юга. Пока властвует Рим – царит мировая ночь. Согласно Иоанну Креста темная ночь – страстное. Согласно Моцарту – римская церковь и искушения, идущие от нее.
Ночь мрака побеждается менестрелями. Вот почему римские злодеи расправлялись с ними – те обличали их магию.
Тамино, наследный принц – деспозин, один из князей. Символ людей, ищущих истину.
Тамино – сын Миннэ. Аталант, сын Отца чистой любви попадает в неизвестную страну. Именно неизвестностью она и манила его: то, чего нет у Отца чистой любви, есть у Царицы ночи, у князя мира сего.
Змея, напавшая на него, – адаптационная перелепка.
От змеи его спасают три дамы Царицы ночи: церкви православная, католическая и протестантская якобы исцеляют от порядка мира, на самом же деле только приписывают себе спасение.
‘ТРАДИЦИОННАЯ’ КЛЕВЕТА ИНКВИЗИЦИИ НА СВЯЩЕННИКОВ МЕЛХИСЕДЕКОВЫХ
Птицелов Папагено не от мира сего. Он тоже ищет Миннэ, но он одинок, его мучают страсти…
Папагено – ‘спасающийся’, прихожанин-профан, простой народ, который работает на римскую церковь (ловит птиц), за что она потчует его флюидами (кормит вином и финиками).
Есть избранники, а есть прочая паства. Папагено вступает в сделку с Царицей ночи: она дает ему лживое вино, удовлетворяя его бренные потребности, а он ее кормит.
Царица ночи показывает свое истинное лицо: обличает Папагено (как он посмел сказать, что это он спас Тамино?) и сразу наказывает (отныне он будет петь с кляпом во рту). Как только человек что-то делает не по ее желанию, она в лучшем случае лишает его свободы слова. А в худшем – репрессирует.
Царица ночи показывает Тамино портрет Памины, и тот влюбляется. Он видит Божию Матерь Миннэ, и она его потрясает. Он понимает, что попал на эту землю ради Миннэ.
Вот тайна земли: Миннэ! Тамино буквально преображается. Он влюблен, преосенен. Его душа горит: ‘О как я буду счастлив связать себя с этой девушкой брачными узами!’
Памина – небесная церковь, которую Царица ночи выдает за свою дочь, на самом деле являясь ее мачехой. Римская церковь приписывает себе святых, истинная мать которых – Премудрость, Жена Облеченная в Солнце.
Принц Тамино – сильный мира сего. Он находится под властью Царицы ночи, которая хочет затянуть его в еще большую западню. Лживая мачеха клевещет на мелхиседекова священника: ‘Злой колдун Зарастро выкрал мою дочь и держит ее у себя’.
УСЛОВИЯ СОВЕРШЕННОЙ ЛЮБВИ
Первое из них – не слушать женщин. Не греться от трех институциональных церквей, не принимать ложь и их образы. Выйти из них. Ложные церкви, которые говорят о любви, на самом деле не имеют ни любви, ни доброты, ни премудрости.
Когда он побеждает трех дам, ему предлагается второе испытание – обет молчания (неотмирскость). Из внешнего порядка нужно уйти во внутренний (‘Царство божие внутри вас’), стать духовным, никак не откликаться на порядок мира сего.
Гении храма соединяют Тамино с Паминой. Третье испытание – огонь и вода. Чтобы родиться свыше, им необходимо пройти смертные врата.
Вот почему Гулаг. Вот почему страстное. Вот почему брань, билокации о.Иоанна. Проход через смертные врата – посвящение.
Пройти огонь – значит победить страсти и порядок мира сего. Победить естественную природу, похоть. Вода, которая всех сметает – фатальный порядок, мельница с ее перемалывающим колесом. Нужно победить рационализм, источник с ледяной водой.
Водопадная стена – порядок молвы, мнение мира. Надлежит не побояться одному пойти против всех. Победить в себе начало обывателя – быть как все (если все предают, значит и ты предавай).
Пройти это испытание можно только обладая музыкой Премудрости. Потому-то в руках у Тамино божественный инструмент менестреля – волшебная флейта, а в руках у Папагено золотые колокольчики.
Папагено неочищен, и ему достается обычная смертная женщина. Тамино – Лоэнгрин, он удостаивается Святого Грааля.
Тамино вместе с Паминой преодолевают огонь и воду. Они побеждают чувственный огонь и порядок мира, становятся целомудренными.
БРАНЬ НАКАНУНЕ ТОРЖЕСТВА
Смысл музыки Моцарта: только обладая превосходящей любовью, добротой, чистотой и премудростью можно пройти все смертные испытания и выйти победителями. Вот завещание Атлантиды и Гипербореи.
Моцарт как никто понимал все ходы Царицы ночи. Уже будучи отравленным, он, борясь с римскими злодеями, обличал их. Он мучительно понимал, что в римской церкви нет любви Миннэ. Он не нашел там ничего из того, что искал – ни нежности, ни верности, ни чести, ни доброты, ни любви, ни веры настоящей, ни утешения – и глубоко в ней разочаровался.
‘Волшебная флейта’ – голос Христа с креста…
Каждый элемент сюжета выстрадан им лично в борьбе за Миннэ, божественную небесную любовь.
Моцарт умирает. Царица ночи внешне вроде бы побеждает, но в действительности проваливается в пропасть, исчезает внезапно. Гениальный исход!
Свет приходит для тех душ, которые мученически погибают от рук инквизиторов. И по мере исполнения собора этот свет разгорается все ярче.
Исполняется гарабандальское чудо, явление собора небесной церкви. Мы живем во времена, когда исполнилось число венцов, и пришло время сойти святым. Божия Матерь говорит, что для того чтобы они могли действовать через нас, мы должны открыть сердца.
Человечество должно пожелать принять святых в свои сердца. Их посылает не римо-византийская гонительница, а Божия Матерь, Alma Mater dei et humani, Матерь Миннэ – та, которая в ‘Волшебной флейте’ вела своих возлюбленных к браку.
Почему Христос говорит о пастыре, пастухе? Никто не понимает смысл пастырства. Пастух – не тот, кто говорит с овцами на библейские темы или ведет их на пастбище. Тайна пастуха в том, что у него в руках свирель.
А тайна свирели в том, что звучит миннический мотив. Овец вокруг пастыря объединяют дивные божественные вибрации царства Отца чистой любви.
Кто только не эксплуатирует образ пастуха. Но пастырь, не тот, кто кормит овец евангелием. Эту залежалую пищу можно купить и в булочной. ‘Хлеб насущный’ – совсем не библия. Хлеб насущный – музыка Миннэ!!
«Манеж» потратит 10 млн рублей на выставку «33 звука. Небесная флейта»
Санкт-Петербургское государственное бюджетное учреждение культуры «Центральный выставочный зал «Манеж» привезет из Москвы на несколько месяцев семь звуковых объектов и шесть многоканальных инсталляций.
Новую интерактивную выставку ЦВЗ «Манеж» представит зрителям летом. Как следует из технического задания государственной закупки, в выставочном пространстве появятся сцена, на которой смогут выступить музыкальные коллективы, интерактивная звуковая инсталляция «Небесная флейта», семь звуковых объектов и шесть многоканальных инсталляций, а также в течение часа будет транслироваться тематический фильм и аудиосопровождение.
Выставочный павильон превратится в закрытое помещение, разделенное на восемь залов, каждый из которых будет оборудован двумя выходами из внешних залов и аварийным на улицу. Согласно описанию, инсталляции будут представлять собой ротонду, состоящую из семи круглых, зеркальных, металлических колонн высотой шесть метров, установленных на едином круглом постаменте. Внутри нее будет установлена акустическая система, включающая в себя датчики, настроенные на восприятие человеческих жестов, компьютер со специальным программным обеспечением, рэковый синтезатор, восьмиканальную звуковую карту, усилитель для каждой из семи колонн.
«Управление звуком, воспроизводимым акустической системой, должно осуществляться при помощи специально созданной системы, скрытой в стойке информации, расположенной при входе в ротонду инсталляции», – говорится в технической документации.
Ожидается, что в мероприятии примут участие не менее десяти исполнителей (медиахудожники, музыканты, композиторы), в том числе арт-группа «Куда бегут собаки», Дмитрий Каварга (Москва), Дмитрий Морозов (Москва), Олег Макаров (Москва), Сергей Филатов (Москва), Сергей Костырко (Санкт-Петербург), Андрей Бундин, Сергей Вандышев, Сергей Касич (kasich), Александр Сенько (Москва), Антон Яхонтов, Юлия Глухова (Москва) и другие. А также не менее десяти музыкантов, в том числе Ветрофония (Н. Судник, А. Лебедев-Фронтов), Тоталитарная Музыкальная Секта, Вardoseneticcube, Костырко – Вандышев, Белоруков – Самоловов, Melonoise, Verevka, Молот (Уствольская), Данила Гречневский, Lunar Abyss Deus Organum, Квартет Шостаковича и другие.
«Волшебная» флейта или флейта в мире искусства
История создания флейты, особенности звукоизвлечения, тембра, регистров. Образ флейты в музыкально-художественной культуре, литературе и мифологии как инструментальный выразитель пасторальной идиллии, любви, воплощения светлого и положительного начала.
| Рубрика | Культура и искусство |
| Вид | реферат |
| Язык | русский |
| Дата добавления | 04.02.2015 |
| Размер файла | 39,1 K |
Отправить свою хорошую работу в базу знаний просто. Используйте форму, расположенную ниже
Студенты, аспиранты, молодые ученые, использующие базу знаний в своей учебе и работе, будут вам очень благодарны.
Размещено на http://www.allbest.ru/
Государственное образовательное учреждение среднего профессионального образования Свердловской области
Свердловский мужской хоровой колледж
«Волшебная« флейта или флейта в мире искусства
Тычинин Борис Андреевич,
9 класс (2 курс) ГБОУ СПО СО «СМХК», отделение «Музыкальное звукооператорское мастерство»
Корякина И.В., преподаватель теоретических дисциплин,
Екатеринбург, 2013 г.
1. Флейта в художественной литературе
2. Сюжет о Гамельнском музыканте
А вы ноктюрн сыграть могли бы на флейте водосточных труб?
1) Анализ примеров поэтических текстов, прозы, тех произведений, которые описывают флейту с целью определения эмоций, которые вызывает этот инструмент у авторов текстов.
2) Анализ легенды о Гамельском музыканте флейтисте.
Я закончил музыкальную школу по классу флейты, поэтому об этом инструменте я знаю не понаслышке. С детства я полюбил этот необычный инструмент и хотел бы, чтобы и вы, читатели, также как и я, оценили по достоинству, увлеклись и полюбили флейту и флейтовую музыку.
1. Флейта в художественной литературе
Флейта, часто упоминающаяся в сказаниях и мифах, часто изображаемая на полотнах художников, уже долгое время приковывает к себе внимание в силу ее различных амплуа. На протяжении многих веков различные амплуа флейты настойчиво и вдохновенно отображали поэты и писатели. Начиная с эпохи Возрождения, наше внимание притягивают различные вариации образа. Среди имен, последовательно описывающих его, исследователи называют Р. Браунинга и В. Гюго, Ш. Леконта де Лиля и П. Валери, А. Пушкина и М. Лермонтова, А. Майкова и Ф. Тютчева, Б. Окуджаву и И. Бродского.
Модели «образа флейты» прослеживаются на протяжении всей многовековой музыкально-художественной культуры. Так, она стала инструментальным выразителем пасторальной идиллии, воплощала «ратную» тему, истолкованную в XX веке в милитаристском ключе, сохранила до сегодняшнего времени свою связь с образом любви, как одной из форм воплощения светлого и положительного начала.
Содержательное поле сочинений, вводящих мотив флейты, велико: целый ряд литературных произведений, начиная с «Метаморфоз» Овидия, воспроизводит историю появления инструмента, в том числе связывая ее непосредственно с образами Пана и Фавна.
Нередким также является описание конструкции и способов игры на ней:
«Флейту находит сатир, дивится, не зная, что делать
С ней, и, подувши в нее. Слышит неведомый звук.
Вскоре искусством своим чваниться стал он средь нимф…» (Овидий)
«По звонким скважинам пустого тростника
Уже наигрывал я слабыми перстами» (А.С. Пушкин)
Дыханьем оживить цевницу!
Затих докучный звук волынки,
Зане губами Пан к тростинке
Прильнул, напевом мир чаруя» (Дж. Лили)
«Снова на улицу вышел флейтист,
К флейте устами приник» (Р. Браунинг)
«И, ртом припав к тростниковым дырам,
Он с силой дунул на бреге реки» (Э. Браунинг)
В литературных произведениях нередко описывается и особенности регистров этого инструмента. Сопоставление регистров часто прочитываться как сопоставление «небесного» и «земного»: «чистое сопрано… звук хрустальный» (И. Полякова-Севостьянова). Звучание среднего регистра вызывает непосредственные ассоциации с человеческим тембром:
«И будто оживленный,
И голос ветра был» (М. Лермонтов)
Но флейта обладает и особым даром:
«Волшебной силой тайных чар
Вести повсюду за собою
Живое существо любое,
Что ходит, плавает, летает,
В горах иль в море обитает» (Р. Браунинг)
Ее магическая сила может «присмирить воды», «усыпить ветер», «тронуть звуком травы, цветы и деревья» (А. Майков).
Не менее интересны на страницах прозы и поэзии исполнительские ситуации, в которых оказывается флейта. Они являются результатом либо сопоставления индивидуального и коллективного начал, либо признания ее статуса солиста (он в большинстве случаев доминирует):
Оглашено мое уединенье» (А. Пушкин)
«В пустом саду флейтист играет,
а больше нету никого.
Он одинок, как ветка в поле,
косым омытая дождем» (Б. Окуджава)
«А флейтист не узнает покоя:
Ему чудится, что он один» (О. Мандельштам)
«Я сегодня буду играть на флейте.
На собственном позвоночнике» (В. Маяковский)
Флейта нередко участвует в самых различных ансамблевых составах: дуэте, трио, также звучит в оркестре:
«Виолончелей вздох и скрипок переливы,
И влажный голос флейт я сердцем повторил» (Т. Тильватис)
«Но и сквозь рокот и стук барабана
Слухом и сердцем ловлю я: с экрана
Струйка мелодии льется чиста,
Юноша флейту целует в уста» (С. Щипачев)
«Бей, барабан, и, военная флейта» (И. Бродский)
«Флейта несравненная, гулкий барабан. « (М. Мерман)
«Тихо плакали флейты, рыдали валторны» (Ю. Друнина)
У И. Анненского в «Фамире-Кифареде» запечатлен дуэт «согласия» между флейтистом и вокалисткой: «Один из сатиров, который заслушался Нимфы, начинает сначала робко, потом сильнее и громче подыгрывать ей на флейте. Речь Нимфы переходит в мелодекламацию. Флейтисту и Нимфе под конец полюбилась одна фраза, и то флейта, то голос уступают друг другу, чтобы нежно поддерживать одна в другом общее желание».
В рассказе Э. Гофмана «Кавалер Глюк» описывается сценическая ситуация, в которой после терзающей слух ансамблевой игры «расстроенной арфы, двух ненастроенных скрипок, чахоточной флейты и астматического фагота» наступает, наконец, момент истинного наслаждения музицированием увертюры к «Ифигении в Авлиде» Глюка: «… поднялась трогательно-нежная жалоба флейты, … отшумела буря скрипок и басов и стихнул звон литавр; я слышал, как зазвучали тихие голоса виолончелей и фагота, вселяя в сердце неизъяснимую грусть; а вот и снова тутти, точно исполин величаво и мощно идет унисон, своей сокрушительной поступью заглушая невнятную жалобу».
В отечественной литературе, особенно в поэзии Маяковского и Мандельштама, находит яркое отражение аполлоническо-дионисийский миф.
Отметим, что состязание Марсия и Аполлона становится наиболее излюбленным мотивом для футуристов. Одним из первых опытов обращения к нему стало стихотворение «Флейта Марсия» и сборник под этим же названием Б. Лившица (соответственно 1904 и 1911 гг.). Тот же мотив присутствует в сборнике Н. Асеева «Ночная флейта» (1913) с «фантасмогорией» и «безумной» песенкой печальной флейты.
Напротив, для Мандельштама самым существенным в образе флейты оказывается представление о личности и понимании ею свободы.
И свои-то мне губы не любы
И убийство на том же корню,
И невольно на убыль, на убыль
Равноденствия флейты клоню.
В искусстве особую роль сыграли флейта Марсия, изготовленная из тростника свирель Пана, флейта из «собственного позвоночника» в поэме В. Маяковского, флейта, олицетворяющая искусство, призванное соединить «двух столетий позвонки» в стихотворении «Век» О. Мандельштама.
В этом ряду свою нишу занимает и флейта Гамлета. Он, отказавшийся быть ею, не желая, чтобы узнали голос его тайны, в диалоге с Гильденстерном, произносит: «Вы воображаете, будто все мои ноты снизу доверху вам открыты. А эта маленькая вещица, нарочно приспособленная для игры, у нее чудесный тон, и, тем не менее, вы не можете заставить ее говорить. Что же вы думаете, со мной это легче, чем с флейтой? Объявите меня, каким угодно инструментом, вы можете расстроить меня, но играть на мне нельзя». флейта культура мифология художественный
В стихотворении Тютчева «Певучесть есть в морских волнах…» (1865) пытливая мысль и «ропот», протест человека, не способного примириться со своей участью, противопоставляется музыке, разлитой в природе и отражающей ее гармоничность Средоточием стихотворения, эмоционально «ударной» его частью является цитата французского философа Б. Паскаля:
Откуда, как разлад возник?
И отчего же в общем хоре
Душа не то поет, что море,
И ропщет мыслящий тростник?
«И над задумчивою Летой
Тростник оживший зазвучал» (А. Ахматова)
«И флейтами тростник заплакал тонкокорый» (П. Валери)
Когда я ночью жду ее прихода,
Жизнь, кажется, висит на волоске.
Что почести, что юность, что свобода
Пред милой гостьей с дудочкой в руке.
И вот вошла. Откинув покрывало,
Внимательно взглянула на меня.
Ей говорю: «Ты ль Данту диктовала
Страницы Ада?» Отвечает: «Я».
Звучание «оживленного» Тростника (поющего, говорящего, плачущего) ассоциируется у поэтов со звучанием человеческой души. В немалой степени этому способствует «включение» в творческий акт дыхания:
«И пела, медленно дыша
Семиотверстая душа» (И. Лиснянская)
«Коль славен Пан, когда стремится
Дыханьем оживить цевницу!» (Дж. Лили)
«Тростник был оживлен божественным дыханьем,
И сердце наполнял святым очарованьем» (А. Пушкин)
«где срезал я тростник,
В котором трепетно смеется и рыдает
Мое дыхание — растет и ропщет, тает,
То всхлипами ручья, то шумами листвы» (А. де Ренье)
Вдохнешь» (И. Таяновский)
Итак, подводя итог, отметим, что именно литература, раскрывающая различные грани образа флейты параллельно с его музыкальными «транскрипциями», стала, по сути, настоящей энциклопедией многочисленных флейтовых мотивов. А XX век в полной мере воспользовался ими во всех видах искусства.
Как полагает немецкая исследовательница Эмма Бухайм, легенды о крысолове восходят ещё к языческим поверьям о гномах и эльфах, имевших пристрастие к похищению детей и ярким костюмам, которые специально надевались, чтобы привлечь детское внимание. Зачарованные музыкой Орфея, вокруг него собираются животные (римская мозаика).
Исследователь указывает на параллели этих северных мифов с историей о волшебном пении сирен, обольщавшем Одиссея.
В 1284 году в день Иоанна и Павла, что было в 26-й день месяца июня, одетый в пёструю одежду флейтист вывел из города сто и тридцать рождённых в Гамельне детей на Коппен близ Кальварии, где они и пропали.
Кто такой Крысолов? Откуда его власть над животными и детьми? Чем он действует: гипнозом, искусством? Легенда открыта толкованию, она требует интерпретации.
Легенда символична и ставит вечные вопросы: о власти одного человека над многими, о добре, обращающемся во зло, о чуде и об ответственности за свои обещания.
В Нижней Саксонии, на берегу реки Везер, впадающей в Северное море, расположился небольшой немецкий городок Гамельн. Это патриархально тихое сегодня место было в прошлом ареной поразительных событий, волновавших впоследствии не одно поколение писателей, ученых и поэтов.
Именно здесь случилась знаменитая истории гамельнского Крысолова-флейтиста якобы погубившего детей горожан. Легенда эта была настолько популярна в творческих кругах, что сюжет ее вдохновлял в разное время таких знаменитостей, как Генрих Гейне и Проспер Мериме, Роберт Браунинг (поэма «Флейтист из Гамельна») и Валерий Брюсов. В этом списке мы встретим и Гете, посвятившего главному герою нашего рассказа большую балладу.
О чем гласит сама легенда? В эпоху Средневековья в Саксонии сложилось устное предание, повествующее о том, как Гамельн стал объектом нападения полчищ прожорливых крыс. Местный магистрат был в растерянности; жители впали в панику. Но на помощь горожанам неожиданно пришел некий флейтист. С помощью своего инструмента он выманил крыс за городские ворота и, заворожив волшебной музыкой, заставил одну за другой погрузиться в воды реки Везер. Жители вздохнули с облегчением, но на этом история, как известно, не закончилась. Жадные отцы города отказались заплатить флейтисту обещанное вознаграждение. Тогда он, уходя из Гамельна, в гневе заиграл снова. Однако теперь за ним пошли уже не грызуны, а дети неблагодарных горожан. И никто не смог остановить ни их, ни музыканта-волшебника. Больше детей никто никогда не видел.
Такие события описывает легенда. Но, уже в ряде средневековых документов обнаруживаются подтверждения того, что предание о Крысолове, скорее всего, не вымысел, а реальное историческое событие. Из ранних произведений можно упомянуть труд «Гибель детей Гамельна» Иоганна Помариуса, относящийся к XIV веку. Но более интересна городская летопись. Цитируемый ниже отрывок является сегодня наиболее достоверной частью предания. «В 1284 году, в день Иоанна и Павла, что было в 26-й день месяца июня, одетый в пестрые покровы флейтист вывел из города сто и тридцать рожденных в Гамельне детей на Коплен, близ Кальварии, где они и пропали».
Помимо недостатка фактов, нашедших отражение в хрониках и книгах, исследования загадочной истории затрудняются еще и тем, что некоторое время спустя после описываемых событий в Гамельне началась эпидемия чумы, унесшая большинство свидетелей трагедии.
В наши дни предлагалось немало версий, пытавшихся научно объяснить историю гамельнского крысолова без всякой мистики и чертовщины. Одни исследователи полагали, что в городе случилась эпидемия чумы или дифтерии, убившей детей, а образ флейтиста считали аллегорическим символом вошедшей в город болезни. Другие выдвигали гипотезу, что персонажами драмы были не дети, а молодые горожане, павшие в сражении с войсками епископа вестфальского города Минден. Однако эта битва произошла на четверть века раньше 1284 года, и убито в ней было не более тридцати человек. К тому же совсем непонятно, как произошло столь сильное искажение реальных событий?
Более интересную гипотезу выдвинул ученый Мейнард, утверждавший, что дети пали жертвой охватившего их особого «танцевального» психоза. Он приводил многочисленные примеры подобных случаев из области истории и медицины. Исследователи упоминают эпизод с Детскими крестовыми походами, когда подростки, как бы охваченные внезапным безумием, безоружными отправлялись в путь, надеясь победить мусульман с помощью песен религиозного содержания. Еще одна версия сводится к следующему. В 1284 году некий вербовщик, проходя через Гамельн, уговорил молодых горожан последовать за ним для переселения в другое место. Перейдя через горы, все эти люди оказались на территории современной Румынии и поселились там. Роберт Браунинг пишет:
И это племя в Трансильвании
От всех отлично оттого,
Что предки дальние его,
Как нам поведало преданье,
Когда-то вышли на простор
Из подземелья в сердце гор,
Куда неведомая сила
Их в раннем детстве заманила.
В подтверждение данной теории указывали на витраж XVI века, установленный в гамельнском соборе Март-кирхе. На нем изображен уход детей вслед за «эмиграционным агентом».
Предложенная разгадка кажется вероятной, но лишь на первый взгляд. В XIII веке городское население Европы в большинстве своем принадлежало к определенным ремесленным цехам, и старшие мастера вряд ли отпустили бы своих детей в подобное путешествие. Это означало бы потерю продолжателей семейных профессий и привело бы к развалу цеховых производств. Легко сняться и уйти из города могли только люди, не имевшие постоянного заработка и профессии, но, такие колонисты вербовщикам были не нужны. Кроме того, достаточно взглянуть на карту, чтобы увидеть, какое огромное расстояние отделяет Гамельн от Трансильвании, и понять, что это не самое лучшее место для вербовки мастеровых.
Итак, версий много, «а воз и ныне там». Но вот ученые взялись за дело более серьезно. В 1980-е годы известная немецкая исследовательница Вальтраут Вёллер отправилась на злополучное место и попыталась раскрыть загадку Гамельна. В первую очередь она решила найти те места, о которых сообщала городская летопись. Розыски гористой местности под названием Коппен продолжались долго. Вначале за нее ошибочно приняли большой холм неподалеку от въезда в Гамельн. Однако никаких пещер в нем обнаружено не было. Тогда решено было проверить более отдаленные районы: и старания фрау Вёллер увенчались успехом. Как оказалось, в пятнадцати километрах от городских ворот Гамельна в горах находится болотистая котловина, окруженная со всех сторон мрачными скалами. Местные жители не любят там бывать и называют ее «Чертовой ямой». Скалы, обрамляющие впадину, отвесны: к ней ведет лишь одно узкое ущелье, практически непроходимое в наше время. Дно котловины занимает трясина, частично заваленная каменными глыбами и полусгнившими стволами деревьев.
Как вспоминала позже Вёллер, даже спустя семьсот лет после трагедии место это выглядело зловеще. Продолжая свою работу выяснилось, что развалины, находившиеся неподалеку, некогда были замком, носившим название Коппенбург. Рядом располагалась небольшая деревня Коппенбрюгге. Местные старожилы, как пишет Вёллер, до сих пор рассказывают истории о том, как в «Чертовой яме» погибли какие-то люди.
Но вот еще один штрих. Почему флейтист, как гласит легенда, был одет в красно-желтый костюм? Ведь именно в одежде таких цветов на костры инквизиции поднимались осужденные за связь с дьяволом.
Ратный образ флейты связан с конкретным предназначением инструмента в жизни человека. Истоки его тоже восходят к древности. Сопель (свистковая флейта восточных славян) служила ратным музыкальным инструментом наравне с трубами и рогами. В 18 веке флейта была одним из основных инструментов военного оркестра, и флейтист часто шел впереди воинской части, символизируя храбрость, героизм, бесстрашие. В искусстве ярким образцом «военного амплуа» флейты является картина «Флейтист Э. Мане, стихи Г. Державина, И. Бродского, Б. Окуджавы. В 20 веке «ратный образ» флейты получает «Милитаристскую» окраску.
2. You are here: Home > Этно звуки > Най и флейта Пана
Posted in Этно звуки | Ноябрь 17th, 2011 17 Ноя
3. Сергей Владимирский.
5. Виктория Давыдова http://zvukinadezdy.ucoz.ru/publ/stati/publicistika/obraz_flejty_poehticheskie_variacii_viktorija_davydova/23-1-0-184
6. В.А. Друзь. К вопросу о происхождении иконографии монаха с флейтой в японском искусстве
